Михаил Боде: «Дело антикваров» и деяния экспертов

Прерванная затяжными рождественско-ногодними празднованиями антикварная деятельность в скором времени снова активизируется – 25 февраля в ЦДХ откроется юбилейный 20-й Российский Антикварный салон. Видимо, снова знатоки, а еще более -считающие себя таковыми, бродя вдоль стендов, будут судачить о фальшивках, о ненадежных экспертах, о том, что теперь вообще никому ни в чем нельзя верить. Наверное, будут вспоминать и «дело Преображенских» о продаже четой антикваров около двух десятков фальсифицированных работ коллекционеру, «зависшее» в ноябре в следственных органах «за невозможностью установить лиц, причастных к совершению этого преступления». Также, вероятно, будут присматриваться к Гильдии экспертов России, созданной в конце года, когда уже стали «дуть на воду». Впрочем, если эта гильдия как-нибудь себя проявит. Короче говоря, прошлогодние проблемы будут вызывать зуд и в нынешнем году.

Не то, чтобы для раззуживания «дела антикваров», но для информирования тех, кто о нем не слышал, попытаемся наскоро пролистать его, дополняя его теми сведениями, которые либо ускользнули из внимания газетчиков, либо некорректно ими приводились и опуская дрязги между участниками тяжбы.

Итак, суть в том, что в конце зимы – начале весны прошлого года коллекционер-неофит Валерий Узжин приобрел у знакомых ему Татьяны и Игоря Преображенских, владевших галереей «Русская коллекция», одну за другой около двух десятков картин русских передвижников по разным ценам: от 135 тыс. до 155 тыс. долларов (приводятся разные цифры). Антиквары снабдили произведения экспертными заключениями ВХНРЦ им. И.Э. Грабаря, утверждавшими, что одни работы принадлежат кисти Александра Киселева, другие – Владимиру Орловскому и т.д. Лишь после того, как некий знакомый коллекционера выказал сомнения в подлинности этих вещей, г-н Узжин прибег к альтернативной экспертизе, то есть обратился не к «грабарям», а в сектор экспертизы ГНИИРеставрации. Проработав в конце февраля – в начале марта эту коллекцию «передвижников», специалисты ГНИИРа выдали заключение о том, что подписи русских художников «наведенные» (то есть написанные поверх старого красочного слоя недавно), что стилистические особенности работ не соответствуют образцовым произведениям этих художников, что сама манера больше соответствует западной живописной школе. Вот этот момент как раз и ускользнул из внимания СМИ.

Расстроенный коллекционер обратился в органы внутренних дел, а пресловутые работы были отправлены еще в одну экспертную контору – в «Арт Консалтинг». Эта не так давно созданная структура сотрудничает с различными экспертами и технологами на договорных началах, то есть приглашает их на тот или другой вид работ. К концу июля «Арт Консалтинг» представил результаты техно-технологической экспертизы, определявшие работы как свеже прописанные, включая и «наведенные» подписи. К слову сказать, экспертами-технологами были сотрудники уже упомянутого ГНИИРа (sic!).

В качестве эксперта-искусствоведа «Арт Консалтинг» пригласил Владимира Петрова, сотрудника Третьяковской галереи, специализирующегося на искусстве второй половины XIX века. К началу сентября он представил свое заключение, в котором авторство пейзажа «Летний день. Дорога вдоль опушки леса», приписываемое А. Киселеву, категорически отвергалось и в котором впервые прозвучало имя Януса ла Коура как настоящего автора работы. Там же упоминалось, что холст фигурировал на датском аукционе Bruun Rasmuseen в декабре 2003 года. Так был выявлен западноевропейский “рукав”, из которого и появился преображенный “киселев” (как и прочие вещи из этой подборки). Оперативность, с которой был точно определен “датский след”, удивительна. На первый взгляд. Но дело в том, что В.Петров не в первый раз имел дело с вещами из пресловутой подборки. Как он сообщает в интервью “Антикварной газете” (декабрь, № 16, 2005), около года назад некий знакомый антиквар, замешанный в “деле”, показывал ему пейзаж Киселева, а вообще за полтора года этот “некто” перетаскал ему около 20 работ. У искусствоведа они вызывали сомнения, но вот визировал ли он именно их своим росписью эксперта остается не совсем ясным. Так или иначе, просматривая свою экспертную деятельность, В.Петров в том же интервью отмечает: “Оказалось, что и я сам выдал около 20 таких ошибочных заключений.” Вопрос в том: совпадают ли эти 20 ошибочных с 20-ю просмотренными? Еще один вопрос: кто такой этот “некто”? Один из Преображенских, кто-то из “их” людей, или же фигурирующий в “деле” некий дилер Д.Э. Кутейников? Судя по устойчивому мнению многих СМИ, именно этот персонаж, приобретал за сущие пустяки картины датских живописцев на уже упомянутом аукционе и сбывал их уже фальсифицированные, либо напрямую, либо через посредников, Преображенским. Г-н Кутейников странным образом пропал и посему дать разъяснения не может. Всех же “собак” повесили на оставшихся Преображенских. Вполне возможно, что они этого действительно заслуживают. Но может быть и то, что сами Преображенские стали жертвой обмана нечистоплотного дилера. И если среди специалистов считается, что эксперт имеет право на ошибку, то почему таким правом не обладает и галерист?

Однако в отношении руководителя галереи “Русская коллекция”, то есть Татьяны Преображенской, профессиональное сообщество уже применило санкции. Всего лишь через полторы недели после задержания галеристки (а оно произошло 17 октября), на состоявшемся заседании правления Международной конфедерации антикваров и арт-дилеров (МКААД) ее исключили из членов Конфедерации “за действия, несовместимые с целями деятельности Партнерства, ненадлежащее выполнение своих обязанностей и нарушение принятых на себя обязательств перед Партнерством” (официальное сообщение опубликовано в том же номере “Антикварной газеты”). То есть еще не то что до суда, а до завершения следствия собратья по промыслу отмежевались от своего товарища. Надо заметить, что эта “профессиональная этика” уж больно отдает советскими временами, когда “партийца”, только попавшего под следствие, с поспешностью исключали из партии, поскольку считалось: член партии по определению неподсуден. Это к проблеме этики.

И к ней же дополнение. Можно только приветствовать создание Гильдии экспертов России, давно пора было институировать нечто подобное. Конечно, было бы интересно узнать, каким образом будет воздействовать на арт-рынок и, разумеется, на обрезание различных «датских» и вообще «немецко-скандинавских» рукавов новообразованное сообщество. Вероятно, это станет ясным после, как всегда в России, глубокого организационного периода. Пока же хотелось обратить внимание на список членов гильдии, коих 21. Двое из них – просто чиновники, несколько человек имеют лишь косвенное отношение к экспертизе. Все «гильдийцы» исключительно москвичи. Среди них представители даже тех экспертных структур, грифы которых неприятно засветились в «деле Преображенских». Нет лишь представителей ГНИИРа, где первыми распознали фальшивки. Выводы делать рано, однако есть о чем поразмышлять.

См. также:

• Михаил Боде. Западная карта русского антиквариата