Познер — послесловие

В моих двух предыдущих статьях на тему "ТЭФИ", прослеживая, как планомерно сливают Познера из руководства российской телеакадемии, я отмечал две важные вещи: любая личность, признанная сообществом в современной России, меняется на назначенную. Вместо выбранного авторитета появляется согласованный сторонами администратор.

И еще, писал я, устранение Познера — безусловно, политика.

Сразу скажу, что очень уважаю Михаила Швыдкого. Ценю в нем все — и мастерство телеведущего, и работу в Минкульте. Ценю талант карьерного чиновника, ценю умение сглаживать конфликты. Ценю, что под проклятия патриотов он пытался быть цивилизованным — в деле реституции. Я был очень огорчен, что агентство, которым он руководил, закрыли. Было абсолютно понятно, что он был не пристроен, а пристроить его было нужно. Кстати, в данном случае слово «пристроить» я употребляю без малейшего негативного оттенка. Хотите, можно сказать «найти достойную общественную работу на благо страны».

И ему нашли такую общественную работу на благо страны.

Работать Познером.

И если Михаил Швыдкой согласится (или уже согласился) работать Познером в академии, то он, на мой взгляд, совершил ошибку. Потому что придти на место Познера в этой ситуации, это сказать: «Я понимаю, чем вас не устраивал Познер и обещаю вам не идти по его нехорошему пути». И хотя я понимаю, что Михаил Швыдкой никогда и никому этой фразы не говорил, именно она подразумевается.

И когда Швыдкой, в этом своем уже новом качестве, будет читать свою инаугурационную речь, где будет полно свежих идей по реформированию и преображению, в каждом его предложении будет звучать именно эта фраза.

Он не произнесет ее ни разу, но она будет торчать заголовком.

Потому что в академии можно менять все, что угодно, но вырви стержень — и она развалится. Поэтому все предложения только будут маскировать то, за что слили Познера.

Давайте увеличим число академиков в сто, тысячу, миллион раз!

А что, для Добродеева, когда он получит две статуэтки вместо двадцати в восьмой раз — это не будет довод, чтобы снова не выйти из Академии?

Давайте сделаем пятьсот номинаций, и тогда каждый получит свои двадцать статуэток за что-нибудь!

А что, тогда это будет конкурс?

И так далее.

Можно написать план тысячи усовершенствований конкурса, но он будет отвечать только одной задаче — этот конкурс убить. Потому что конкурс — это столкновение, в котором есть Победитель и Проигравший.

Но отличие России от остального мира в том, что в России, кроме этих двух, есть еще Кремль, куда бегут жаловаться. И Кремль ищет компромиссную фигуру, параллельно пристраивая своих.

Ну и что теперь будет делать Швыдкой? Следить, чтобы никто не был обижен, чтобы статуэтки попадали не больше, чем по пять штук в одни руки?

Или чтобы разница между «Первым» и «Россией» была не больше одной статуэтки?

Бред, "ТЭФИ" — это не ООН, где мирят. Или это конкурс, или уберите это слово и назовите «фестиваль». Так честнее.

Но вернемся к Познеру.

А чем он, кстати, не устраивал?

Я не помню, чтобы он пьяным валялся под забором, не помню в его исполнении непрофессиональных передач.

Зато другие вещи как-то помнятся: биография, например, которой нет ни у кого. Опыт работы, которого нет ни у кого. Авторитет, простите, которого тоже ни у кого нет. Наличествует у Познера и немалая склонность к компромиссу, думаю, спорить с этим никто не будет.

Но есть одно качество, которое перечеркивает все остальные: его невозможно заставить и принудить.

Может быть только чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы не повредить его репутации. А Познер за своей репутацией следит.

Интеллигенция проклинала его «Времена», когда вместо актуальнейшей кричащей темы у него в эфире появлялись колхозники и говорили о повышении надоев. Но, в конце концов, всем было на это наплевать. Все ждали заключения, последней минуты, когда он вдруг переходил на эту важную тему. И все понимали, почему он не посвятил этой теме всю передачу, но ценили эту последнюю минуту. Потому что такие в России времена. Это было сродни советской «Таганке» с ее «фигой в кармане» – так же бессмысленно, но так же необходимо для свежего воздуха, который в России замещен нефтью.

Познера отторгли не конкретные недовольные, а система, для которой личность — ничто.

Еще раз повторю то, что уже писал: если бы у вышедших из академии была хоть малейшая цель участвовать именно в конкурсе, в поединке, то они сделали бы все, чтобы поддержать Познера. Они бы пошли на любые переговоры, потому что когда они клепают свой рейтинг, нужно заботиться о том, чтобы в лавке оставался хотя бы один приличный человек. Но Познер восемь раз звонил Добродееву, однако тот не нашел времени встретиться. Этот кремлевский язык знаков вполне понятен. Это значит — уже решили менять, а встречаться и смотреть в глаза незачем.

В России не принято говорить слова благодарности, когда человек уходит с должности. Плевок вслед — другое дело.

Но я, например, многое буду помнить с благодарностью.

Я не забуду, что именно с именем Познера связано само появление «ТЭФИ» и высокий авторитет академии.

Не забуду, что статуэтки получали не за отупляющую пропаганду и патриотический вой, не за дезинформацию на экране, не за рейтинг как таковой, а за профессиональные достижения.

Я благодарен за то, что академия при Познере была островком демонстрации наличия совести в профессии, которую, к сожалению, называют «второй древнейшей». И она, в наше время, все больше сливается с первой. Но статуэтка в руках победителя «ТЭФИ» свидетельствовала — он профессионал и у него есть совесть.

И Максимовская регулярно получала «ТЭФИ» не потому, что это был негласный протест против власти, а потому что она профессиональней многих.

Она занималась новостями, а не пропагандой.

Те, кто высокомерно отказали Познеру во встрече, давно забыли, чем отличается одно от другого.

И именно Познер, простым своим присутствием, задавал критерий профессионализма.

Кто его задаст теперь?

Итак, скоро премия «ТЭФИ» станет другой, но телезрители вряд ли заметят это.

Это будет праздник гламура.

Будет много музыки и конфетти. И будет участие всех каналов.

На первых рядах будут сидеть главные руководители главных каналов.

На почетном месте будет сидеть Ларри Кинг, которому вручат «ТЭФИ» за вклад.

А за кулисами будет стоять несчастный, волнующийся Швыдкой, который знает, что его могут убрать при первом недовольстве, но который, умница, всегда готов к этому и не сильно расстраивается.

Вот такие времена, господа.

Новые времена…