Ночной сеанс

Видеосалон — это коллективная форма просмотра зарубежных фильмов, которая в конце 1980-х покорила Советский Союз. Дефицитный видеомагнитофон, цветной телевизор, набор кассет и свободный зал — это все, что было нужно для видеосалона; они мгновенно усыпали страну и приносили их владельцам немалый доход, пока их не вытеснили видеопрокаты. Увидеть в видеосалоне можно было все что угодно — репертуар их был непредсказуем. Популярностью пользовались фильмы с восточными единоборствами, боевики со Шварценеггером и Сталлоне, фантастика, хорроры, легкая эротика — те жанры, которые в советском кино были полузапрещены. Но можно было наткнуться и на что-нибудь более изысканное — на фильмы Стэнли Кубрика, Фрэнсиса Форда Копполы, Брайана Де Пальмы и Дэвида Линча.

Выбрав название Video Salon, дуэт перебравшейся в Берлин певицы и композитора Гали Чикис и калифорнийского электронщика Брайана Пайла (Ensemble Economique) будит своей гипнотической музыкой призраки прошлого. Посылаемые ими сигналы опознаются теми, кто в видеосалонах бывал: синтезаторы как у Джона Карпентера, романтизм дрим-попа 80-х, эксперименты абстрактной электроники 90-х и таинственная атмосфера «Синего бархата» с «Твин Пиксом». Но главное — в музыке Video Salon пульсирует та самая магия, которая превращала душную комнатку с блеклым телевизором в портал, переносящий в удивительный мир.

Галя Чикис о Video Salon, видеосалонах и следующих проектах

В 2014 году, когда обострился конфликт России с Украиной, я, как пацифист, очень сильно переживала, захотелось сделать какое-то высказывание за мир. Красивое, деликатное и, как говорится, чтобы в точку. Я позвала своих подруг по цеху, русских и украинских артисток, — Оксану Зморович (Blablarism), Тосю Чайкину, Настю Вакуум (Ladan), Аню Куц (Love Cult) и Карину Казарян (KP Transmission, Fanny Kaplan), мы объединились в сборник новой женской электроники под названием «She Knows More Than She Thinks», я написала манифест и отправила на разные лейблы. К нашему счастью, практически сразу откликнулся мой любимый калифорнийский Not Not Fun, вышла кассета, и так начались наши дружба и сотрудничество. А Брайану Пайлу Бритт Браун отправил этот сборник на мастеринг. Брайан — мастер в этом деле. Он, кстати, последнему переизданию Микаэла Таривердиева делал мастеринг — тройной винил. Это наш с ним любимый композитор. Брайан мне написал, что был счастлив работать с нашим сборником и что два раза в год стабильно приезжает из своей Северной Калифорнии в Берлин в рамках европейских гастролей. В общем, он приехал к нам в Нойкёльн — и как-то сама собой началась совместная музыка. Просто мы стали импровизировать, и все стало записываться.

Мы сыграли и записали за несколько таких осенне-весенних встреч уйму материала. На самом деле, вышла только малая его часть. Выбирал Брайан, и потом он с ней работал. Я доверила ему полностью звучание, и правильно. Мне нравится то, что получилось. Хочется ж когда-то отпустить контроль и чтобы кто-то за тебя поработал :). Он же сделал и мастеринг. А Бритт с Not Not Fun — обложку. То есть у нас с лейблом такая совместная работа. Мы переписываемся и радуемся вместе любым, даже самым маленьким, новостям как молодая, начинающая группа. Вот сегодня, например, у себя в твиттере директор лейбла 4AD написал, что ставил нашу музыку на NTS Live. Мелочь, но приятно.

Мы много разговаривали. Вспоминали истории из детства, как кто рос. Я вот помню, что у нас в Витебске на заре 90-х любая новая информация была ценной. Видеомагнитофона и кабельного ТВ у нас не было. И когда появились видеосалоны — один был возле моей школы, довольно трэшовенький зальчик с тусклым светом, — я туда ходила смотреть все подряд: от диснеевских мультфильмов, аниме и «Тома и Джерри» до фантастики и боевиков вроде «Терминатора» и «Звездных войн». Ему понравилась эта история, и, когда встал вопрос о названии, долго думать не пришлось. Но вот он настоял, что название должно быть в двух словах — «Видео Салон», а не в одном: мол, так символично. Он и я. Ну, почему бы и нет.

Мы оба — сюрреалисты, абстракционисты, авангардисты и поп-музыканты. Обожаем странные, красивые фильмы и видео. Конечно же, первым в голову приходит наш любимый Дэвид Линч. Ну а кто ж еще? Сериал «Дикие пальмы» из 90-х тоже прекрасен. Это из существующего. Но вообще красивые и сюрреалистичные фильмы, полные тайн, — это бы подошло, конечно. Если наша музыка попадет когда-нибудь в такое кино, мы будем счастливы.

Сейчас главное для меня то, что я наконец полностью закончила работу над своим сольным альбомом, он выйдет ранней осенью на Not Not Fun. Сейчас идет подготовка к релизу. Еще есть коллаборация с канадкой с польскими корнями Майей Постепски. Это удивительный и гениальный человек, барабанщица группы Austra, половина поп-дуэта Trust, ее сольный проект называется Princess of Century. Мы живем тоже в разных странах, как и с Брайаном, что не очень удобно, поэтому пока все медленно. Но мы планируем встречи летом, и если будет продолжение — это будет новая супергруппа, у нее уже есть название — All What We Love — и шесть записанных демо-версий танцевальных поп-песен. Я работаю с текстами, мелодиями, вокалом, она — со звуком и ритмом. По сути, это реверанс всему, что мы любим. Ничего нового, но и абсолютно новое и мощное, много баса, четкий ритм, пронзительные мотивы. Третья участница коллаборации Эмма Це, она же Magic Island, — тоже канадка с польскими корнями и новая поп-звезда на берлинском музыкальном небосклоне.

Концерты и диджей-сеты случаются регулярно, в Берлине легко выступать, есть аудитория, она открытая и благодарная, пою я по-русски — с субтитрами или без, моя музыка здесь нравится. На сцене легко. Это мое любимое состояние — концерт. По сути, я русский экспат здесь, не собираюсь меняться, становиться европейкой. В Берлине это никому не нужно. Да и вообще нигде. Интересно, если ты транслируешь свой бэкграунд, свою культуру. Я часто диджею и ставлю на 70 процентов нашу музыку, советскую и современную, я ее хорошо знаю, могу многое рассказать. И почти всегда от кого-то есть вопросы. У нас очень много крутой и красивой музыки.