Осторожно, перформанс!

Организатору выставки «Осторожно, религия!» и директору Сахаровского центра Юрию Самодурову грозит три года тюрьмы, руководителю выставочной группы музея Людмиле Веселовской и художнице Анне Михальчук – по два. Именно столько потребовала для них гособвинитель Кира Гудим.

Напомню историю вопроса.

В январе 2003 года в музее им. Сахарова прошла выставка «Осторожно, религия!». В выставке участвовали представители художественной тусовки весьма специфического круга, характерным представителем которого является г-н Кулик, тот самый, который голым на четвереньках изображал собаку. На выставке были представлены экспонаты, потрясающие своим глубоким содержанием и необычностью формы. Как-то: щит с логотипом Кока-колы, ликом Христа на нем и подписью «сие есть кровь моя» по-английски. Фотография деревянного Креста на пригорке, символизирующем Голгофу, с подвешенной к перекладине гирляндой сосисок. И прочие в том же роде.

Видимо, памятуя об участи Салмана Рушди, свободолюбивые эстеты не стали создавать художественные произведения на тему «свинья, совершающая намаз».

Поэтому мусульмане, которые просто сожгли бы Сахаровский музей с его экспонатами, выставку проигнорировали. Зато на ней появились шестеро православных граждан, вооруженных елочными шариками, наполненными краской. Этими шариками они забросали высокохудожественные произведения и получили в ответ — по жалобе художников — уголовное дело по статье «хулиганство».

Однако вскоре дело против погромщиков закрыли и возбудили другое — уже против эстетов. Процесс этот тоже стал своего рода перформансом. Православные бабушки и дедушки слетались поглядеть на «сатанистов», как мухи на мед. Обвинение зачитывало обращения верующих с просьбой покарать «осквернение символа христианства — двуглавого орла», а на лестничной клетке, уставленной иконами и изображениями царской семьи, можно было заметить богомольца с фотографией убитого Распутина. Богомолец объяснял, что «Распутин умучен жидами». Все рекорды побил вопрос представительницы столичной прокуратуры Новичковой: она спросила организаторов выставки, что они думают об отношениях между католичеством и ХРИСТИАНСТВОМ.

Заступаться за г-жу Новичкову и умученного жидами Распутина, конечно, не с руки. Но вот беда — заступаться за художников, устроивших «актуальный перформанс», тоже как-то не тянет.

Если организаторы выставки и вправду считали, что борьба с религией — самое актуальная тема наших дней, то они запоздали родиться лет эдак на 250. Да и трудно мне представить Кулика в роли Вольтера.

Что же до художественного уровня выставки, то, скажем прямо, до Рафаэля и Микеланджело, которые, помнится, тоже создавали произведения на религиозную тему, художник Кулик не дотягивает. Никто бы о выставке и не узнал, если бы православные бабушки ее не разгромили.

В нынешней художественной богеме эпатаж заменил талант. Если ты не знаешь нот — бей кастрюлей по голове и говори, что это перформанс. Не умеешь рисовать — покакай перед пустой рамкой и скажи, что это инсталляция.

Однако ресурсы человеческого тела (как-то прыгание обнаженным, испражнение в присутствии зрителей) конечны, и зрителям быстро надоедает. Поэтому наиболее прозорливые эстеты додумались обновить эстетику скандала через политические провокации.

Одна скандинавская художница недавно соорудила инсталляцию в честь шахидки, взорвавшей десяток человек. В кроваво-красном бассейне плавала лодочка со свечкой. Жизнь удалась — пришел израильский посол, бассейн расплескал, свечку потопил. Новаторшу запомнили.

Организаторы выставки «Осторожно, религия!» выбрали, как им казалось, удачную нишу. Путина не задевали, стало быть, что ожидалось? Ну, придет парочка черносотенцев. Разобъет высокохудожественные экспонаты. Будет шум, будут интервью, будут гранты и изучение творчества новых русских художников в западных университетах. Не одному же Церетели бабки рубить.

Не случайно граждане эстеты первыми побежали жаловаться на погромщиков. Чем больше децибел, тем легче добыть грант. Как в дзю-до, они хотели использовать реакцию погромщиков для увеличения своей рыночной капитализации.

Вот только выставку организовывали в одной России, а судят ее устроителей — совсем в другой. Художники рассчитывали на гранты, а могут получить срок. И я не знаю, что больше свидетельствует о духовной болезни нации: тот факт, что православные противники выставки повели себя так, как повели; или тот, что ее устроителей всерьез объявляют борцами с мракобесием и творческими личностями.