О косоглазых

Кто хочет сорвать мою лекцию в Казахстане?

15 сентября я должен читать в Казахстане лекцию о «Собачьем сердце» Булгакова. Это не первый визит лектория «Прямая речь» в Алматы — в июне я там провел вечер стихов. За три недели до сентябрьской лекции некто Олжас Бибанов разместил на своей странице в фейсбуке фотографию страницы из моего романа «Квартал», где были красным подчеркнуты следующие слова: «Фэншуйщики имеют к древней китайской мудрости примерно такое же отношение, как косоглазые гастарбайтеры, чаще всего казахи, в ресторанах-сушницах — к японской кухне».

Бибанов комментирует: «При демонстративном неуважении к «косоглазым» автор не гнушается ехать к ним за длинным тенге.

Кто хочет, чтобы с ним уважительно обходились другие, тот прежде всего должен уважать себя сам. Поэтому в связи с приездом автора-ксенофоба в нашу страну предлагаю две вещи:

1) начать уважать себя и не допустить, чтобы заезжие шовинисты читали какие-либо лекции. Организаторы должны отменить мероприятие;

2) в том случае, если условие об отмене мероприятия не будет выполнено, то беру на себя ответственность за организацию его срыва легальными методами».

О каких легальных методах говорит Бибанов, догадаться трудно. Но комментаторы на его странице угрожают встретить меня в аэропорту и закидать помидорами, либо сорвать лекцию, либо избить так, чтобы никто из поклонников не узнал. Раздаются там, впрочем, и голоса других читателей — эти люди пытаются объяснить Бибанову и его поклонникам, что «Квартал» — роман, что в цитируемой главе речь идет об освоении языка ненависти и презрения и т.д. На этих немногих тут же накидываются с криками о том, что они не имеют чувства национального достоинства. Я бы процитировал, честно говоря, этих обладателей национального достоинства — почти поголовно антисемитов. Никому из этих людей Бибанов не возразил, и, следовательно, с ними согласен.

Я не намерен ни перед кем оправдываться. Вся эта история кажется мне прежде всего смешной и уж только потом — опасной. В самом деле, смешно разъяснять человеку, не прочитавшему «Квартал», что это роман, а не «публицистика», как он утверждает. Смешно объяснять ему, что все высказывания сделаны от имени вымышленного персонажа Ивана Солюшина. Еще смешней повторять, что реплики персонажа — сложного, неоднозначного и постоянно играющего с читателем в тонкую игру — не имеют отношения к автору.

Все эти элементарные вещи были подробно разобраны еще на процессе Синявского и Даниэля, когда Синявского упорно заставляли оправдываться за монологи его персонажей, а он разводил руками: «Неужели повторять очевидные вещи?!» Смешно — потому что Бибанов все понимает. Он ведь не просто так разместил свой пост перед моей лекцией в Казахстане. Книга вышла три года назад, за это время можно было ее прочесть и понять, о чем она. «Сегодня мы учимся презирать. В презрении упражняются, как правило, ничтожества», — с этих слов начинается та самая глава «26 июля», из которой Бибанов взял цитату. Предположить, что он не умеет читать, я не могу, потому что он трудится в качестве пиар-специалиста на одном из казахстанских телеканалов и уже один раз оскорбился за свое национальное чувство. Его разозлил тогда фильм «Голоса большой страны». Фильма он еще не видел, но роликом уже возмущался. Там Алматы называли «частью одной большой страны наравне с Петербургом, Екатеринбургом, Нижним Новгородом и другими российскими городами». И блогер возмущался: «Моя родина — независимый Казахстан, с ее столицей — Астаной. А все, что в этом трейлере и фильме, — пропаганда. Думаю, для Министерства культуры это должно стать поводом для разбирательства».

То есть это у него хобби такое — оскорбляться. Думаю, чтение «Квартала» было бы для него очень небесполезно, но, кажется, спасать этого человека уже поздно. Его адепты тоже, видимо, не способны к диалогу, поскольку некоторые из них уверяют меня, что глаза у казахстанцев не косые, а красивые, миндалевидные, а казахстанских гастарбайтеров вообще не бывает, потому что, как пишет один блогер, «казахстанцы и дома не работают — зачем им еще куда-то ехать?». Он этим гордится.

Кстати, если бы Иван Солюшин существовал в природе, он объяснил бы Бибанову и его единомышленникам, что в толковых словарях (которые не могут же одновременно исчезнуть из Казахстана!) первым значением слова «косоглазый» указывается «тот, кто имеет раскосые глаза», и нет в этом слове ничего оскорбительного, равно как и в слове или статусе «гастарбайтер». Но Бибанову и это совершенно неинтересно. Ему интересно сорвать лекцию московского писателя. То есть оборвать еще одну культурную связь, которых и так за последнее двадцатилетие разорвано слишком много. Ради этой высокой задачи он не гнушается прямой клеветой, перевирает книгу, которую не читал, и занимается прямым подстрекательством.

У меня есть два варианта выхода из этой ситуации.

Первый — наиболее цивилизованный: я жду публичных извинений Олжаса Бибанова и опровержения его клеветы. Он ввел в заблуждение несколько сот читателей и должен дезавуировать свою ложь так же публично, как лгал.

Есть и вторая возможность. Не думаю, что Олжас Бибанов в нынешнем Казахстане — представитель большинства. Как мы знаем из недавнего инцидента с В. Сорокиным и К. Богомоловым, которых призвала проверить на экстремизм Ирина Васина, — людей, желающих приписать авторам мнения и поступки персонажей, хватает везде. Но в Казахстане осталась интеллигенция, и от нее я получил за последнее время много писем с просьбой приехать и не обращать внимания на провокаторов. Если эта интеллигенция в самом деле сохранилась — думаю, она должна подать голос и публично возразить людям, которые под прикрытием борьбы с ксенофобией реализуют эту самую ксенофобию на практике.

Если я услышу публичное возражение Бибанову от лица настоящих читателей — я приеду.

Если не дождусь извинений от провокатора или возражений ему — нет никакого смысла читать лекцию о сложном и неоднозначном произведении Булгакова в стране, где забыли о природе художественного текста и отождествляют автора с персонажами. Я еду в Казахстан не за длинным тенге — у меня хватает возможностей выступать в России и за границей. Обеднею от отмены этой встречи не я. И состоится ли 15 сентября лекция о «Собачьем сердце» — зависит сегодня только от принимающей стороны.

А вообще, ребята, настоящее косоглазие, уж простите меня за откровенность, — это утрата способности видеть очевидное и читать то, что написано. Но эпохи массовой утраты этих навыков в истории человечества уже случались — и иногда, что скрывать, затягивались.