В Кремле

Итоги недели. Кризис жанра

26 АПРЕЛЯ 2013 г. АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ

Есть такая профессия: Путина слушать. Несмотря на тяготы и лишения, а также приступы зевоты, переходящие в рвотные позывы. Много-много лет назад мои учителя в иностранном отделе «Красной звезды» говорили, что нет ничего ценнее информации, сообщенной высокопоставленным официальным источником. И пусть он врет, как сивый мерин. Для анализа принципиально важно, что именно и каким образом он собирается втюхать городу и миру. Посему реальности вопреки на редакционных совещаниях в «ЕЖе» я продолжаю настаивать на том, что все это следует слушать и анализировать. Так что я провел весь четверг, наблюдая одиннадцатое шоу Путина.

В итоге я вполне готов составить универсальный словарь ответов главы государства на любые вопросы. «Как стать Путиным» всего за один сеанс.

Вопрос: как решить социальные проблемы (какие именно, неважно — понижение зарплат медиков и учителей вместо обещанного повышения, рост тарифов ЖКХ, отсутствие нормальных дорог)? Ответ: объем средств, выделяемых государством на решение этого, безусловно, важного вопроса неуклонно растет. Однако на местах их порой неправильно используют. Мы, конечно же, в ближайшее время все проверим и наведем порядок.

Ответ хорош тем, что его можно повторять несколько раз в ходе одной конференции, а также все десять лет подряд.

Вопрос: собираетесь ли вести диалог с оппозицией? Ответ: да, с радостью. Просто жду — не дождусь, чтобы начать этот самый диалог. Только диалог-то должен быть конструктивным. И эти самые оппозиционеры обязаны предложить мне решение тех проблем, которые я с ребятами из кооператива «Озера» создал за последние двенадцать лет. Пусть теперь оппозиционеры продемонстрируют креативность. Под моим контролем, естественно. А когда нырять научатся, может, и воду в бассейн пустим.

Вопрос: зачем нужны судебные расправы над оппозицией? Ответ: А никаких расправ нет вовсе. Никто никому не запрещает критиковать власть, выявлять коррупцию. У нас, блин, демократия. А закон одинаков для всех. Да здравствует наш суд — самый справедливый суд в мире. Я только вчера звонил насчет Навального, так и сказал: главное, чтобы всесторонне и объективно. Вот с Ходорковским все точно так и получилось: всесторонне и объективно.

Вопрос: почему ухудшаются отношения с Западом? Ответ: потому что они, гады, только жабры свои раздуть хотят, показать свою крутость желают, навязать нам, суверенным, свои стандарты. В Голландии, вы слышали, партию педофилов зарегистрировали. Вы вот ответьте: нам нужна партия педофилов, если их и так в Госдуме до фига?

Вопрос: дяденька, построй нам детскую площадку (дай платьице, как у Снегурочки, преврати тыкву в карету, а Сергея Иванова поставь на запятки). Ответ: да, конечно, завтра пришлю.

И так далее до бесконечности. Но штука в том, что все секреты путинской демагогии теперь известны всем. И любая кухарка у нас может ныне легко общаться с народом таким образом. Это означает, что путинские сеансы внушения в отношении российского народа явно переживают глубокий кризис. Все уже сказано, все увертки известны заранее. Партер дремлет, если не считать тех несчастных, которым велено задать вопросы. Они судорожно повторяют про себя заученные наизусть предложения, и губы их беззвучно шевелятся.

Похоже, что исчерпанность жанра осознавалась и режиссерами действа. Они поняли, насколько неестественно выглядят так называемые «представители народа». Так что большую часть вопросов задавали профессиональные журналисты. И понятно почему. Каждый из вроде бы острых вопросов содержал некую зацепку, которая позволяла главе государства легко уйти от прямого ответа. Так главред «Независимой», спрашивая о провале визита Путина в Германию и в Голландию, услужливо подкинул президенту тему гомосексуалистов. Вопрос о неприятии Путина молодежью был дополнен спасительной фразой о том, что он — «президент работяг и пенсионеров». Это работа не для любителей. Сработали ли эти уловки? Не уверен. Для путинского электората они слишком сложны. Ну, а пресловутый «креативный класс» легко разберется в путинских софизмах.

Но не напрасно же я потратил почти пять часов. Нет, было во всем этом несколько важных «сигналов». Среди задающих вопросы вдруг оказался Алексей Кудрин, как будто у него нет других возможностей пообщаться с Путиным. Сначала президент с демонстративным воодушевлением напомнил, что Алексея Леонидовича дважды называли лучшим министром финансов в мире. А потом сообщил главное: Кудрин отказался от сделанных ему предложений о возвращении во властные структуры. Мало того, Путин позволил самому Кудрину объяснить, почему. Мол, Алексея Леонидовича не устраивают полумеры, он считает, что необходимо приступать к реальным реформам. Похоже, правительству и стране продемонстрировали того самого кризисного менеджера, с которым сейчас договариваются о разделе полномочий. Этому можно было бы радоваться. Ведь тот же Кудрин упоминал о необходимости «развивать институты» для улучшения экономической ситуации. Одна беда: оказавшись во власти, системные либералы первым делом жертвуют своими демократическими принципами.

Тем более что Владимир Владимирович тут же напомнил им, что они в полной его власти. А дальше бодро сообщил, что в окружении Анатолия Чубайса работали агенты ЦРУ. При этом с чисто сталинским лицемерием Путин рассуждал о том, что никто, в том числе Чубайс, не застрахован от ошибок. Я так и ждал, что сейчас с грузинским акцентом раздастся: «Работайте… пока».

А за стенами Гостиного двора шла жизнь. Обычная российская жизнь. Оппозиционер Лебедев получил двушечку с половиной. То, что он сдал товарищей, не помогло. Ассоциацию «Голос» оштрафовали на 300 тысяч рублей за отказ признать себя иностранным агентом. Закон, направленный на подавление НКО, заработал. И главный удмуртский начальник приказал ФСБ разобраться с медработниками, протестовавшими против уменьшения жалования. Он еще не знал, что Путин пообещал вернуть им деньги. Ведь чисто иностранные агенты…

Фотография ИТАР-ТАСС