Воронеж: будничный протест

Примерно за час до начала митинга один из лидеров воронежского Объединенного гражданского фронта Александр Болдырев в разговоре с обозревателем «Ежедневного журнала» особого оптимизма не выказывал. «Понимаете, — говорил Болдырев, — будний день, четыре часа, то есть большинство еще на работе… ну посмотрим, все-таки думаю, пара тысяч придет – тема-то всех касается».

В итоге на центральной площади Воронежа 6-го апреля, по разным оценкам, собралось от пяти до семи тысяч человек. Митинг организовали местные отделения КПРФ, «Родины» и ОГФ. Протестовали против реформы ЖКХ. По крайней мере, так значилось в заявке на мероприятие. На самом деле, протестовали против Путина. Об этом можно было судить и по выступлениям местных активистов, и по тем настроениям, что царили в толпе.

Честно говоря, я давно не был на большом «левом» митинге, поэтому с особым вниманием прислушивался к тому, что говорят вокруг. Говорили разное. В основном – ничего неожиданного. Но все-таки общий тон высказываний и надписи на транспарантах свидетельствовали о том, что заявленная тема всего лишь повод, что дело не только в квартплате и ценах на услуги ЖКХ.

Какая-то тетка, увидев плакат «Россия без Путина», который развернули двое молодых людей, недовольно фыркнула: «А Путин-то здесь причем? Он, что ли, нам квартплату начисляет? Это все местные проворовались и теперь вот за наш счет свои проблемы решают». На нее тут же зашикали со всех сторон. Особенно разгорячился пожилой мужчина с куском картона, на котором было написано «Хватит им платить». «Вот из-за таких дур, как ты, мы все и просрали, — кричал мужчина, — Путин, видите ли, ни при чем!!! А кто при чем? Он же у них главный пахан. За весь сбор денег отвечает. А потом по своим раздает: олигархам, «Единой России» этой …. А Кулаков (глава администрации Воронежской области – «ЕЖ») чего? Он же сам весь на дотациях…. Все они теперь в Москву за деньгами ездят. Вот в Кремле эту картинку увидят и срежут ему деньги-то. Скажут, не следишь за порядком в области – не за что тебя кормить. И хорошо – нам все равно от этих денег ничего не достается».

Тем временем на площадь с разных концов города стекались колонны. Всего подошло пять колонн. И каждый раз ведущий митинга предлагал поприветствовать вновь прибывших. Вскоре выяснилось, что по ходу движения не обошлось без инцидентов – милиция задержала несколько молодых активистов. «Это они специально за молодежь взялись, — кричали в толпе, — чтобы люди видели, будто одни пенсионеры протестовать выходят».

Вообще эта моментальная реакция на происходящее вокруг, создающая в толпе живую атмосферу личной непосредственной причастности, зримо контрастировала с тем, что обычно происходит на демократических митингах, где люди реже выражают свои эмоции, а больше вслушиваются в слова ораторов. Здесь же порой сложно было расслышать, что говорят выступающие. Площадь смолкла только тогда, когда ведущий объявил Гарри Каспарова.

Понятно, что для воронежцев приезд на их мероприятие известного столичного человека – событие неординарное, что само по себе должно было привлечь внимание к его выступлению. Тем более что ведущий подчеркнул – Каспаров специально приехал в Воронеж на митинг, а не просто проходил мимо и увидел скопление людей. Но реакция все равно могла быть совершенно непредсказуемой – все-таки толпа в подавляющей своей массе состояла из довольно агрессивных людей левых убеждений. Каспаров для них – человек из чужого мира. Тем не менее, его выступление имело наибольший успех.

Каспаров не пытался понравиться публике, специально не подбирал слов, не выдвигал популистских лозунгов. Он говорил то, что обычно и говорит в похожих обстоятельствах. Может, чуть более эмоционально – ему не каждый день приходится выступать перед многотысячной аудиторией. Но главное, что поняли и оценили люди: он был абсолютно искренен и честен в каждом своем слове. В какой-то момент за моей спиной кто-то из молодых активистов НБП растерянно произнес: «Слушайте, еще чуть-чуть и он скажет слово «революция». Но про революцию Каспаров, разумеется, ничего не сказал. Когда овации стихли, все тот же человек с картонкой, обращаясь к окружающим, почти с завистью проговорил: «Вот лидер ОГФ к нам приехал, а где же наш Зюганов?»

Вообще тема неудовлетворенности региональных левых активистов и рядовых партийцев своим московским руководством – хоть коммунистов, хоть «родинцев» — отдельная важная тема. Сегодня это особенно актуально по отношению к «Родине». Тезис о том, что Дмитрий Рогозин «струсил» и «бросил» партию в частных разговорах местные родинцы повторяли неоднократно. Впрочем, и коммунисты от Зюганова не в восторге. В ответ на аккуратное высказывание Каспарова о том, что центральное руководство КПРФ далеко не всегда адекватно тем протестным настроениям, что нынче царят в большинстве регионов России, один из лидеров воронежских коммунистов только с горечью махнул рукой: «Все они там продались за путинский харч».

Отдельно, наверное, надо сказать о реакции властей. Для нас москвичей удивительным было уже то, что власти позволили устроить не только сам митинг, но и шествия. Однако по-настоящему мы были изумлены, когда выяснили, что практически все местные телеканалы в своих вечерних новостных выпусках показали подробные отчеты о мероприятии, а некоторые из них даже процитировали Каспарова. Если не считать вышеупомянутого инцидента, следует отметить, что и милиция вела себя исключительно корректно, хотя в ее адрес время от времени звучали достаточно резкие и нелицеприятные слова. И даже когда митингующие взяли в живое кольцо областную воронежскую администрацию, никаких силовых действий со стороны правоохранительных органов не последовало.

«Люди за них еще даже не взялись как следует, а они уже в штаны наложили», — прозвучало из толпы. Когда же мы покидали площадь, один из местных журналистов, обращаясь ко мне, произнес: «Видите, народ в Воронеже уже приближается к точке кипения. Теперь вопрос только в том, как далеко готовы идти местные лидеры. А на московских здесь никто и не рассчитывает». Потом он на секунду задумался и добавил: «Правда, оказывается, и среди москвичей есть отвязные».