В Кремле

Итоги года. Пиррова политика

1 ЯНВАРЯ 2009 г. АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ

Следует признать, что 2008-й стал годом триумфа путинской внешней политики. Вдохновленный тем, что цены на нефть все перли и перли вверх, национальный лидер решил проверить на практике, готовы ли западные партнеры (на путинском новоязе это ругательство) защищать ценности, которые сами они объявляли основополагающими. Выяснилось, что Путин был прав в своем глубоком презрении к коллегам. Они сделали вид, что готовы рассматривать всерьез заявления Кремля о том, что развертывание американской ПРО в Европе и расширение НАТО представляют угрозу безопасности России. После признания Москвой независимости Южной Осетии и Абхазии чиновники НАТО и ЕС слегка покочевряжились и решили вести с Москвой «business as usial». В итоге уже объявлено и о начале переговоров о новом соглашении с ЕС, и о возобновлении контактов с Североатлантическим альянсом. Путин убедился, что до тех пор, пока его действия не будут представлять реальной военной угрозы западным государствам, он может делать все, что хочет: «наводить порядок» на постсоветском пространстве, давить любой намек на политические свободы в России. В конце концов возможность осуществлять транзит для поддержки войск НАТО в Афганистане и стабильное обеспечение Западной Европы газом куда важнее, чем права и свободы жителей России, которым эти самые свободы и не очень нужны.

При этом путинская внешняя политика была отнюдь не бессмысленной, как кажется некоторым. Взять хотя бы вроде бы не имеющую смысла зацикленность на военных проблемах. Однако, вернув повестку дня «холодной войны» (при полном отсутствии каких-либо предпосылок для нового военного противостояния), поставив в центр отношений с Западом обсуждение вопросов противоракетной обороны, баланса обычных вооружений в Европе, ракет средней дальности, Путин весьма ловко переключил всеобщее внимание от того, как он передавал власть преемнику. Одновременно западных лидеров попытались убедить в том, что у политических руководителей России вновь обострилась ядерная паранойя. Стало быть, с московскими лидерами следует быть поосторожнее, как с больными… Вся внешняя политика Путина имеет целью изолировать нового российского президента от внешнеполитических контактов. Именно поэтому «местоблюститель» стал ни с того, ни с сего угрожать Бараку Обаме развертыванием ракет, когда еще суток не прошло после избранием того президентом США. Именно поэтому после любой встречи на высшем уровне выясняется, что слово Дмитрия Медведева не стоит ровным ничего. В Токио во время встречи «восьмерки» российский президент пообещал присоединиться к санкциям против режима Зимбабве. Но стоило Медведеву вернуться в Москву, как выяснилось, что мировые лидеры его «неправильно поняли». Та же история – после встречи «двадцатки» в Вашингтоне. Руководители государств договорились об отказе от протекционистских мер. И тут же премьер издал постановление о запретительных пошлинах на ввоз иностранных автомобилей.

Итак, внешняя политика Путина чрезвычайно продуманна. Разумеется, эта политика не имеет ровным счетом никакого отношения к обеспечению подлинных интересов России. Но Путин чрезвычайно успешен в том, чтобы и внешнеполитическими средствами поддерживать контроль своей группировки над страной.

Однако, похоже, что этим успехам пришел конец. Сам Владимир Владимирович два года назад подарил миру предельно ясное описание своего международного курса: «Нам нужно понять, что мы получим взамен. Это легко очень понять, если вспомнить наше детство. Во двор вышел, конфетку держишь – тебе говорят: «Дай конфетку». В потный кулачок зажал: «А ты мне что?». Мы хотим знать: а они нам что?». Все успехи путинской внешней политики основываются на высоких ценах на нефть. Именно эти цены питали великодержавные амбиции Владимира Путина. Но сейчас дутому нефтяному благополучию пришел конец.

Означает ли это, что теперь российская политика станет более рациональной? Совсем не уверен. В последних выступлениях российского премьера звучит неприкрытая злоба в отношении США, откуда-де и пришел кризис, поразивший российскую экономику. И это не просто попытка снять с себя ответственность, «перевести стрелки» на проклятый Запад. Не исключено, что Путин захочет убедить сограждан, что нынешний кризис специально затеян, чтобы не дать России подняться с колен. После террористической атаки на Нью-Йорк в 2001-ом было несколько объяснений, почему среди террористов было так много жителей Саудовской Аравии, не самой бедной мусульманской страны. Одно из них сводилось к тому, что причиной стало уменьшение цен на нефть в 90-х. Саудовцы, столкнувшиеся с сокращением доходов и, соответственно, с падением уровня жизни, винили во всем Америку. Нечто подобное может произойти и c россиянами. Окончательное превращение России в осажденную крепость, может быть, и позволит Путину продержаться у власти лишние полгода-год. Но это — пиррова политика, превращающая Россию в страну-изгоя.

Фотография http://kremlin.ru/