Священномученик Иоанн Можирин

Гонения советской власти на Русскую церковь были таковы, что не то что сказать о своей вере, но даже молча следовать ей было подвигом. Прославленные в лике святых новомученики и исповедники не поступились ничем: верили, молились и безропотно шли на свои голгофы.

«Полит.ру» вспоминает тех, кто отдал свою жизнь за веру и чьими молитвами жива Русская церковь — даже если кроме имени до нас почти ничего не дошло.

Публикации подготовлены Кириллом Харатьяном (включен российскими властями в реестр иностранных агентов).

Икона Собор святых новомучеников и исповедников российских

Иван Можирин — сын крестьянина села Софьино Тамбовской губернии. По окончании среднего учебного заведения был рукоположен в сан священника.

В 1931 году, 61-летний отец Иоанн был арестован и заключен в Сиблаг (Новосибирская область, станция Яя). В 1933 году освобожден из лагеря по инвалидности как нетрудоспособный. Служил в храме в селе Старо-Белокуриха Алтайского края до закрытия храма.

С 15 июля 1933 года начал служить священником в Смоленском районе. Служил в селах Ново-Смоленское, Смоленское. С 1 августа 1935 года по 12 декабря 1935 года служил священником в селе Старо-Тырышкино Смоленского района. После закрытия церкви жил в том же селе без работы до 15 июня 1936 года.

Незадолго до нового ареста отца Иоанна постигло большое искушение, по поводу которого он писал 4 сентября 1936 года священнику Даниилу Носкову: «С самого начала поступления на Белокурихинский приход тяжелая картина, тяжелое впечатление отзывались в моей душе и сердце. Теперь казалось, что дело устроилось. В воскресные дни, а в особенности в великие праздники, когда больше бывает молящихся, стало раздаваться под сводами храма живое пастырское слово — об устроении жизни прихожан по заветам Христа. И в эти минуты мне чувствовалось, что мои уста глаголят от избытка сердца. Но увы, наверно не придется отслужить ни одной литургии, так как церковь требуют освободить для засыпки хлеба, как и в прошлом году. Провидение снова оставляет меня без службы. Все эти действия лишают нас права отвергать промыслительные действия Бога и обязывают нас к осторожности в суждениях о том, что невозможно для нашего разума узнать».

23 сентября 1936 года был арестован как «участник контрреволюционной повстанческой организации», проходил по групповому делу «Дело архиепископа Иакова (Маскаева) и др. Барнаул, 1937 г.». При аресте и на допросах держался мужественно. Виновным себя не признал и никого не оговорил. В период следствия содержался под стражей в Бийской тюрьме.

25 июля 1937 года Особой тройкой УНКВД Западно-Сибирского края признан виновным и приговорен к расстрелу.

29 июля 1937 года был расстрелян в Барнауле вместе с архиепископом Иаковом (Маскаевым). Погребен в безвестной могиле.