Интересы стран БРИКС

Политолог Алексей Макаркин пишет о расширении БРИКС:

«1. Этот процесс выгоден Китаю и России. В том числе в связи со вступлением в БРИКС Ирана, чьи связи с Россией резко увеличились после начала СВО. Китай воспринимает БРИКС как опору в конкуренции с США и площадку для взаимодействия с «глобальным Югом».

2. Для Бразилии было важно помочь властям соседней Аргентины, где на финишную прямую выходит президентская избирательная кампания, результаты которой сейчас предсказать невозможно. Есть вероятность победы как правоцентристского <…>, так и крайне правого кандидата, по сравнению с которым «бразильский Трамп» Жаир Болсонару выглядит умеренным политиком. Так что вступление Аргентины добавляет организации рисков <..,>.

3. Появление в БРИКС сразу трех арабских <…> государств – Саудовской Аравии, ОАЭ и Египта – усиливает роль «нефтяного» фактора в организации и ее взаимодействие с ОПЕК. При этом все эти страны прагматично маневрируют в мировой политике. Участие в БРИКС для них может быть частью сложной игры <…>.

4. Эфиопия появилась в последний момент в качестве реального, а не потенциального кандидата – видимо, по инициативе ЮАР, заинтересованной в географическом балансе. <…> У Эфиопии хорошо выстроенные отношения с Россией, премьер только что лично участвовал в саммите в Петербурге.

5. Главным скептиком относительно расширения выглядела Индия – с учетом ее непростых отношений с Китаем. Но она могла согласиться на это с учетом общего аморфного характера БРИКС, позволяющего его членам проводить самостоятельную внешнюю политику без обязывающих ограничений».