Original Material
: И суда нет
«Главным врагом всего человечества» на этой неделе для оппозиции стала судья Ольга Боровкова. Негодующие против очередной посадки левого активиста Сергея Удальцова развернули против судьи целую кампанию. Однако для реальных перемен такое давление должно стать постоянным фоном работы власти.
Лицом оппозиционного протеста временно стал лидер движения «Левый фронт» Сергей Удальцов. Его в очередной раз посадили, еще не отпустив из заключения, на десять суток. Апеллляцию должны были рассмотреть накануне, но перенесли на 7 января, так что Новый год активист должен провести не дома.
А антагонистом Удальцова граду и миру явилась мировой судья Ольга Боровкова. Боровкова тоже стала своего рода символом протеста. Дело восприняли настолько серьезно, что судье даже предоставили охрану, опасаясь за ее здоровье.
Судья молода — ей еще нет и 30. Родилась она вроде бы (по этому поводу в сети даже развернулась отдельная дискуссия) в ноябре 1983 года. Возраст в данном случае является немаловажным фактором, поскольку помощнику судьи, каковую должность Боровкова вроде бы занимала с осени 2004 года, необходимо высшее образование. А молодому юристу тогда должно было быть от силы 20 лет. К тому же это должность госслужащего и на нее требуется стаж на госслужбе не менее двух лет или же юридический стаж — от четырех лет.
Если все это правда, то вообще непонятно, как Боровкова могла стать судьей и кого-то судить — просто по закону не должна была иметь права. Закон, разумеется, что дышло, но все-таки до некоторого предела.
Впрочем, сетевые пользователи, негодующие против ареста Удальцова, винят во всем судью напрасно.
Несистемным оппозиционерам она не нравится еще с прошлого года, когда она арестовала Бориса Немцова под Новый год и он провел все новогодние праздники в тюрьме. Однако она периодически выносила и вполне благостные для оппозиционеров вердикты. Советника председателя «Яблока» Артура Гроховского в июле 2010 года она, скажем, оправдала, хотя милиция и требовала того осудить. В январе 2011 года оправдала она и главную защитницу Химкинского леса Евгению Чирикову по делу об организации несогласовнной акции у здания правительства Мособласти.
Сам Сергей Удальцов, кажется, превращать судью во вселенское зло не спешит. В интервью «Известиям» он заявил, что считает Боровкову жертвой системы. «Я не сомневаюсь, что она прекрасно видит, что творится, но по каким-то своим соображениям продолжает служить этой системе», - сказал он.
Однако общественники требуют едва ли не крови юной судьи и пишут в сети, торжествуя, что на сайте Мосгорсуда-де написано, что участок Боровковой свободен. В этом им видится большая победа общественности над несправедливой к противникам системой.
По сути ни устранение Боровковой, ни даже увольнение главы Мосгорсуда Ольги Егоровой никаких проблем общества не решит.
Как не сделает выборы честными отставка главы Центризбиркома Владимира Чурова. Власти просто назначат на тот же пост следующего исполнителя и нет никаких оснований полагать, что новый исполнитель будет сильно лучше прежнего. А если вспомнить, что гражданский контроль за властью до недавних выборов был чем-то эфемерным и для граждан, и для власти, то надежды, что власть моментально переменится, увидев на площадях десятки тысяч протестующих вряд ли приходится.
«Солдаты системы» - будь то председатели участковых избирательных комиссий или судьи — станут просто бояться выносить заведомо незаконные решения. А тогда уже можно будет ожидать и честных выборов и справедливого суда.
Впрочем, это дело не двух дней или месяцев. Исполнительная власть очевидно не захочет делать судебную систему реально независимой, ведь это существенно ограничит свободу маневра по принципиальным политическим вопросам. А это уже выходит за рамки компетенций и судьи Боровковой, и прочих судей в Российской Федерации. Это уже вопрос договоренностей граждан и власти.
В этом смысле «дело Удальцова» можно считать маркером процесса — все-таки за левака-активиста активно заступаются никак не разделяющие его взгляды и устремления граждане. Но если такая реакция статистически значимого числа граждан не станет постоянным фоном работы властей, мало что изменится.