Попал под выдачу

Арест бывшего лидера боснийских сербов Радована Караджича, обвиняемого в преступлениях против человечества, и реакцию на это событие в России и за ее пределами комментируют Эдуард Лимонов, Владимир Прибыловский, Олег Орлов и Сергей Ковалев.

Эдуард Лимонов, лидер запрещенной Национал-большевистской партии:

Сербия начала торговать своими героями – это крайне прискорбно. В 1992 году я имел возможность наблюдать Радована Караджича в боснийской Сербской республике. Я не согласен с тем образом Караджича, который был создан на Западе, - с образом военного преступника. Если говорить о голубях и ястребах в сербской политике, то он был скорее голубем. Караджичу приходилось сдерживать своих генералов. Отвратительно и прискорбно, когда из такого человека делают злодея и военного преступника.

Я надеюсь, что судьба Караджича не сложится так, как судьба Милошевича. Надеюсь, ему удастся доказать в суде, что он всего лишь был президентом боснийской Сербской республики и отстаивал интересы сербов, столетиями живущих в Боснии. Я считаю, что он был хорошим президентом для своего народа, и надеюсь, что суд будет справедлив и Караджича оправдают.

Владимир Прибыловский, глава информационно-исследовательного центра "Панорама":

Выдача Караджича в Гаагу – это шаг к принятию Сербии в Европейский союз. Можно рассуждать о морали, о том, что Сербия торгует своими гражданами ради выгоды, но для ЕС это будет действительно важный довод в пользу того, чтобы принять Сербию в свои ряды. Протесты в Сербии уже начались, но все-таки сербы - народ прагматичный, они доказали это голосованиями на последних выборах.

Что касается России, то для так называемых русских патриотов Радован Караджич – это хороший повод устроить антизападную истерику, но сейчас лето – никто политикой не интересуется, поэтому больше 12 человек на акцию протеста у сербского или какого-то еще посольства друзья Караджича сейчас вряд ли соберут.

Олег Орлов, председатель совета правозащитного центра "Мемориал":

Реакция в Сербии будет разная, сербское общество довольно сильно расколото. Я не думаю, что там будет всеобщее возмущение арестом Караджича. Нынешняя сербская власть выполнила обязательство, данное прежним правительством. И это реальный шаг к евроинтеграции, за которую активно выступает нынешнее правительство Сербии. Естественно, оппозиция - радикальная партия Воислава Шешеля и Воислав Коштуница - будет решительно протестовать, хотя бы потому что Шешель сам находится под судом в Гааге.

Что до России, то тут сейчас начнется бешеный вой, крик, шум и возмущение, хотя не очень понятно, в отношении кого будут возмущаться. России не нравится гаагский трибунал, но ведь арестовали Караджича сербские власти.

Сергей Ковалев, правозащитник:

Мне трудно прогнозировать, как Россия будет реагировать на этот арест. Наша политика определяется не логикой и не нравственностью, а понятиями, как у криминального сообщества. Конечно, может хватить ума не устраивать истерик, они все равно бессмысленны, но в любом случае симпатии российской элиты на стороне той части сербского общества, которую представляет Караджич, а не той, которая арестовывает Караджича. Думаю, большого шума не будет, но если эмоции возьмут верх, то может случиться истерика, как это уже не раз бывало при разных президентах - достаточно вспомнить хотя бы тот батальон, который Борис Николаевич Ельцин отправил в Косово, чтобы быстро захватить что-то и стать миротворцами.

Что касается самого факта ареста Радована Караджича, то это один из немногих шагов в обнадеживающем направлении. Я думаю, что в течение XXI века все-таки произойдут кардинальные перемены в политическом мышлении и население планеты Земля наконец перейдет от лозунгов к действиям, сообразив, что закон должен действовать для всех. Очень важно, чтобы власть несла ответственность не меньшую, чем граждане.

Очень хорошо, что какой-то бывший - а еще бы лучше действующий - представитель власти оказывается на скамье подсудимых. Милошевич и Караджич – это важные факторы мировой политики. Все началось с Нюрнбергского процесса, который был очень несовершенным с правовой точки зрения, но исторически это был первый случай предъявления уголовных обвинений государственной власти. Замечательно, что есть трибунал по бывшей Югославии, но если бы был еще и по Северному Кавказу, было бы совсем хорошо.

Увы, история с Караджичем – это не совсем торжество правосудия. В течение 10 лет его никак не удавалось разыскать, его по сути дела прятали, а когда подошли решающие сроки относительно вступления в ЕС, его быстренько нашли в автобусе. Это политические игры, а не верность принципам права. Но хорошо хоть так. Хорошо, что эти игры сложились в пользу права.