В оппозиции

Процесс. Выпуск 19

17 НОЯБРЯ 2009 г. ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ

В суде появилась еще одна свидетельница — бывший сотрудник банка МЕНАТЕП Светлана Бородина. Как и другие свидетели, она не смогла ничего сообщить по сути обвинения. Остальное же время заняло обсуждение нескольких ходатайств. Михаил Ходорковский подал ходатайство о разъяснении целого ряда терминов, используемых обвинением. Он, возможно, позволил себе слегка пошутить, однако, по сути дела, просил истолковать некоторые ключевые понятия, употребление которых прокурорами, по его словам, не соответствует общепринятому. На ходатайство Ходорковского прокурор Ибрагимова ответила в исключительно ерническом тоне и ничего разъяснять не стала. Затем обвинители заявили ходатайство о продлении обвиняемым срока содержания под стражей до 17 февраля, а адвокаты, в свою очередь, заявили ходатайство об отводе обвинителей, которое судом, как водится, было отклонено.

Последние события в суде по просьбе «Ежедневного журнала» комментирует адвокат Платона Лебедева Елена Липцер:

«После того, как прокуроры заявили ходатайство о продлении содержания Ходорковского и Лебедева под стражей, защита была вынуждена заявить отвод всем обвинителям, поскольку это ходатайство опять было заявлено в ненадлежащей форме, не было должным образом мотивировано, там содержались не соответствующие действительности положения, наши подзащитные обвинялись в том, что им не вменялось в вину даже при предъявлении обвинения. Наше заявление повлекло бурную реакцию со стороны обвинителей, в том числе абсолютно нетактичные, беспардонные высказывания прокурора Ибрагимовой. К сожалению, судья наши доводы опять не воспринял. Кроме того, Ходорковский заявил ходатайство о разъяснении терминов, которые применяет обвинение. Прокуроры употребляют слова и словосочетания, которые не имеют никакого смысла. Что такое, например, «фиктивное право собственности»? Право собственности фиктивным быть не может, либо оно есть, либо его нет. На ходатайство Ходорковского у Ибрагимовой тоже была очень резкая реакция. Честно говоря, мы не поняли, на что она отвечала, потому что ни на один из вопросов, поставленных в ходатайстве, ответ так дан и не был. Мы считаем, что прокурор не имеет права так себя вести».

ПРОЦЕССУАЛЬНО-ОРФОЭПИЧЕСКИЕ НОРМЫ

Ну вот. Только мы в прошлый раз посетовали на уныло моросящую процессуальную скуку, как вдруг засверкали молнии и загрохотали громы.

Сторона обвинения явно перегруппировалась и пошла вперед дружной «свиньей». Куда делось былое бубнящее косноязычие? Куда пропали обидчивые хнычущие интонации? В этот раз с языков слетали лишь бодрые язвительные цицероны, и тени древних ораторов завитали над головами прибалдевшей публики.

В общем-то, это объяснимо. В какой-то момент все дружно и страстно заговорили о самом заветном для русского человека — о языке. Россия — страна логоцентричная, а потому всем понятно: если уж и есть, за что посадить человека, то не за какие-то малопонятные экономические проказы, а за неправильные ударения. Нарушение языковой нормы — преступление куда более серьезное, чем нарушение норм процессуальных. Это ежу понятно.

Если до этого наблюдатель чувствовал себя все больше д'Артаньяном, попавшим на латинский диспут, то в этот раз он ощутил себя зрителем какого-нибудь детского времен моей юности спектакля с дидактическим уклоном. Очередной «Страны невыученных уроков» или чего-то в подобном роде, где заснувшему за учебником двоечнику снится, как ему вот-вот отрубят голову за где попало расставленные запятые. Просыпается он временно просветленным и твердо решает исправить двойку по русскому. Прямо завтра. А то ведь — и сон в руку.

В процессе яростной акцентологической дискуссии мы узнали, например, на каком слоге ставится ударение в эзотерическом слове «Монтком». Если, не дай бог, судьба распорядится таким образом, что мне или вам по какой-то причине придется употребить это страшноватое слово, мы уже не ошибемся. А если ошибемся, то пенять придется лишь на себя самих — больше не на кого.

Не меньший интерес вызвала рубка по поводу «добычи», «договоров» и «ходатайства».

Кстати, о ходатайстве. Лингвистические прения были столь увлекательны, столь патетичны и остры, что в них едва ли не утонуло главное событие этих дней, а именно ходатайство подсудимых об отводе обвинителей, а также судейское решение об отклонении этого ходатайства. И правильно, что отказали: ударять надо правильно.

Леонид Самоцветов

Художник АЛЕКСАНДР КОТЛЯРОВ