Сидеть по домам

Домашний арест, конечно, гуманизировал российскую систему наказаний, но, к сожалению, никто не пояснил арестантам, что они могут делать дальше

Домашний арест — страшно интересная штуковина. Весьма напоминающая знаменитую загогулину. «Не так сели», — сказал Ельцин совсем по другому поводу. «Не так сели», — возможно, подумал Медведев и устроил новую пересадку. С тюремных нар — на...

Домашний арест — страшно интересная штуковина. Весьма напоминающая знаменитую загогулину. «Не так сели», — сказал Ельцин совсем по другому поводу. «Не так сели», — возможно, подумал Медведев и устроил новую пересадку. С тюремных нар — на домашнюю перину.

Домашний арест — вещь хорошая, гуманная. Такой арест, как показывает мировая практика, применяется в основном в двух случаях: когда родители еще не решили, повезло ли им с имеющимся тинейджером и правильно ли они его воспитывали, и когда последующий президент еще не решил про предыдущего — расстрелять ли его или пригодится еще.

Как мы знаем хотя бы из собственного отрочества, подростки часто бунтуют, связываются с плохой компанией или пытаются понравиться соседской девочке путем кражи у конкурента мопеда. Как мы знаем из мировой истории, то же самое иногда случается с президентами или претендентами на престол: они бунтуют, связываются с плохой компанией или тырят что-нибудь ценное, типа казны или власти.

И в первом, и во втором случаях судьбу бунтовщика решает суд: такой арест, сякой арест или в расход, например. Правильно воспитанных подростков суд и домашний арест сильно пугают, и они усваивают урок надолго. Подростков, твердо ставших на уголовный путь, домашний арест смущает несильно, и они обычно удирают и очень быстро попадают за решетку. Кстати, и к президентам это относится.

Но вот вопрос: а что будет делать подросток или бывший президент дома? Новое российское законодательство (изменения в УК и УИК РФ, вступившие в силу с 10 января) ничего не сообщает по этому поводу. Как не сообщает ничего и по поводу времяпрепровождения уже более подрощенных российских граждан. Вот им, соколикам, томящимся на домашних перинах, запрещено менять без разрешения место работы или учебы. А работать или учиться можно? Да вроде даже нужно. А как? Как на физкультуру ходить с электронным браслетом, как гербарий собирать? Как кирпичи ворочать или на лесопильне как поделать чего? Или учителя будут хоть на дом? Или трактористу сидеть конверты клеить? А избирательную кампанию из дома можно вести?

А в гости к ним можно ходить? Так мы сейчас пивка возьмем и завалимся. А в интернет можно или нельзя? Если забрали за легкое хакерство — можно? Нельзя? Порнуху можно смотреть? Блог можно вести и клеветать на наше правосудие, если арестовали за клевету, например? А видеообращения записывать?

И почему только у трети сидящих под домашним арестом будут электронные браслеты? А остальные как? И кто будет за этими браслетами следить? ГЛОНАСС? Не смешите наши тапки. Тут, знаете ли, недавно судебные приставы со всей Москвы и близлежащих околотков съехались в большой, красивый, весь блистательный и мраморный специальный дом, на Белорусской, с 10 блистательными же туалетами на каждом этаже, уже почти год там сидят, работают в смысле — так у них ни телефонов нормальных, ни компьютеров нет, только голубиная почта. И это в самом сердце нашей столицы. А в Череповце или Усть-Илимске кто будет сигналы с электронного браслета получать и на что?

А если муж с женой поскандалил и легонько так ей ребро сломал — оставить его дома на перевоспитание? Или все ж в Бутырку?

Еще про экономические преступления интересно. Ну, понятно, если дело заказное, тогда тюрьма, для чего ж еще заказывают. Но в заказных делах обычно отсутствует ущерб — некому его заявлять, если гражданин исправно платил налоги и ничего ни у кого не украл. Мой родной собственный муж вот так 8 лет получил, без ущерба. А если кто-то чего-то там недоплатил в легкой форме, а потом спохватился или даже не спохватился — такому домашний арест? Тогда почему остальным, тем, что без ущерба сидят, тюрьма и зона?

Непонятно. Хотя вот здесь, наверное, уже теплее. Мы ведь знаем уже много, много случаев, когда в тюрьму попадают члены команды той или иной властной группировки. Сторчак, Бульбов, Довгань — вот, наверное, только самые знаменитые имена, а ведь их куда как больше. А ведь им только волю дай, так прокурорские пойдут на минфиновских, сечинские на сурковских, ментовские, как обычно, — кто не спрятался, мент не виноват. А кадровый резерв, как известно, истощен, и скамейка запасных все короче, тем более что всегда есть шанс попасть под раздачу и сменить ее на судебную скамью, если старшие товарищи решат пожертвовать пешкой или разменять ладью. А по мере построения развитого капитализма классовая борьба всегда имеет свойство обостряться. Хватит уже сажать своих. Пусть на перине лучше пережидают страсти в высших сферах.

А остальных будут сажать, как обычно, — не баре. У кого ГЛОНАСС на поводке работает, тот дома посидит, у хозяйской ноги.

Хотя, спору нет, домашний арест — дело гуманное. Но, увы, не заменяющее реформу судов и разгон силовой банды. Ну хотя бы в почетную отставку. А там, глядишь, и под домашний арест.