Нам готовят переворот

Итак, что бы там ни говорил уважаемый Станислав Белковский, Путин остается. Понятно же, что вся эта вакханалия с его рекламной кампанией – не дембельский аккорд. А кампания, скажу я вам, не только «ковровая» — эх, взялся бы кто-нибудь хоть примерно подсчитать, сколько денег на нее затрачено, и выяснить, все ли они взяты из избирательного фонда, — но и действительно жесткая. Цензуре подвергается даже сам носитель и владелец рекламируемого бренда. Так, программа «Вести недели», рассказывая о красноярских встречах президента, сочла возможным не знакомить телезрителей с весьма двусмысленными высказываниями Владимира Путина в адрес «Единой России». (Интересно, как у них происходит разбор полетов? Путин стоит, опустив голову, а Сурков ему выговаривает? Дескать, куда это тебя, Владимир Владимирович, занесло? Мы тут из кожи вон лезем, немереные бабки палим, всю страну тобой покрыли, а ты ни с того, ни с сего за две недели до выборов вздумал «опускать» «Единую Россию»! Про какую-то идеологию заговорил, про то, что кто-то там к ним примазывается… Очень своевременные откровения, ничего не скажешь…)

Так вот еще раз спрашиваю, уважаемые читатели: неужто эта кампания похожа на проводы на пенсию пусть и горячо любимого руководителя?
Впрочем, Путин и сам признался, что от кормила далеко отходить не собирается. Никак иначе его слова «чтобы я имел моральное право потом с них спросить» интерпретировать невозможно. В этой фразе два ключевых слова – «потом» и «спросить». «Потом» — значит после всех выборов. А спрашивают начальники с подчиненных. (В некоторых недоразвитых странах этой функцией наделен еще народ, но мы-то с вами, слава Богу, в России живем.)
Тут, конечно, слегка режет слух это самое «моральное право».

Сразу хочется спросить, какова природа данного права? Ну, чтобы его обрести, достаточно ли на каждом заборе написать слово «Путин»? Или все-таки необходим комплекс предварительных мер – сначала посадить Ходорковского, потом уничтожить в стране федерализм, отменить губернаторские выборы, превратить депутатов в клоунов, подмять под себя телеканалы, разогнать «несогласных», превратить любые выборы в позорный фарс, воссоздать однопартийную систему, поссориться с цивилизованным миром, ухитриться настроить против России всех вчерашних союзников и соседей и т.д.?

Сам Путин считает, что высокий результат «Единой России» на предстоящих выборах наделит лидера партии этим самым «моральным правом». Тут, конечно, неплохо бы понять, с какого процента «Единой России» на Путина снисходит эта благодать, но не будем мелочиться и, тем более, не будем спорить с президентом – считает и считает. Однако в любом случае возникает чисто технический и, конечно, ужасно пошлый вопрос – а как это моральное право согласуется с правом юридическим? Ну то есть как все будет происходить на практике?

Если верить официальной пропаганде, то можно предположить, что 2 марта страна выберет какого-нибудь президента. И, к примеру, вот этот президент, в полном соответствии с действующей Конституцией, не захочет переназначать дедушку Зубкова премьер-министром и предложит Думе другую кандидатуру. А Путин, скажем, решит вступиться за своего протеже. И что же – он придет к новому главе государства и скажет: «Товарищ, президент, вы меня знаете? Так вот я против того, чтобы вы выгоняли Зубкова. Я считаю, что у меня есть моральное право потребовать от вас изменить это решение»? Так, что ли? Но, опять же в полном соответствии с действующей Конституцией, новый президент может сказать: «Да пошел ты со своим моральным правом. Кого хочу, того и предлагаю на пост премьер-министра». А дальше начинается самое интересное. Дальше, у Путина есть только один вариант поведения, он будет вынужден произнести что-то вроде нижеследующего: «А знаете, уважаемый товарищ президент, и министр обороны, и глава ФСБ тоже согласны с тем, что у меня есть моральное право не согласиться с вашим решением». Вот это и будет государственным переворотом.

Тут, понятное дело, многие скажут, что я нарисовал фантастическую картинку. Что в нынешних условиях невозможно представить себе президента России, который станет перечить Путину. Предположим. Только что от этого меняется? Действующие президенты тоже время от времени соглашаются участвовать в государственных переворотах.