Date

Author

Hidden

Source

Colta

Preserved copy

Internet Archive

Original Material

«Надоело терпеть все это»

Непрекращающиеся уличные протесты в Белоруссии, сопровождающие выборы президента, отличаются невиданной прежде вовлеченностью белорусских музыкантов — от больших звезд до инди-коллективов. Одни из них высказывались метафорически, записывая перед выборами песни о свободе и переменах. Другие делали прямые политические заявления в соцсетях, участвовали в митингах оппозиционных кандидатов и продолжают выходить на улицы вместе с другими протестующими, рискуя очень многим. Мы попросили объяснить, почему произошел всплеск гражданской активности в Белоруссии, музыкального менеджера, эксперта по современной белорусской музыке Дмитрия Безкоровайного и самих артистов, выпустивших этим летом песни протеста, — участников групп «Грязь», NaviBand, Nizkiz, «Дай дарогу!», «J:Морс» и TOR BAND.

Дмитрий Безкоровайный

1. На события в стране вокруг президентских выборов живо и в едином порыве отреагировали очень многие и очень разные белорусские музыканты. Почему именно сейчас, а не 5, 10 или 15 лет назад?

С одной стороны, в этот раз были действительно сильные, свежие и разноплановые кандидаты, некоторые с весомым капиталом предыдущих заслуг. С другой, власти многократно перешли критичную грань в отношениях с обществом. Второй пункт объясню подробнее.

Все началось весной с абсолютно неадекватной и при этом высокочастотной реакции на COVID-19, которая породила множество мемов по всему миру. Говорилось что угодно: что и заболевших мало, и умирают только хроники из-за других болезней, и все нужное у медиков есть. Но на деле все знали, что заболевших много, умирают вполне здоровые люди, некоторые города закрывают, у медиков СИЗ нет, поэтому все скидывались, волонтеры развозили по стране.

Но моментом детонации именно в рамках предвыборной кампании стали брутальные задержания людей после ареста Виктора Бабарико и избиение очереди в магазин Symbal.by. Когда хватали всех подряд, зачитывали в суде написанные под копирку показания представителей ОМОНа и не учитывали никаких видеосвидетельств, показывающих, что все было совсем иначе. В этот момент стало ясно, что молчать значит поддерживать и оправдывать все вот это. При этом очень помогло привлечь дополнительную аудиторию то, что штабы ведущих кандидатов, которые потом превратились в объединенный штаб Светланы Тихановской, всегда настаивали только на легальных и мирных способах влияния на ситуацию.

Для кого-то это был накопительный эффект в ключе «да сколько ж можно?», для кого-то — первое осознание обратной стороны «белорусской стабильности». Кто-то высказался в соцсетях, кто-то выпустил песню, в той или иной степени отзывающуюся на предвыборные события и ожидания, кто-то выступил на митингах Тихановской. На заключительном митинге в Минске должны были выступить такие знаковые и популярные в Белоруссии артисты, как Nizkiz, «J:Морс», Лявон Вольский, но его отменили за пару дней до. Испугались, поскольку на предыдущем собралось, по разным оценкам, от 35 до 60 тысяч, хотя популярных артистов там, по сути, не было. А тут было бы еще больше.

Власти в последний момент попытались дополнительно нивелировать историю с концертами-митингами Тихановской с помощью «Праздничных концертов» во всех городах Белоруссии за день до выборов с участием российских и украинских звезд, плюс в Минске должен был пройти хип-хоп-фестиваль с участием американских рэперов Saint Jhn и Tyga. Но белорусы их всех засыпали в соцсетях сообщениями, что это политика и пропрезидентская история, в результате чего все мероприятия отменили.

2. Насколько музыканты единодушно настроены против Лукашенко? Есть ли те, кто занял противоположную позицию?

В этот раз уровень публичного противостояния властям со стороны музыкантов и других публичных людей как никогда высокий. Высказались те, кто никогда вообще не говорил на эти темы публично. Причем в других сферах — в том числе традиционно очень «государственных» и потому очень «президентских», таких, как спорт, — абсолютно аналогично.

При этом есть какая-то часть «эстрадников», которая пока что молчит. А вот чтобы открыто поддержать президента в рамках выборов — по сути, никого. Александр Солодуха — многолетний человек-мем от белорусской эстрады — постоял рядом с президентом на День независимости 3 июля, но я не помню, чтобы он прямо агитировал за него. В доверенных лицах президента была певица Юлия Быкова (группа Aura), но это в лучшем случае среднее звено весьма слабой окологосударственной белорусской эстрады, она с младшим сыном президента один раз публично выступала какое-то время назад.

Даже традиционную песню в поддержку президента в этот раз записал всего лишь шуточный вокалист-баянист Виталий Воронко, вечный участник ТВ-конкурсов талантов. Кстати, именно во время его выступления на госмитинге произошла эта история с включением песни «Кино» «Перемен».

3. Чего музыкантам может стоить проявление гражданской позиции?

Их могут лишить возможности играть концерты в Белоруссии на несколько лет. При том что для абсолютного большинства музыкантов это основной рынок. Все это неофициально, конечно, но абсолютно реально.

В Белоруссии уже были две волны запретов для музыкантов, которые так или иначе пошли против власти. Первая — с 2004 по 2007 год для всех участников оппозиционного концерта к 10-летию правления Лукашенко. Вторая — с 2011 года: от двух лет для тех, кто просто публично не согласился с официальной трактовкой событий на площади Независимости (разгон мирного протеста vs массовые беспорядки), до пяти-шести лет для тех, кто провинился, по мнению властей, сильнее.

Что такое «провиниться сильнее»? Например, быть доверенным лицом оппозиционного кандидата, как Змитер Войтюшкевич. Либо выпустить песню с провокационным содержанием и дать резкое интервью лично в адрес Лукашенко, как это было с «Ляписом Трубецким» (песня называлась «Грай»).

Плюс по радио и ТВ неофициальный циркуляр разошлют, чтобы не ставили и не звали в эфир. Но последнее с развитием интернета не так страшно. А вот концерты — да, это больно.

4. Можно ли сравнивать текущую ситуацию в Белоруссии с перестройкой и русским роком в плане схожести настроений в обществе — или это сравнение притянуто за уши?

Сложно ответить на этот вопрос. С одной стороны, эта ситуация — прямое наследие Советского Союза и поэтому перекликается. Но все же одно дело — железный занавес, другое — авторитарная страна, из которой в целом всегда можно выехать, где можно слушать любую музыку, где можно общаться со всем миром, где можно на каком-то уровне — скажем, в соцсетях, в СМИ — критиковать власть. Происходящее сейчас, безусловно, плохо, а в последние дни даже ужасно, но все же разница между СССР и Беларусью есть.

Впрочем, если уж сравнивать, то, в отличие от тех времен, тут нет привязки к конкретной стилистике. Хотя это можно объяснить тем, что тогда рок-музыка была практически единственной понятной музыкой, альтернативной эстраде. А сейчас стилистический выбор независимой музыки больше.

И артисты тут уже во многом известные, выступающие на сценах зачастую больших, а не подпольных, как это было во времена СССР. То есть советский (именно советский, пусть даже позже превратившийся в русский) рок благодаря перестройке получил выход на сцену (и это был, по сути, единственный его шанс, хоть понятно, что артисты об этом не думали), а тут артисты уже были публичными, их существование не зависит от смены власти, но они готовы идти на противодействие. Причем именно рискуя в ряде случаев своей сложившейся карьерой. Хотя понятно, что в СССР музыканты вообще в тюрьму рисковали угодить.

5. В последние годы музыка Белоруссии на подъеме: очень многие артисты на слуху и в России, а некоторым удается пробиться и к западному зрителю. С чем это связано и могут ли сегодняшние события дать новый мощный импульс?

Мне кажется, что в целом мир становится более открытым и многополярным. Благодаря соцсетям и цифровой дистрибуции все больше стираются границы, появляется бесплатный доступ к аудитории по всему миру. В итоге успех артистов зависит не от продюсера, не от объема денег за спиной, не от инфраструктуры лейблов — со всеми этими пунктами в Белоруссии всегда были проблемы, — а от творческого продукта и постоянной работы, что доступно каждому. Да, музыки в мире как никогда много, очень сложно выделиться, но шанс теперь есть у всех. Что подтверждают истории «Молчат дома», Intelligency и многих других.

Денис Астапов, «Грязь»

«Грязь» — рэп-рок-группа из Могилева, основанная еще в 2011 году Денисом Астаповым и Романом Сащеко (Рома Англичанин), битмейкером и участником популярнейшего рэп-проекта «ЛСП». После смерти Ромы в 2017 году Денис возродил группу, выпустил несколько альбомов, хорошо принятых и в Белоруссии, и в России. Ранее в своем творчестве политики Денис практически не касался, но перед выборами президента «Грязь» записала трек «Перемен».

1. Что вас побудило написать протестную песню?

Надоело терпеть все это.

В разгар пандемии нас оставили одних, государство вместо того, чтобы помочь людям, просто оставило их, сказав, что вирус — это миф, а люди в этот момент умирали, настоящие люди. Зачем тогда такое государство, если оно людей не может защитить? Пугать по телевизору расстрелами? Сажать за включенную песню Цоя на 10 суток?

Они просто считают людей за скот, быдло, которому можно вешать любую лапшу на уши — внешний враг, провокации Запада, но эти сказки мы всю жизнь слушали и верили в них, а реальность оказалась совсем другая. И поэтому я обратился к нашему президенту как к своему отцу, которого знал с рождения: любящий папа со своими детьми так поступать не будет. Все хотят перемен...

От песни в кабинете не закроешься, она — везде.

2. Способны ли песни что-то изменить в сложившихся политических и социальных обстоятельствах?

Песни ничего не могут изменить, но, как говорится, нам песня строить и жить помогает, и я хочу, чтобы люди услышали, что они не одни, я хочу, чтобы эту песню услышал наш президент. Мы не хотим войны, мы хотим, чтобы нас услышали, мы хотим жить в своей стране и не бояться за себя и своих близких. Мое мнение никого из них не интересует, меня как обычного гражданина и слушать никто не станет, а от песни в кабинете не закроешься, она — везде.

3. Со стороны кажется, что происходящие события заставили высказаться большинство музыкантов из Белоруссии. Так ли это? Или есть и те, кто отмолчался?

Конечно, есть: если тебе есть что терять — концерты, стадионы, — ты молчишь. Но понравится ли тебе этот стадион, когда ты знаешь, что людей у тебя под окнами палками забивают, они за твое будущее кровью истекают, а ты как ни в чем не бывало новое шоу готовишь? Все мои друзья-артисты из Белоруссии так или иначе свою позицию обозначили, и я горжусь ими, хотя многим есть что терять.

4. Вы признаете результаты выборов? Принимаете ли участие в уличных протестах против фальсификации?

Я ходил голосовать в Питере. Очередь стояла с раннего утра, людей собралось столько, что они несколько раз закольцевались вокруг посольства, незнакомцы привозили воду и еду таким же незнакомцам. Очередь не продвигалась совсем, была всего одна кабинка для голосования, и в восемь часов участок закрыли, тысячи людей так и не отдали свои голоса (и я в том числе), а через пять минут уже были результаты, потрясающая скорость подсчета: за целый день — всего 300 проголосовавших. Нам просто плюнули в лицо, наши голоса ничего не значат — как и в Москве, как и в других городах, где проходило голосование.

Такого результата я не признаю и принимаю участие в протестах против этого издевательства.

Всем и дальше будут врать, всех и дальше будут бить, но терпеть мы уже не будем.

5. Какой сценарий развития событий в стране был бы для вас идеальным, а какой вы считаете наиболее вероятным?

Идеальным для меня, как и для всех нас, было бы проведение честных выборов, где люди сами решат свою судьбу: ведь это наша жизнь и наша страна, мы хотим сами решать, как нам жить. Пугают, что будет плохо, — пусть будет плохо, но этот выбор мы сделали сами, хуже, чем сейчас, уже не будет, даже если никого не будет.

А вероятно то, что всем и дальше будут врать, всех и дальше будут бить, но терпеть мы уже не будем.

Артем Лукьяненко, NaviBand

NaviBand — популярный в Белоруссии инди-фолк-коллектив, когда-то представленный российскому слушателю Евгением Гришковцом, участники «Евровидения-2017». Политических заявлений прежде не делали — напротив, группа участвовала как в государственных мероприятиях, так и в «оппозиционных» по составу фестивалях, но на текущую повестку музыканты откликнулись акустической балладой «Iншымi».

1. Что вас побудило написать протестную песню?

Часто песни появляются в нужное время в нужном месте. Мы до конца не можем объяснить, как она возникла. Не было какой-то задачи. Она написалась, мы выпустили, попали. В ней есть какие-то нужные надрыв и слова.

2. Способны ли песни что-то изменить в сложившихся политических и социальных обстоятельствах?

Скорее, вдохновить кого-то на создание еще чего-то прекрасного. Это как часть необходимого пазла. Человеку всегда нужна духовная поддержка. Без этого никак.

В целом да. Очень многие в меру своих сил и способностей что-то выпустили, сняли, написали. Каждый как умел. Определенно много искреннего и очень красивого.

4. Вы признаете результаты выборов? Принимаете ли участие в уличных протестах против фальсификации?

Мы никогда раньше не имели отношений с политикой. Но сейчас это часть жизни каждого белоруса. Быть аполитичным просто невозможно. Очевидно, не все чисто с подсчетом голосов, и цифры, которые показывают людям, не имеют ничего общего с правдой. На улице сейчас опасно. Власти применяют слишком много насилия и жестокости. Мы точно против этого.

У нас прекрасная страна и люди, которые определенно достойны большего. Если говорить о развитии и каком-то прогрессе в разных сферах, то, конечно, люди на местах, у власти, должны меняться. Это нормально. Но сейчас слишком сложная ситуация. Все происходит в ускоренном темпе. Поэтому и предсказать, что будет, думаем, пока невозможно.

Александр Ильин, Nizkiz

Nizkiz — наиболее динамично развивающаяся рок-группа в Белоруссии на данный момент. За последние пару лет она сильно прибавила в популярности и зимой собрала зал Falcon Club Arena на 4000 человек. По сути, группа придерживается околооппозиционных взглядов — пару лет назад она выступала на 100-летии БНР (Белорусской народной республики), а вышедшую в конце июня песню «Правiлы» все однозначно восприняли как поддержку протестующих на улицах.

1. Что вас побудило написать протестную песню?

Желание хоть как-то обратить внимание людей на то, что есть простые человеческие и цивилизованные правила: когда честные выборы — это норма, когда президент не находится у власти дольше, чем положено по мировым стандартам (это проверено на развитых странах), когда способность свободно высказывать свое мнение — это правило, а не привилегия.

2. Способны ли песни что-то изменить в сложившихся политических и социальных обстоятельствах?

Хочется верить, что способны. Песни, выпущенные в последние месяцы в Белоруссии, не призывают на баррикады, а, скорее, являются мирным объединяющим инструментом.

Большинство небезразличных к делам страны музыкантов, актеров и многих других людей разных профессий высказались весьма однозначно и смело о том, что происходит в стране. Как, а главное, ЗАЧЕМ именно СЕЙЧАС менять курс республики.

4. Вы признаете результаты выборов? Принимаете ли участие в уличных протестах против фальсификации?

Однозначно такие результаты выборов признать просто невозможно. Даже в самых отсталых странах Африки не приходило более 43% населения на досрочное голосование. О чем это говорит, думаю, и так понятно всем.

Идеальным было бы обнуление результатов этого «голосования» и проведение новых, открытых и честных выборов со всеми кандидатами. Чтобы именно люди, а не запуганные члены комиссий решали судьбу страны. Думаю, что не все еще решено на этом этапе с нынешними выборами. Власть всячески пытается оградить население от информации о происходящем в разных регионах Белоруссии, заглушая интернет, но народ находит варианты, чтобы быть в курсе. Об этом говорит и все большее количество выходящих на протесты людей. Есть те, кто отмолчался, но это не значит, что они поддерживают нынешнюю власть.

Юрий Стыльский, «Дай дарогу!»

«Дай дарогу!» — популярная панк-группа, стабильно собирающая полные залы на сольных концертах и участвующая во всех крупных фестивалях Белоруссии. Музыканты группы не раз прежде высказывались на политические темы, а сама группа попадала под запрет в родном Бресте. Мимо ситуации с президентскими выборами «ДД» пройти не могли и выпустили песню «Баю-бай».

1. Что вас побудило написать протестную песню?

Песня «Баю-бай» — не первая в нашем творчестве, посвященная всему этому п∗∗децу, что происходит у нас в стране. Посмотрите на YouTube песню «10 миллионов рабов» с нарезкой из событий 2017 года в Белоруссии.

Песня «Баю-бай» родилась из событий, которые начали происходить в период предвыборной кампании 2020 года. Нам удалось быстро ее записать и сделать клип. Получился сингл к новому альбому. Альбом мы планируем выпустить в августе, как только в Белоруссии включат интернет.

Мы не признаем эти выборы. Они полностью фальсифицированы.

2. Способны ли песни что-то изменить в сложившихся политических и социальных обстоятельствах?

Песня может воодушевить людей, придать им энергию и импульс. Стать саундтреком событий или даже гимном, как песня Виктора Цоя «Перемен».

Возможно, тот, кто промолчал, выскажется позже, когда появится интернет в стране. Уже можно легко собрать двойной диск с песнями лета-2020 в Белоруссии.

4. Вы признаете результаты выборов? Принимаете ли участие в уличных протестах против фальсификации?

Мы не признаем эти выборы. Они полностью фальсифицированы. Участники «Дай дарогу!» и наши близкие друзья принимают участие в мирных акциях протеста против фальсификации выборов в Белоруссии.

Зная, как в Кремле любят копировать белорусские сценарии, можно предположить, что и Россия пойдет по такому же пути.

Идеальный вариант развития событий — это честные, прозрачные выборы...

А наиболее вероятный сценарий развивается на наших глазах. Физическое устранение всех несогласных и вышедших на улицу людей по всей стране...

P.S. Зная, как в Кремле любят копировать белорусские сценарии, можно предположить, что и Россия пойдет по такому же пути.

Владимир Пугач, «J:Морс»

«J:Морс» — одна из самых популярных и уважаемых белорусских рок-групп, отметившая в прошлом году 20-летие. До этого момента группа держала нейтралитет, отказываясь играть и выступать как за альтернативных кандидатов, так и за президента (за что пару раз попадала под запрет). В начале августа лидер «J:Морс» Владимир Пугач записал проникновенный гимн «Дыхаем зноў» совместно с Лявоном Вольским, еще одним авторитетным белорусским музыкантом, одним из создателей группы N.R.M. и лидером группы «Крамбамбуля».

1. Что вас побудило написать протестную песню?

У меня песни всегда придумываются совершенно хаотично, без привязки к окружающей действительности. Я вообще не очень люблю аудиодайджесты: утром в газете — вечером в куплете. Но в этот раз все иначе. До сих пор ситуация в стране не трогала меня настолько сильно, как этим летом. Сейчас, наверное, достигнут болевой порог. Песня о том, что все будет хорошо. Просто захотелось поверить в это самому и убедить других.

2. Способны ли песни что-то изменить в сложившихся политических и социальных обстоятельствах?

Песни (в моем понимании) — ни в коем случае не инструмент политической борьбы. Но людям всегда нужны символы, что-то, что явилось бы маркером единодушия, знаком солидарности. Искусство, музыка могут являться таким цементом.

Сейчас, наверное, достигнут болевой порог.

Многие музыканты и другие деятели культуры высказались. От одних это было ожидаемо, другие удивили. Людей с активной позицией становится все больше! Это отличительный признак этого электорального периода. При этом я считаю, что никто никому ничего не должен. В сложившейся ситуации каждый должен сам принимать решение, что ему говорить и говорить ли вообще. Это не соревнование, кто крепче родину любит.

4. Вы признаете результаты выборов? Принимаете ли участие в уличных протестах против фальсификации?

Предварительные результаты мне известны, они удручают своей абсурдностью и нелепостью. Конечно, выходил в город с народом, но в открытых столкновениях не участвовал.

Идеальный — прозрачная работа политических институтов, приводящая к честным результатам на выборах.

Реальный — глубокий политический и экономический кризис в стране.

Дмитрий Головач, TOR BAND

TOR BAND — группа из Рогачева, самый молодой коллектив в этом списке, исполняет тяжелый рок. О себе они говорят, что «играют честное музло»: это вполне применимо и к треку «Жыве».

1. Что вас побудило написать протестную песню?

Большинство людей ищет в этой песне политический подтекст, но там его нет. Это патриотическая песня, посвященная честным гражданам нашей страны, которые любят свою родину не за что-то, а вопреки. Это песня для тех, для кого слова «родина» и «мама» неразделимы.

2. Способны ли песни что-то изменить в сложившихся политических и социальных обстоятельствах?

Мы не можем дать точный ответ, подобного опыта наша страна не переживала, но песни позволяют нам чувствовать себя единым народом. Мы — мирный народ, то, что сейчас происходит, для нас дикость. Никогда не думали, что в 2020 году белорусы будут избивать белорусов.

Многие высказались, но многие отмолчались. Отмолчались те, для кого музыка — это хлеб, и их можно понять. Наш народ, кстати, отличается тем, что мы многое можем понять и принять. Возможно, даже и простить.

Мы не хотим памятников, где будет написано, как белорусы расправлялись с белорусами. Это просто недопустимо.

4. Вы признаете результаты выборов? Принимаете ли участие в уличных протестах против фальсификации?

Мы не то чтобы не признаем — мы удивлены такому высокому проценту, который получила действующая власть. Именно это все и вызвало в людях недовольство. Думаю, если бы цифры были иные, народный гнев был бы не таким. В том городе, в котором живем мы, никаких акций протеста не происходит. Негодование людей — в крупных городах, в провинции все очень тихо.

Идеального сценария уже не будет. Увы. Мы не сторонники насилия, как раз таки наши методы протеста были мирными, но, пока сила на стороне власти, очевидно, что перевес в ее сторону. Надеюсь, что белорусы себя покажут умными людьми и найдут другие формы выражения для достижения собственных целей. В конце концов, ситуация абсурда в том, что нас метелят те, кого кормим мы. Это равносильно тому, чтобы держать дома животное, которое ты кормишь, а оно на тебя постоянно нападает. Даже в природе тот, кто кормит, становится на вершину иерархии отношений. Просто об этом кое-кто позабыл. А может, и не знал. Ждем мира, нам достаточно памятников по стране после Второй мировой и историй, которые передавали нам дедушки и бабушки. Мы не хотим памятников, где будет написано, как белорусы расправлялись с белорусами. Это просто недопустимо.