В экономике

ВТО — современная форма колониализма

12 ИЮЛЯ 2012 г. СЕРГЕЙ АКСЕНОВ

Ну, вот это и случилось. Государственная дума ратифицировала протокол о присоединении России к Всемирной торговой организации — ВТО. Решение было принято большинством голосов правящей партии. «Если есть что-то положительное в «Единой России», так это то, что она голосует за такие вещи. Оппозиция, насквозь левая и популистская, голосует против», — прокомментировала ситуацию Ирина Ясина.

Действительно, вопрос о присоединении к ВТО расколол оппозицию. Единые на площадях российских городов в требовании политических свобод разные сегменты оппозиции очевидно имеют разное видение будущего страны. Во всяком случае, в части экономической политики. Упрощая, можно сказать, что либералы выступают за максимальную интеграцию в мировую экономику, все остальные скорее за экономическую изоляцию — автаркию.

Среди «всех остальных» мы видим парламентские КПРФ, «Справедливую Россию» и ЛДПР. А также непарламентские «Другую Россию», «Левый фронт» и «Партию дела». Последняя,хоть и малоизвестна, но именно ее лидер — некто Константин Бабкин — стал рупором российских промышленников, возражающих против ВТО. Интернет свидетельствует, что Бабкин как-то связан с Ростсельмашем, чьи перспективы после присоединения к ВТО весьма унылы. Это многое объясняет.

В отличие от Бабкина я лишен личной экономической заинтересованности в этом вопросе: заводами не владею, живу не в моногороде, где один комбинат, одно место работы на всех, а в Москве, к материальным благам равнодушен. Хоть с ВТО, хоть без я лично проживу, но… Но так случилось, что однажды я «заболел» интересами своей страны, которые понимаю в первую очередь как НЕЗАВИСИМОСТЬ и САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ. Поэтому и пункт об экономической самодостаточности России в программу своей партии когда-то вписал. И с тех пор оцениваю всё исходя именно из этой логики.

Так вот, как ревнитель экономической самодостаточности, замечу, что меня не очень-то впечатляют конкретные цифры потерь тех или иных предприятий или отраслей экономики от вступления в ВТО. Так же как и общие потери бюджета в 445 млрд рублей только за 2013–2014 годы. Все это, конечно, плохо, особенно для тех, кого это касается лично, но не это главное. Главное — это системные изменения, изменения условий экономического развития страны, потеря части экономического суверенитета.

Любые временные потери можно пережить. Например, они могут быть оправданы стратегическими перспективами для страны. Однако именно стратегических перспектив мы и лишаемся, вступая в ВТО. Как свидетельствуют российские промышленники, те, чья работа — производить, а не только продавать, вступление в ВТО приведет к потере ими доли отечественного рынка практически во всех отраслях. То есть мы сами, добровольно, отдаем свой рынок, а значит, и прибыль, и (самое важное!) перспективу модернизации своей экономики иностранным компаниям.

«В 2010 году мы продали за рубеж товаров на $32 миллиардов, а закупили за рубежом на $152 миллиарда. Что же касается сельского хозяйства, то мы продали за рубеж товаров на $5 миллиардов, а закупили на $12 миллиардов. Если нам нечего продавать, зачем нам идти в ВТО на роль потребителя?» — задал резонный вопрос парламентскому большинству представитель фракции КПРФ Сергей Решульский.

Аргумент об ответном открытии зарубежных рынков для российского экспорта не выдерживает критики. Продаем-то мы в основном сырье. На него приходится три четверти всего экспорта. А чтобы изменить структуру экспорта, нужна модернизация, от которой мы (вы помните) фактически отказались. Таким образом, членство в ВТО лишь закрепит за Россией незавидный статус сырьевого экспортера и рынка сбыта высокотехнологичной продукции.

Впрочем, чему тут удивляться? Преемница Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ), инициированного США и Великобританией по итогам Второй мировой войны, ВТО и была создана как инструмент доминирования экономически развитых стран над всем остальным миром. Фактически ВТО — это современная форма колониализма. Прежняя система, созданная с помощью «политики канонерок», оказалась несовременна и рухнула. На смену ей пришли более тонкие методы выстраивания экономической зависимости. Блажен, кто верует в альтруизм стран — мировых лидеров, однако я всегда помню, что борьбу за существование никто пока не отменял.

Это, кстати, хорошо чувствует вполне себе эгоистичный российский обыватель. Часто делая личный выбор в пользу более качественного иностранного товара, он, тем не менее, ощущает стратегическую опасность такого потребительского поведения. Так, две третьих опрошенных «Новым регионом» респондентов высказались категорически против вступления в ВТО. Еще больше — 76% — высказались аналогичным же образом в ходе телефонного опроса на «Эхо Москвы». Сам слышал. Правда, ссылку на сайте радиостанции поищите сами, я почему-то найти не смог.

Видимо, зная о негативном отношении российского избирателя к ВТО, наши власти практически засекретили всю информацию о вступлении. Сам протокол, более двух тысяч страниц, так и остался не переведенным на русский язык. Во всяком случае, именно на этом основании Чуров официально отказал инициативной группе граждан в проведении референдума по ВТО. А ведь это как раз тот вопрос, по которому не грех было бы спросить мнение народа. Иначе чем же нынешние правители, якобы антикоммунисты, от них отличаются? Опять, не спрашивая нас, тащат страну в светлое будущее?