Назад и ввысь

Покидающий свой пост президент Украины Петр Порошенко в свое время комплексно подошел к решению проблемы автокефалии Украинской церкви, то есть канонического признания ее полной независимости от Москвы. В дополнение к полностью оправданному церковным правом и историческими прецедентами обращению к Вселенскому патриарху с просьбой предоставить Украинской церкви томос об автокефалии президент предпринял и ряд действий против доминирующей в Украине юрисдикции Московского патриархата (УПЦ МП). И если "позитивная" часть его "плана автокефалии" увенчалась успехом (6 января Константинопольский патриарх даровал Украине томос), то "негативная" часть плана, изначально довольно рискованная, потерпела неудачу.

По замыслу президента и его религиозных советников, переименование УПЦ в "РПЦ в Украине" должно было вызвать отток из этой религиозной организации тех верующих, которые и в церкви хотели бы оставаться украинцами. В конце декабря Верховная рада приняла, а президент подписал закон о необходимости внесения в официальное название религиозных организаций, управляющий центр которых находится в государстве-агрессоре (то есть в РФ), полного названия этого управляющего центра. Неизвестно, сознательно это было сделано или нет, но закон предоставлял УПЦ МП такое время на переименование, которого аккурат хватало, чтобы дождаться президентских выборов. Согласно изданному на основе закона распоряжению Министерства культуры Украины, ведающего регистрацией религиозных организаций, срок, отведенный на добровольное переименование УПЦ МП, истекает 26 апреля.

За месяцы, прошедшие после дарования томоса, УПЦ МП не только не утратила своего лидирующего положения на конфессиональной карте Украины, но и начала юридический реванш. В период между первым и вторым турами президентских выборов она добилась довольно существенных побед в суде. 6 апреля Окружной административный суд Киева признал "противоправными" действия председателя и депутатов Верховной рады, связанные с принятием закона о переименовании УПЦ МП. 19 апреля Конституционный суд начал производство по иску ряда депутатов от Оппозиционного блока о конституционности закона. И, наконец, 22 апреля тот же Окружной суд Киева приостановил действие распоряжения Минкультуры о сроке добровольного переименования. Между прочим, предстоятель УПЦ МП митрополит Онуфрий первым из религиозных лидеров поздравил Зеленского с избранием и благословил его президентство.

Можно, конечно, говорить, что эти победы обесцениваются скверной репутацией украинской судебной системы, приводя в пример явно коррупционное решение о фактическом возвращении Игорю Коломойскому "Приватбанка", что чревато чуть ли не дефолтом Украины. Очевидно, что именно судебная ветвь украинской власти начала быстрее остальных "переобуваться в воздухе", как только по итогам первого тура выборов стала очевидной перспектива радикальной смены политического курса страны. Как бы то ни было, в данном случае суды не являются самостоятельным политическим игроком, а лишь демонстрируют (пусть слишком прямолинейно) господствующий политический тренд. Теперь Украина будет "жить по-новому" (как долго - на этот вопросы суды не отвечают), то есть УПЦ МП вновь станет фактически государственной конфессией, а автокефалия - уделом самоотверженных борцов за украинскую идею. Почти как при Януковиче. Воистину, новое в политике - это хорошо забытое старое.

На мой взгляд, в новой политической реальности для украинской автокефалии открываются очень светлые перспективы. Для этой высокой идеи было унизительно пребывать в статусе придатка пиар-кампании одного политика, пусть и очень уважаемого. Энтузиазм сторонников церковной автокефалии явно не усиливался от того, что их движением, выстраданным веками борьбы, начинали управлять бюрократы или политтехнологи, довольно далекие от церковного дискурса. Только "отделение автокефалии от политики" способно вдохнуть новую жизнь в украинское церковное возрождение. И чем успешнее, чем убедительнее это возрождение будет протекать, тем меньше шансов будет иметь Московская патриархия на "удержание Украины".