Ни «русские патриоты», ни «российские либералы» — причем и те, и другие с обязательной приставкой «так называемые» — неспособны взять власть в условиях кризиса, считает писатель и активист запрещенной Национал-большевистской партии Захар Прилепин. Новый лидер, если только он появится, будет политическим Пушкиным
Проблема в том, что и так называемые русские патриоты, и российские либералы являются носителями сектантского мышления. Уверенность в собственной правоте и у первых, и у вторых откровенно нездоровая. Так истово могут видеть себя носителями последней истины только безбожники. Надо, в конце концов, иногда отдавать себе отчет в том, что окончательной истины здесь, на земле, нет. Мы призваны ее искать — затем и родились. Но узнаем всё чуть позже.
Территория патриотов
А наши политические деятели, как послушаешь их, всё уже знают. Измученные неприподъемным всезнанием патриоты и либералы давно стали носителями определенных, присущих только им качеств. Патриоты всегда подозрительны. Странное дело: русские люди, живущие на русской земле, исповедующие русские взгляды, непрестанно ощущают себя словно бы в окружении. Все вокруг предано, продано, попрано и поругано. И все это сделали враги, которые окружают нас, как воздух. Надо всегда быть настороже.
Патриоты любят размечать территорию и ставить клейма. Автор провел несколько вечеров с людьми, для которых очевидно, что, скажем, Маяковский не русский поэт, а русскоязычный. И это очень важно. Маяковский яркий пример, но не единственный, есть тысячи других. Через какое-то время лично я начинаю с недоверием оглядывать себя и сомневаться в своей культурной, социальной и расовой полноценности. Лучше не поминать вслух, что автор, к примеру, почитает человека по фамилии Лимонов за своего учителя («…этого беса?») или что, скажем, долгие годы слушает музыку человека по фамилии Гребенщиков («…он же духовная проститутка!»). С патриотами страшно оглядываться на историю своей страны, которая во всякую несчастную минуту своей жизни находилась в полной или частичной власти представителей масонских и прочих лож.
Картина охватившего нас упадка, порожденного тотальным заговором, может показаться даже убедительной, но в ней есть один недостаток: непонятно, где все это время были, собственно, мы, народ. Какое право, наконец, имеем мы на эту землю и эту историю, если нами столетиями управляют злобные и меркантильные заговорщики. Современный русский патриот лишен чувства хозяина своей земли. Его все время кто-то обкрадывает. Он нищ, сир и убог, если присмотреться.
Народ в гостях у либералов
…Если патриоты неистово подозрительны, то либералы мучительно брезгливы. Патриот, узнав о твоих заблуждениях, смерит тебя мрачным, исполненным горечи и муки взглядом; либерал же просто отвернется, потому что отныне ты пустое место. Брезгливость либерала может вызывать вполне невинное понятие или утверждение, набор их обширен, но несложен: «подвиг Матросова», «Шолохов — автор «Тихого Дона», «я — русский», «православие в школе» и даже какая-нибудь не к ночи помянутая «березка», «осинка» и «рябинка»…
Мы, конечно, несколько упрощаем, но не настолько сильно, как может показаться. Патриоты, как мы уже знаем, не чувствуют себя хозяевами на своей же земле; зато либералы воспринимают себя настолько по-хозяйски, словно все остальные тут у них в гостях. Вот есть, к примеру, в стране удивительный народ, испытывающий огромную ностальгию по Советскому Союзу и выбирающий в проекте «Имя России» исключительно Сталина. Этот народ определенно в гостях у либералов, к тому же это незваный гость: пришел, наследил — вытирай теперь за ним…
Если бы либералы всегда и вслух говорили то, что они думают о национальном вопросе, истории России и будущем страны, их стоило бы отправить в психиатрическую лечебницу. Но если на ту же тему выскажутся патриоты, их отправят следом. Поэтому и первые, и вторые не говорят, но лишь проговариваются о своих реальных намерениях.
Во власти тем временем находится третий тип политиков — люди, вообще лишенные убеждений. Они — центристы. То есть в центре — власть, они при власти, и нечего отклоняться ни вправо, ни влево, суета это все. Есть определенная справедливость в том, что к власти в России пришел именно этот политический вид. У них вообще нет никаких индивидуальных качеств, что позволяет мечтательному и склонному к творчеству русскому народу наделять свою власть любыми гипотетическими добродетелями. А вот у патриотов, равно как у либералов, свои качества есть, и они неприятные, даже если их показывать не целиком, а только, скажем, кончик.
Политический Пушкин
Новый политический лидер в России должен быть равноудален и от так называемых патриотов, и от так называемых либералов. Лучше бы, знаете ли, чтобы и первые, и вторые вообще куда-нибудь вышли на время. Вот недавно Ирина Хакамада заявила, что уходит из политики. Она, к слову, не самый дурной политик: в силу того, что в отличие от своих коллег по либеральному лагерю способна к трансформации взглядов. С той поры, как услышал эту новость, томит и будоражит одно видение. Однажды утром объявляет о своем уходе из политики Геннадий Зюганов. Спустя два часа прощается с народом Владимир Жириновский. Потом вдруг, сразу и хором, оставляют политику все, кто заправлял делами в Союзе правых сил и «Яблоке».
Какой светлый день был бы! Как много воздуха стало бы!
Новый лидер будет не только удален от патриотов и либералов, но и вообще внеидеологичен — то есть своим его не признают ни слева, ни справа.
Во-первых, потому что все идеологии растасканы и опошлены некрасивыми, немужественными и недобрыми людьми.
Во-вторых, потому что отвечать новому лидеру придется за весь народ, а не только за отдельных его представителей.
Отвечающий за весь народ, по определению, должен быть социалистом, и значит, новый лидер будет строить «левую» экономику. Но помнящий о том, что народ в целом состоит из отдельных и противоречивых представителей, по определению должен быть либералом, и значит, новый лидер будет строить либеральную политику.
Нынешняя власть все делает ровно наоборот, но не признается никому.
В мышлении, поведении и поступках нового лидера не будет ничего сектантского. В споре западников и славянофилов он будет Пушкиным. Он будет свободен и независим во всяком своем суждении. Риторика и практика в случае нового лидера не будут столь различны и даже взаимоисключающи, как это обстоит сегодня. Он будет наглядно мужественным человеком, то есть ежедневно готовым к лишению свободы или к насильственной смерти.
С первого же шага он продемонстрирует готовность отвечать за Россию всем своим существом и не отделять своей судьбы от судьбы Родины. И не думайте, что это высокие слова.
Когда увидите нового лидера, сразу поймете, о чем речь, и почувствуете разницу с тем, что было совсем недавно.
Если он придет, этот лидер.
Никто не гарантирует нам его приход. Пока есть только определенные гарантии, что никаких лидеров не появится вообще, а Россия провалится в тартарары.
