Тысячи их

Журналистика нравится мне потому, что в этой области деятельности человек может быстро увидеть плод своего труда. Вот он написал буковки — и в тот же день они висят на сайте, или напечатаны в газете, или звучат по телевизору. Наука в этом смысле требует намного большего умения ждать: если считать осязаемым результатом публикацию, то нужны месяцы, а если открытие — то годы, причем нет никаких гарантий.

Людям, для которых важен быстрый и осязаемый результат, вообще трудно выбрать себе подходящее занятие. В каком-то смысле нам идеально подходит физическая работа, но принцип «всякий труд почетен» в стране так и не прижился: если бы я работала маляром, я получала бы большое удовлетворение от вида свежевыкрашенных стен, но зато нанесла бы глубокую психологическую травму своей бабушке.

Травма связана с общественным стереотипом «физическим трудом занимаются люди, не получившие хорошего образования». В большинстве случаев это действительно так, но происходит это потому, что и сама система образования совершенно не подходит для людей, чье удовлетворение от работы зависит от ее результатов. В самом деле, ну какие в образовании результаты? Вот задачку решил, но это совершенно не потому, что кому-то нужна решенная задачка, ее ответ уже и в учебнике есть. Ну сделал постоянный препарат мозга крысы, но не потому, что кафедре нужен такой препарат (сто штук каждый год), а просто, чтобы научиться. Результат в мозге, но на свой-то мозг не полюбуешься так же легко, как на крысиный. Я думаю, что если бы образование позволяло параллельно приносить миру какую-то пользу, оно стало бы в десять раз более приятным и эффективным.

Область, с которой я бы начала, — это изучение английского языка на естественнонаучных факультетах. Этот курс преследует совершенно правильную цель — научить детей читать научные публикации. Метод, который для этого выбран, — так называемые «тысячи». То есть для зачета по английскому студент должен в течение всего семестра приносить на урок научные статьи, читать и переводить их на глазах у преподавателя и набрать определенное количество тысяч знаков освоенного текста. Предполагается, что эти статьи еще и перекликаются с темой дипломной работы, но на самом деле, конечно, это редко соответствует действительности: читают их с первого же семестра, а с темой диплома человек определяется хорошо если на третьем курсе. А так несчастные дети даже толком не представляют, откуда вообще берутся эти полные тексты научных статей, и всё заканчивается тем, что они берут в библиотеке какой-нибудь потрепанный Nature 1995 года и переводят оттуда что попроще, лишь бы отвязаться.

С другой стороны, у российских университетов, в отличие от иностранных, ужасно заброшенные сайты. Во-первых, английская версия всегда содержит намного меньше информации, чем русская, а во-вторых, ни на каком языке толком нету раздела новостей. Если он и есть, то содержит статьи о жизни администрации, а не о научных открытиях этого вуза.

Понятно, что денег мало и нет возможности нанять хорошего контент-менеджера, который бы добывал на факультетах свежие публикации и делал бы из них новости на двух языках. Но остаются вне сферы внимания бесчисленные человекочасы, которые тратят студенты на освоение своих тысяч знаков. А всего-то и нужно сделать условием для зачета не прочитанный кое-как кусок научной статьи, а две публикации на сайте университета: на английском языке — по свежей российской статье родного университета, и на русском языке — по свежей англоязычной. Конечно, это сложно, и преподавателю английского придется взять на себя роль редактора, но разве это не интереснее, чем слушать, как несчастный ребенок пытается читать вслух какую-то заумь? В то же время сами студенты относились бы к процессу намного ответственнее: всё-таки они делают полезное дело, и к тому же под пристальным контролем общественности.

Я пока вижу только одну проблему: найдется ли столько свежих публикаций?

Анастасия Казанцева