Эксперты на телевидении

Взаимоотношения ученых и телевидения уже стало притчей во языцех. Поэтому мы попросили ученых и научных журналистов (которые тоже часто выступают в качестве экспертов) рассказать о своем опыте общения с ТВ, желательно с конкретными примерами. Вот вопросы, на которые отвечали наши респонденты:

1. В каких телепередачах Вы принимали участие?
2. Какой Ваш опыт сотрудничества с ТВ можно назвать отрицательным? Почему? Если будут конкретные примеры (что сказали, что было на экране) — будет совсем замечательно.
3. Был ли опыт выступления на ТВ, который можно назвать удачным? В каких передачах? Опять же — приветствуется развернутый ответ».

Павел Амнуэль, литератор, журналист, кандидат физ.-мат. наук

В Израиле есть единственный русскоязычный телеканал «Израиль-плюс». На этом канале я довольно часто бывал в новостных программах, комментировал очередное астрономическое событие: затмение, появление кометы, астероида и т.д. На комментарий давали минуты три-четыре, но при этом не прерывали, не задавали нелепых вопросов, благодарили за участие — передачи шли в прямом эфире, так что и вырезать ничего не могли.

Кроме новостных программ я принимал участие в двух типах передач. Вот с ними-то и связан как отрицательный, так и положительный опыт.

Больше я в эти программы не ходил: здоровье дороже…

Теперь о положительном. На том же канале несколько лет назад была программа «Ученый совет» — еженедельная получасовая научно-популярная. Хорошая программа, умный ведущий, любивший науку и понимавший, что делает на телевидении. Приглашал в студию научных работников, изобретателей, позволял говорить по делу, вопросы задавал нормальные. В общем понятно, что рейтинг у программы был низкий, и ее прикрыли через несколько месяцев. Я успел поучаствовать в одной передаче — о космологии и темной материи. Со мной в студии был еще Виктор Гурович, доктор наук, сотрудник Техниона (бывший аспирант Я.Б.Зельдовича). Очень продуктивно поговорили, ведущий вставлял дельные вопросы. Правда, после записи в передачу вставили пятиминутный сюжет из Тель-Авивского планетария, никакого отношения к теме разговора не имевший. Но сам по себе сюжет был вполне внятным, просто на другую тему. От программы остались хорошие впечатления — видимо, потому ее и прикрыли…

Павел Моргунов, пресс-секретарь ИМБП РАН

Вы затронули просто самую больную мою тему насчет ТВ. Я являюсь пресс-секретарем, ну, фактически руководителем пресс-службы, Института медико-биологических проблем РАН. И почти за 7 лет работы с этими «чудаками» с ТВ наелся по полной программе. Прессы к нам валило много и постоянно, так что есть опыт общения практически со всеми телеканалами России и ведущими ТВ мира. Один только наш эксперимент «Марс-500» привлек огромное внимание, да так, что пришлось нахлебаться с некоторыми передачами и каналами, когда после выхода передачи звонили с Академии наук и удивлялись сказанным словам на ТВ….

Дмитрий Дьяконов, зам. руководителя отделения Петербургского института ядерной физики РАН, доктор физ.-мат. наук

1. а) В двух передачах по каналу «Копенгаген» Датского телевидения в 2002 и 2003 гг. (обе — интервью);

б) в двух передачах Петербургского кабельного телевидения в 2006 и 2007 гг. (обе — интервью);

в) в двух передачах программы «Прогресс» Пятого федерального канала в 2007 и 2008 гг.;

г) в прямой передаче программы «Петербургский час» Пятого канала в 2010 г.

2. Все передачи меня в той или иной степени удовлетворили.

Отрицательного опыта у меня не было. Разумеется, в передачах, которые записываются заранее, реально на экран обычно выходит не все, а иногда только небольшая часть того, что снимается заранее. Однако во всех случаях я не мог не признать, что оставлялось наиболее важное. Трюков, существенно меняющих характер моих высказываний, не подмечал.

3. Тем самым я считаю, что все передачи были достаточно удачными. Наиболее удачными мне показались передачи-интервью по Датскому телевидению и по Петербургскому кабельному телевидению, когда интервьюер задавал интересные и грамотные вопросы.

Максим Борисов, зав. отделом науки «Граней.Ру»

Лет пять назад наше издание пробовало сотрудничать с каналом «Домашний». Так я попал в открытый эфир передачи «Полезное утро» или что-то в этом духе. С сотрудниками канала заранее обсудили список возможных тем, которые потенциально могли бы заинтересовать массового зрителя, и для начала остановились на «проблемах связи с внеземными цивилизациями». Беседа должна была протекать после выступления какого-то астролога и девушки-дизайнера. Астролог, кстати, на этом канале весьма востребован — это был далеко не первый его визит. То есть в результате получались такие вот информблоки для домохозяек.

Я, конечно, старался не говорить ничего непонятного и не употреблять терминов на английском (даже SETI, кажется, было под запретом), но совершенно не учел того, что у меня довольно медленный темп речи. Девушка, выступавшая передо мной, просто откровенно тараторила, и это воспринималось как норма, а я вот хоть и говорил без пауз и эканий-меканий и фразы строил правильно, но все как-то неторопливо. Ведущий, понимая уже общий смысл сказанного, меня обрывал и задавал следующий вопрос. Боюсь, со стороны это должно было производить неприятное впечатление — одни обрывки, поэтому под конец передачи я расстроился и досадовал (на себя), но перестроиться уже не смог. Разумеется, все это при общении в прямом эфире нужно учитывать — там ведь ничего уже не вырежут (и это в каком-то смысле хорошо), но это не неторопливая лекция, там темп во многом задает сам формат передачи.

Всему нужно учиться. И прежде чем перекладывать на кого-то ответственность за неудачи на ТВ, нужно попытаться честно ответить, что сам не так сделал (если знал, на что шел и какая будет аудитория) и каких можно вообще представить «идеальных тележурналистов». Да, у тележурналистов своя специфика, свои потребности. Если снизить темп подачи информации или говорить не общедоступным языком, то телезритель, особенно утренний, торопящийся, просто переключит канал в поисках чего-то более «насыщенного».

Еще есть проблема в том, что интересный разговор не может возникнуть без хорошего собеседника и сочувствующей аудитории, ну а банальные вещи говорить бессмысленно. Меня спросили про летающие тарелки, показав какие-то скандальные «фотографии», я сказал, что мне лично это не интересно, но понял, что этой аудитории, возможно, именно такое и было бы интересно… Может, нужно было поговорить об ошибках, ложных сообщениях и разоблачениях…

В общем для других эфиров со мной уже не связывались, я сам тоже не звонил (не очень-то вдохновился, и лень было учиться этому делу всерьез), так что этот опыт можно, наверное, записать в «неудачные»…

Дмитрий Вибе, ведущий научный сотрудник Института астрономии РАН, доктор физ.-мат. наук

1. Мое общение с ТВ, наверное, нельзя называть участием в телепередачах. Я всего лишь несколько раз записывался для программ новостей различного формата — «Доброе утро» (Первый канал), «Вести-24», «Инфомания» (СТС), «В центре событий» (ТВЦ)

2. Отрицательный опыт, пожалуй, только один — запись для программы «В центре событий» на ТВЦ. Мне было предложено дать комментарий на слухи о планете Нибиру, что я и сделал. Комментарий был, естественно, отрицательный. Я прекрасно понимаю, что из того текста, что я наговариваю кому бы то ни было, в эфир может пойти лишь малая толика. Но при этом есть надежда, что будет выделена суть сказанного, а не просто вырванное из контекста предложение. В случае же сюжета про Нибиру на ТВЦ произошло именно это. Из моего 15-минутного выступления была использована фраза «За границей пояса Койпера может находиться еще много неизвестных объектов» (я не помню дословно, но смысл был именно такой). Поскольку ее вмонтировали в поток сознания от нибирологов, получилось, что я в целом бред о Нибиру не то что не отрицаю, а даже чуть ли не поддерживаю.

3. Практически все остальное было нормально (из того, что удалось посмотреть). И в «Добром утре», и в «Инфомании» сумели, даже урезав текст, сохранить в нем главное. В «Вестях-24» был прямой эфир, так что испортить все мог только я сам. Хотя и тут нужно отдать должное: вопросы были уместные и грамотные.

Сергей Попов, старший научный сотрудник ГАИШ МГУ, кандидат физ.-мат. наук

1. Новостные программы на разных каналах, прямой эфир на Russia Today, «Необъяснимо, но факт» (ТНТ), «В центре событий» (ТВЦ).

2. Оба случая записи (кроме новостей) оставили самое отрицательное впечатление.

В некотором смысле виноват я сам, так как, оказывается, плохая репутация программ была в обоих случаях достаточно общеизвестной, но я эту информацию не стал искать. В обоих случаях (ТНТ и ТВЦ) мне была неверно представлена цель программы, в обоих случаях журналисты были некомпетентны. В обоих случаях мои слова были использованы как «обрамление» для псевдонаучного бреда уфологов и тп.

В случае ТВЦ сразу после моей реплики был добавлен журналистский текст, противоречащий тому, что я говорил и объяснял во время записи.

3. Мне кажется, что самое безопасное — это прямой эфир. В прямом эфире я был только один раз — на Russia Today. Впечатления остались хорошие. Аккуратный подбор фраз для новостей также исключает возможность неадекватных манипуляций при нарезке и склейке. Так что с такими комментариями также больших проблем не было.

В целом сотрудничество с ТВ-журналистами складывается у меня хуже, чем с радио- или с пишущими (кстати, корреляция с популярностью журналистов немонотонна; например, опыт общения на радио с таким известным ведущим, как Антон Комолов, — самый положительный). Хочется призвать коллег пытаться заранее узнавать об уровне (в работе с учеными) конкретных журналистов, вышедших с вами на контакт. Правда, часто это трудно сделать, так как ответ требуется быстро. В итоге идешь на поводу у презумпции невиновности, а потом приходится сожалеть. Стоит сразу настойчиво спрашивать, кто еще будет в программе, в чем основная идея программы. Всякие споры с астрологами и уфологами «под запись» чреваты, так как нарезкой режиссер и редактор смогут добиться почти любого эффекта, используя вашу прямую речь.

Алексей Паевский, выпускающий редактор ТрВ, исполняющий обязанности пресс-секретаря Института общей физики РАН

1. Мне довелось попасть в эфир ТВ всего лишь один раз, в качестве пресс-секретаря Иоф РАН. К нам приезжали с передачи «Доброе утро» на Первом канале. Делали сюжет про лазеры. Как ни странно, этот опыт можно отнести к положительным. Потому что цитаты не только не выдергивали из контекста, но и прислали закадровый текст, чтобы посмотреть его на предмет фактических ошибок, — и даже большую часть их исправили.

Ревекка Фрумкина, главный научный сотрудник Института языкознания РАН, профессор, доктор филол. наук

1. «Тем временем», «Автограф», «Экология литературы», «Неприкосновенный запас» (Питерское ТВ).

2. «Автограф», который до того, как сама я там «появилась», я смотрела раза два, на этот раз оказался просто пустой тратой времени, несмотря на присутствие достойных людей — это была неудачная имитация интеллектуальной беседы. Задним числом я очень жалела, что согласилась — утомительно и бестолково.

3. Известный московский литературовед и преподаватель литературы Л.И. Соболев несколько лет вел на ТВ-канале «Культура» постоянную передачу «Экология литературы». Съемочная группа приезжала домой и записывала много, потом это монтировалось. Меня записали в двух передачах: о литературоведе, поэте и переводчике А. Карельском, с которым мы были хорошо знакомы, и о А.П. Чудакове, литературоведе и писателе, о романе которого я писала, но знакома лично не была. Вторую передачу показали еще раз после безвременной гибели Александра Павловича — мой раздел дали практически в первозданном виде, вернув обратно ранее сделанные сокращения.

Сотрудничество с Л.И. Соболевым было удачным, потому что в его передаче отсутствовала всякая имитация общения с третьими лицами, при которой неизбежно попадаешь в нежелательный контекст.

Лев Клейн, профессор, доктор ист. наук

Плюсы и минусы разделить трудно: они в одном флаконе. В давнем прошлом я часто участвовал в молодежных передачах Ленинградского телевидения: я свободно держал себя перед камерой, это ценилось. А мне импонировала известность «человека из телевизора», хотя уже через несколько дней после передачи об этом помнили только самые близкие мои знакомые.

Интерес к этому, как сейчас сказали бы, пиару я утратил после одной передачи. Мне сказали, что требуется мое участие в раскрытии эволюции мышления — от обезьяны к человеку. Тема в общем моя — преистория, антропогенез. Я, естественно, со всем моим удовольствием. Много работали, снимали в таком ракурсе, в этаком. Я объяснял зрителям, какая это трудная проблема, как происходит зарождение мышления по Дарвину, по Леви-Брюлю… В смонтированном виде передача выглядела так: сначала на экране показали обезьяну, и диктор прокомментировал, как она решает задачи с палкой и подвешенным бананом. Потом диктор сказал: «А вот как решает трудные задачи человек, ученый…» — и на экране появился я.

Вкус к дальнейшему сотрудничеству у меня пропал. Правда, потом я использовал рассказ об этом эпизоде в своих лекциях, когда нужно было оживить аудиторию. Он неизменно вызывал громовой хохот. Хотя что тут смешного? Несколько лет тому назад приезжали ребята с НТВ, потом из Немецкого телевидения, снимали фильмы о событиях истории науки, в которых я участвовал. В частности, мой давний арест: добыли разрешение от начальника «Крестов», водили меня в тюрьму, брали интервью в камере. И хотя контекст, в который поместили эти кадры, мне не нравился, кадры мне пригодились — я их использовал в иллюстрированном переиздании моей книги «Перевернутый мир», которая сейчас выходит на Украине. Ведь «фотки», которые я пытался вынести из лагеря, зашив их в подошву, исчезли — башмаки у меня украли перед выходом (в самом деле, зачем мне на воле лагерные башмаки?).

Остальную лагерную форму я сохранил. Недавно надевал — для той же книги. Надеюсь, пригодится только для книжных и телевизионных реконструкций.

Дмитрий Беляев, сотрудник Учебно-научного Мезоамериканского центра им. Ю.В. Кнорозова, кандидат ист. наук, доцент

2. Телепередача «В центре событий» (канал ТВЦ).

3. Опыт оказался предельно отрицательным. В мае 2008 г. к нам в Центр обратились журналисты с ТВЦ с просьбой дать комментарий по поводу знаменитого «хрустального черепа майя» в связи с предстоящим выходом фильма «Индиана Джонс и королевство хрустального черепа». Как сказала девушка из съемочной группы, «мы хотим дать объективную картину». Я и директор нашего Центра профессор Г.Г. Ершова организовали съемки в университете, где объяснили, что хрустальные черепа — это фальшивки.

Я специально подробно разобрал все выдумки и вранье про якобы глубокую древность этих предметов, невероятную точность и уникальную технологию черепов. Так называемый «череп Митчелла-Хеджеса» вовсе не был найден при раскопках городища Лубаантун в 1924 г., а был куплен им на аукционе Сотби в 1940-е годы у одного из коллекционеров. Вообще сам Митчелл-Хеджес никогда не был археологом, а возил по джунглям и руинам английских светских дам. Единственный из черепов, который был исследован учеными, — череп, хранящийся в Британском музее. Исследования обнаружили на нем следы ювелирного колеса XIX в., и Британский музей официально признал его фальшивкой. И т.д. и т.п.

В итоге все мое интервью было порезано, а куски вставлены в такой контекст, что сложилось впечатление, что мы как эксперты с «информационными перебивками» полностью согласны. Оставили лишь те слова, где я излагаю выдумки, вранье о черепах, а последующие разъяснения просто были опущены.

На экране:

Сенсационная находка заставила вспомнить древнюю легенду племени майя. На земле существует 13 хрустальных черепов, которые могут предотвратить планетарную катастрофу. По календарю майя, она случится в 2012 г. Британский археолог Митчел Хеджес в 1924 г. проводил раскопки именно в городе майя — Лубаантум. И хрустальный череп был найден на месте, определенном как алтарь.

Дмитрий Беляев, историк, археолог Мезоамериканского центра РГГУ:

«История, которую Митчел-Хеджес описывает, — она потрясающая. Ее надо было вписать в какой-то фантастический роман. Вместе с ним там была его дочка, она во сне проснулась, потому что у нее были видения, какие-то голоса позвали, она пошла, бродила по руинам, и после одного из таких брожений она якобы вернулась с таким черепом».

В реальности:

«История, которую Митчел-Хеджес описывает, — она потрясающая. Ее надо было вписать в какой-то фантастический роман. Вместе с ним там была его дочка, она во сне проснулась, потому что у нее были видения, какие-то голоса позвали, она пошла, бродила по руинам, и после одного из таких брожений она якобы вернулась с таким черепом.

Но на самом деле это вранье от первого и до последнего слова.

Митчелл-Хеджес не проводил никаких раскопок в Лубаантуне, он туда возил английских дам высшего света, любовником одной из которых он был. Более того, приемная дочь Митчелла-Хеджеса Анна никогда не была вместе с ним на раскопках, она в это время находилась дома. Естественно, в археологических отчетах ничего не говорится о находке чего бы то ни было похожего на череп, да и сам Митчелл-Хеджес ничего о черепе не писал до 1950-х годов. Впервые он его упомянул в своей книге 1954 г. без каких-либо подробностей. Вся эзотерика с блужданиями по лесу — выдумки самой Анны Митчелл-Хеджес.

Факт исследования черепа в Британском музее не упомянули вообще. Наоборот, говорится, что на черепах нет следов инструментов. Лишь вскользь упомянули, что некие безымянные «серьезные археологи вообще считают черепа фальшивкой, изготовленной в XIX в.», в сопровождении моей короткой реплики о фантазере Митчелле-Хеджесе. Но затем идет опять ерунда про якобы имевшие место исследования компании «Хьюлетт-Пакард», обнаружившие «нечто необъяснимое».

На экране:

Дмитрий Беляев, историк, археолог Мезоамериканского центра РГГУ:

«Митчел-Хеджес — это такой своеобразный Остап Бендер двадцатых — тридцатых годов. Он никаким археологом не был, он был путешественником, журналистом и авантюристом. Он вообще научному-то миру давно известен — он открыл в свое время Атлантиду в Никарагуа и много написал таких разного рода произведений».

В реальности:

«Митчел-Хеджес — это такой своеобразный Остап Бендер двадцатых — тридцатых годов. Он никаким археологом не был, он был путешественником, журналистом и авантюристом. Он вообще научному-то миру давно известен — он открыл в свое время Атлантиду в Никарагуа и много написал таких разного рода произведений. Когда он вел передачи на радио, он как-то рассказал, что на него в джунглях напала свирепая хищная игуана.

Он написал книгу «Land of Wonder and Fear» («Земля чудес и страхов»), которую известный археолог Эрик Томпсон прокомментировал: «to me the wonder was how he could write such nonsense and the fear how much taller the next yarn would be» («для меня чудом является — как он смог написать такую чушь, а страхом -как далеко он зайдет в этом в следующий раз»)». Он вообще и с русской историей был связан: это именно он покупал и перепродавал в 1950-е годы возвращенную недавно в Россию икону Казанской Божией Матери. Он ее пытался продать советскому правительству в 1950-е годы. История была восхитительная: он все время рассказывал, что иконе 1000 лет, а камни в окладе — из сокровищ царя Соломона, а потом предлагал экспертам 500 фунтов за подтверждение того, что икона настоящая. Потом его дочка ее продавала Ватикану за 500 тыс. долларов.

Заканчивается все тем, что, мол, «легенда древних майя гласит, что собранные вместе черепа всего лишь помогут избежать мировой катастрофы. До 2012 года еще есть время…», хотя я особо подчеркнул, что это стопроцентное вранье и в текстах майя не говорится ничего ни о каких хрустальных черепах, тем более об их связи с 2012 г.

Транскрипт передачи опубликован на сайте ТВЦ (www.tvc.ru/bcastArticle.aspx?vid=967018ba-15f3-45c0-9463-38cbac0e23fa)

3 а. Был еще не менее поучительный опыт про участие в «научно-популярном фильме» компании АТВ, каковой уже с год с успехом крутится по каналу «Россия». Премьера прошла в октябре 2009 г.

Весной 2009 г. мне позвонили из АТВ, от Игоря Василькова, и, сославшись на Г.Г. Ершову (коия была в отъезде), попросили дать научный комментарий про 2012 г. Я вещал в их студии часа полтора и лишь потом, беседуя после записи с Васильковым, заподозрил неладное. Пришельцы-ушельцы и пропавшие высокоразвитые працивилизации перли из него как пар из кипящего чайника. Мне, однако же, обещали, что в фильме будут представлены разные точки зрения, хотя верить в это было наивно. В итоге из моего рассказа взяли кусочек, к этой теме никакого отношения не имеющий, а вся содержательная часть была вырезана.

Зато там были инопланетяне, заселившие Землю и вмешавшиеся в генетический код человечества, интервью с мексиканскими астрологами, рассуждающими о пришельцах с Ориона или Сириуса, майя, ушедшие в иное измерение, невменяемая мексиканка с подписью «антрополог», которая несет всякую ерунду про конец света каждые 52 года и стерильную инкрустацию зубов у майя, дети индиго, рождающиеся в результате вибраций после чернобыльской катастрофы, космонавт Гречко в поисках инопланетян. И, естественно, ЦЕРН как угроза человечеству. Наш шанс — стать лучше и добрее.

Г-н Васильков для съемок специально ездил в Мексику. А вся эта безумная компашка из астрологов, «антропологов» и докторов медицины в расшитых одеждах — это, оказывается, знакомые его мамы, журналистки Инны Васильковой, ранее корреспондента АПН в Мехико, проживающей в этом городе по настоящее время.

4. К сожалению, положительного опыта не было. Хотя надежды терять нельзя — сегодня мы беседовали с Пятым каналом (программа «Прогресс») про дешифровку древних письменностей. Может, получится что-то нормальное.

Опрашивал Алексей Паевский