Кокойты все-таки

Южная Осетия строит собственную «вертикаль»

Позади — Москва? Предвыборная кампания в Южной Осетии показала, что Кремль, который железной рукой отстраивал у себя в стране «властную вертикаль», парадоксальным образом не слишком доволен, когда тем же путем идут его сателлиты. Откуда такая метаморфоза — узнавал The New Times

Около 50 человек собрались 21 мая на несанкционированный пикет у стен Государственной думы. В руках они держали плакаты вполне возмутительного свойства: «Черным выборам — нет, честным — да!», «Нет — государственному бандитизму!», а также с призывами не допустить третьего президентского срока. Но известного по «маршам несогласных» финала (омоновские дубинки и «обезьянники» для задержанных) не случилось. Вместо ОМОНа к Госдуме прибыл лишь милицейский наряд, который вежливо пригласил нескольких участников акции в здание ОВД на Ильинке. Там арестантов напоили кофе, выразили им всяческое сочувствие и вскорости отпустили.

Заход на третий срокСекрет в том, что пикетчики представляли югоосетинскую оппозицию и пикет был направлен против президента республики Эдуарда Кокойты, задумавшего, как считают его оппоненты, остаться на третий президентский срок, что противоречит Конституции (мол, Кокойты всеми правдами и неправдами стремится сформировать карманный парламент, который и перекроит Основной закон). Милиция, утверждают пикетчики, вообще бы не вмешалась, если бы подъехавший к зданию Госдумы югоосетинский посол Дмитрий Медоев не вызвал наряд.

Пикет — лишь один из сигналов, поданных Кремлем президенту Кокойты. Другим стало интервью «Вестям» главы президентской администрации Сергея Нарышкина. Он призвал югоосетин соблюдать свою Консти­туцию, предусматривающую только два президентских срока.

Интервью предшествовала встреча Нарышкина с представителями югоосетинской оппозиции. «Кокойты прикрывает все свои действия тем, что его якобы поддерживает Россия, а нас называет «антироссийскими силами». Вот, видимо, и захотелось посмот­реть на это чудо — антироссийского политика в Южной Осетии», — не без сарказма заметил по окончании встречи председатель социалистической партии «Фыдыбасты» («Отечество») Вячеслав Гобозов. Весь предвыборный период оппозиционеры в приватных беседах выражали уверенность, что Кремль их поддержит, поскольку разочаровался в Кокойты. Но, видимо, дело обстоит несколько сложнее: по мнению старшего научного сотрудника Центра кавказских исследований МГИМО Николая Силаева, Москва скорее заняла позицию благожелательного к оппозиционерам нейтралитета. «России выгодно, чтобы Южная Осетия состоялась как стабильное и более-менее демократическое государство, с работающей экономикой. Иначе ее придется включить в состав нашей страны, а это был бы крах всей российской политики в регионе. А в том, что ситуация в республике останется стабильной при сохранении нынешнего курса властей Южной Осетии, появились серьезные сомнения».

Потопляемый авианосецВозможно, первые с момента признания Россией Южной Осетии выборы и прошли бы спокойно, не перессорься Кокойты чуть ли не со всеми сколько-нибудь влиятельными людьми в республике. В конце прошлого года уехал в Россию, надавав гневных интервью, герой августовской войны, секретарь Совета безопасности Анатолий Баранкевич. А с началом избирательной кампании пошли скандалы с двумя оппозиционными партиями: «Фыдыбасты» и Народной. Лидер первой, Вячеслав Гобозов, был неожиданно снят с предвыборной дистанции — как он считает, под надуманным предлогом. Вместо же Народной партии Роланда Келехсаева к выборам была допущена другая партия с тем же названием, но вполне лояльная Кокойты. Поссорился президент и с Альбертом Джуссоевым, главой компании «Стройпрогресс», прокладывающей газопровод в республике. Именно Джуссоева считают, и, видимо, не без оснований, спонсором оппозиции и лоббистом ее интересов в Москве.

Впрочем, главный конфликт у президента не с оппозицией, а с собственным народом. Люди не могут не видеть, сколь велико расхождение между словами и делами власти.

Полгода без права перепискиЮжная Осетия никогда не была оазисом демократии. Но до прямой диктатуры здесь дело все-таки не доходило. В 2001 году оппозиционер Эдуард Кокойты выиграл президентские выборы у тогдашнего главы республики Людвига Чибирова, которого поддерживала Москва. Югоосетинская демократия делалась все более «управляемой» по мере ухудшения отношений между Россией и Грузией. Кокойты присваивал себе все больше полномочий, явно копируя российский опыт: ввел выборы по партийным спискам, отменил графу «против всех», резко урезал полномочия парламента, полностью подчинил себе судебную систему. Несогласные с политикой президента один за другим покидали республику: кто уезжал в Россию, а кто, как бывший премьер-министр Дмитрий Санакоев, перешел на грузинскую сторону. Война, устранившая внешнюю угрозу, изменила настроения в обществе. «Раньше люди терпели и полную некомпетентность чиновников, и произвол силовиков, которые просто так могут арестовать человека и держать в тюрьме по шесть месяцев без предъявления обвинений. А теперь все чаще задают вопросы, тем более что республика лежит в руинах, а справиться с задачей ее восстановления нынешние власти не в силах», — говорит Вячеслав Гобозов. Общее возмущение вызывает и неимоверное разрастание чиновничьего аппарата, который пополняется за счет родствен­ников и знакомых Кокойты. «До смешного доходит: в Южной Осетии создан даже антимонопольный комитет. Спрашивается, зачем нам антимонопольный комитет, если у нас промышленности нет?» — задается риторическим вопросом член совета Народной партии Алан Гассиев.

Не могут люди не задаваться вопросом: куда деваются деньги, направляемые Москвой на восстановление республики? Заключение российской Счетной палаты, что средства расходуются целевым образом, входит в явное противоречие с видом сегодняшнего Цхинвали. Волнует население и проблема занятости, которая еще более обострится, когда начнется запланированное сокращение силовых структур Южной Осетии (охрану границ республики будут теперь осуществ­лять российские войска).

Оппозиция чьего величества?«Выборы мы проведем. Протесты и походы в московские кабинеты ничего не изменят. Эта так называемая оппозиция состоит из отставных, обиженных чиновников — она сама не знает, что хочет», — объявил за неделю до голосования посол Южной Осетии Дмитрий Медоев. Осудил он и тактику оппонентов Кокойты: «Во всем мире оппозиционеры борются за поддержку своих избирателей, а эти в дру­гом государстве митингуют». Действительно, на вмешательство Москвы уповают все оппозиционеры, но во всем остальном особого единства в их рядах не наб­людается. Разве что по поводу фальсификаций оппозиционные лидеры высказывались вполне определенно: основной вброс бюллетеней ожидается за пределами Южной Осетии и на участках присоединенного после августовской вой­ны Ленингорского района. «Там открыто 22 участка, больше, чем даже в Цхинвали, а там проживают всего пятьсот–шестьсот человек, и далеко не все из них имеют юго­осетинские паспорта», — утверждает Гассиев. Часть оппозиционеров призывала бойкотировать выборы, часть — поддержать все-таки допущенную до выборов «Фыдыбасты». Победу же, как и ожидалось, уверенно одержала пропрезидентская партия «Единство». Лидер «Фыдыбасты» Вячеслав Гобозов собирается теперь обжаловать итоги выборов в суде. Блажен, кто верует.