Чуть не взорвалось

14 февраля 2005 года в центре Бейрута на пути бронированного кортежа бывшего премьера Ливана Рафика Харири прогремел чудовищный взрыв. Погибли 22 человека, включая самого бывшего премьера, сотни человек были ранены. На месте взрыва образовалась воронка в десять метров в диаметре (на фото). Обрушился фасад гостиницы «Сент-Джордж», сгорели больше двух десятков машин, стоявших на площади. От террориста-смертника остался один зуб и 33 фрагмента. Лоскутья грузовичка «мицубиси», в который была заложена взрывчатка, доставали специальные водолазы из моря. В грузовичок было заложено не менее 1 тонны взрывчатки.

Это я для сравнения. Потому что на прошлой неделе в Назрани должно было взорваться 800 кг взрывчатки. И целью взрыва — как я постараюсь обосновать ниже — мог быть только новый президент Ингушетии Юнус-бек Евкуров.

Но сначала — все по порядку. В середине февраля ФСБ республики доложило, что в Ингушетию для совершения «крупного теракта» прибыли трое смертников: двое карачаевцев — Копсергенов и Охтова, и один русский — Мокин. К сообщениям ФСБ, особенно ингушского, следует относиться, мягко говоря, с осторожностью, но в этом случае власти республики пошли на беспрецедентный шаг: фото, фамилии и даже сотовые телефоны, которыми пользовались трое боевиков при въезде в республику, были опубликованы везде.

Зачем в республику, кишашую боевиками, завезли для теракта карачаевцев и русского, спросите вы? Это ведь все равно, что ехать в Тулу со своим самоваром. Ответ заключается в том, что если вы взрываете в центре Назрани тонну взрывчатки, то, как и в случае убийства Харири, счет раненым и убитым пойдет на сотни. В Ингушетии все друг друга знают, среди этих сотен наверняка будут родичи боевиков, а те, кто будут не родичи, станут кровники. Боевики в Ингушетии с удовольствием стреляют поштучно в ментов, но сносить пол-Назрани охотников найдется немного.

Боевики между тем действовали очень умно: заехали в особняк, строящийся в элитном районе на юго-западе Назрани, и, так как в строящийся дом можно сгрузить что угодно хоть посреди бела дня, завезли на улицу Гаролоджева четыре бочки взрывчатки, по 200 кг каждая, и еще одну порцию взрывчатки, видимо, на 50-100 кг, отдельно.

План боевиков разгадать достаточно легко, если представить себе эти бочки — по 200 кг каждая — и понимать, что вывезти их куда-то из дома технически трудно; стало быть, взрывать их планировалось прямо в доме, стало быть, жертву проще всего было к дому подманить.

Недостроенный особняк, расположенный в элитном районе, принадлежит бывшему главе МЧС Ингушетии Юсупу Цицкиеву, прославившемуся при Зязикове (новый президент его сразу попер) масштабами освоения средств, выделяемых в республику на паводки и оползни. Рядом живет новый глава МВД Руслан Мейриев. Проще всего боевикам было взорвать министра отдельным зарядом, 50-100 кг хватило бы, а потом, когда на место взрыва приедет президент Евкуров (а он приезжает повсюду, что бы ни случилось), снести стационарной бомбой, помещенной прямо в доме, и президента, и все вокруг: см. что осталось от кортежа Харири.

Утром 12 февраля, в четверг, боевики, вероятно, заканчивали последние приготовления, увидели у соседних дверей милицейскую проверку (обычный утренний обход), запаниковали и открыли огонь. Началась перестрелка; часть взрывчатки сдетонировала, снесло и боевиков, и ментов, минимум 15 человек, пропали без вести брат хозяина дома и его 12-летний сын, в развалинах обнаружили уже упомянутые бочки, которые стояли отдельно и чудом не взорвались.

Что новому президенту Ингушетии трудно будет остаться в живых, предсказывали многие наблюдатели. Прежний президент Ингушетии, Мурад Зязиков, боевикам особо не мешал: наоборот, к чиновникам его, весьма спокойно и даже не скрываясь, приезжали люди из леса и объясняли: мы знаем, что ты украл миллион. Отдай долю, а то убьем. Терроризм в Ингушетии при Зязикове превратился в рэкет, и хотя я ни в коем случае не настаиваю, что те люди, которые обстреливали из гранатомета дом премьера Ингушетии или похищали родичей Зязикова, делали это исключительно ради денег, давно замечено: с деньгами воевать легче, чем без них. Смертником-то можно стать бесплатно, но согласитесь — 800 кг тротила вам никто бесплатно не продаст.

Юнус-бек Евкуров не взял пока ни у кого ни копейки; Юнус-бек Евкуров назначил новых чиновников и у всех назначенных взял заранее заявление об отставке с непроставленной датой. Юнус-бек Евкуров, как и его сосед Рамзан Кадыров, запретил проводить спецоперации без ведома местных властей и силами со стороны. С Чечней договорились быстро, а на границе с Осетией дело в трех случаях чуть не дошло до перестрелки, причем на границу выезжал лично президент.

Наконец, Юнус-бек Евкуров лично приехал на встречу к боевикам, и когда вышедшие из леса ребята спросили человека, вылезшего из-за руля, «А где президент?», то услышали в ответ: «Я президент». Условия были поставлены разумные: амнистия тем, кто может выйти из леса, отъезд тем, для кого уже нет пути назад, и объявление войны настоящим боевикам. «Вы мои враги, — заявил президент, — считайте, что я лично одобрил все операции, в которых вы будете убиты».

Ингушетия по-прежнему находится в ужасающем состоянии. В ней по-прежнему безработица, субсидии и взаимная звериная жестокость между силовиками, которые превратились в настоящих садистов, и боевиками, которые воюют отнюдь не за свободу, а за всемирный халифат. В ней не изменилось ничего: но в ней исчезла злая воля властей. Злая воля, которая утверждала, что никаких проблем в республике нет, а все сказки про коррупцию и терроризм — это происки врагов замечательного президента Зязикова. Злая воля, которая стреляла в любого человека на улице и объявляла его террористом и которая в результате добилась того, что в конце концов действительно можно было выстрелить в любого молодого ингуша на улице — и попасть либо в террориста, либо в сочувствующего. Именно поэтому ни Доку Умаров, ни его ингушский уполномоченный Магас не трогали президента Зязикова, хотя регулярно воровали его родственников для пополнения казны. Такого катализатора терроризма, с точки зрения боевиков, им послал сам Аллах.

А вот как только стало ясно, что Евкуров — не Зязиков, в Ингушетию завезли импортных смертников и тонну взрывчатки. Президенту сильно повезло.