Date
Author
Source
Preserved copy
Original Material
Эфир для двоих
В прошлом октябре в разгар парламентской кампании кремлевские чиновники и функционеры «Единой России» раздавали участникам форумов в поддержку Владимира Путина заранее написанные тексты их ответов на вопросы журналистов. Все эти цитаты утверждал лично помощник Путина Владислав Сурков, говорит партийный источник. «Телевизионщики дико смеялись, - вспоминает партиец, - когда мы учили одну пожилую даму поделиться, как Путин поднял страну с колен, а она в ответ: да я какую-то там ГЭС строила, что вы мне бумажки всякие, я Путина не за деньги люблю».
Всё лето чиновники и телефункционеры обменивались слухами о грядущей реорганизации одного из центральных телеканалов. В одном из думских комитетов была даже подготовлена концепция преобразования госхолдинга ВГТРК в некое общественное телевидение. A в правительстве уверенно говорили, что ВГТРК вот-вот выведут из списка стратегических предприятий - его туда внесли в 2004 г., подчеркивает источник в Белом доме, по личному указанию Путина, - а потом сразу акционируют. Политическую подоплеку и логику этой реформы источники излагали на разный лад, но в одном при этом сходились: при президенте Медведеве ситуация на центральном ТВ должна поменяться.
От Медведева ждут перемен. И редкая его пресс-конференция обходилась этим летом без вопроса о российских СМИ - в том смысле, будет ли Кремль снижать давление на прессу, главным образом на новостной и политический эфир центральных телеканалов. Медведев неизменно отвечал, что телевидение в России прекрасное, но на одной из встреч в Берлине признался, что «свобода СМИ… требует защиты… от посягательств административного аппарата разных уровней». А демонстрирующие близость к Кремлю политологи даже стали указывать на «“ножницы” между информационной повесткой прессы, радио и интернета, с одной стороны, и телевидения - с другой». В таком общем ключе, что, мол, нынешнее телевидение устарело.
Медведев будет осторожничать, предупреждали знающие его люди: Путин очень ревниво следит за тем, как его преемник видит перспективы СМИ. Так и вышло: к концу июля слухи о реформах на ВГТРК затихли. «Инициатива [по ВГТРК] была, но ее заморозили [в Кремле]. Будет политическая воля - реанимируем», - говорит, не открывая своей фамилии, депутат Думы. И сразу несколько информированных источников подтвердили, что перемен на ТВ пока ждать не стоит: выстроенная при Путине система скрытой цензуры и управления новостным телеэфиром продолжит действовать так, как есть.
НЕРАЗБЕРИХИ НЕ БУДЕТ
После того как Медведев стал президентом, а Путин пошел в премьеры, в техническом смысле новостникам и их руководителям пришлось непросто: нужно блюсти баланс. На центральные телеканалы, рассказывают собеседники Newsweek, спущена установка: в новостях Медведев первый, Путин второй - в соответствии с их формальным статусом. При этом гостелеканалам прямо указано: если есть в эфире Медведев, то должен быть и Путин, даже если в этот день он не совершил ничего важного. «Две трети [этих] новостных поводов - сомнительные», - признает один из телевизионных работников.
Бывший высокопоставленный сотрудник ВГТРК называет это правило «принципом информационного паритета». Он подчеркивает - это личная договоренность Путина и Медведева, и пока они ее блюдут, никакой неразберихи на ТВ не будет: «Как всё решали пять человек, так и решают». Алексей Громов, прежде пресс-секретарь Путина, а теперь замглавы администрации президента, по-прежнему формирует новостную картину дня. Он же и ведет пятничные совещания с начальниками центральных телеканалов. А так называемые «Путин-группы» - специальные редакторские отделы на ВГТРК, которые раньше занимались только тем, что монтировали сюжеты о Путине, - теперь работают и на Кремль, и на Белый дом.
На самом деле прямо или косвенно Кремль контролирует не только присутствие первых лиц, а всё общественно-политическое вещание, «общепит», как говорят на ТВ. К примеру, когда в начале июля чукотский епископ Диомид предал анафеме патриарха Алексия II, Кремль полностью блокировал эту тему на ТВ. Недавно журналист Newsweekоказался на входящей в состав ВГТРК радиостанции «Маяк». «Маяк» и «Радио России» тоже управляются из Кремля. Перед ведущим лежала памятка из двух пунктов: «1. О Казахстане говорить только хорошо! 2. Ни в коем случае не упоминать, что Дмитрий и Светлана Медведевы прибыли на саммит [G8] порознь!» Скорее всего, это была памятка от редактора: из Кремля, как правило, не приходят письменные инструкции.
В РУЧНОМ РЕЖИМЕ
Как таковой цензуры - в советском смысле слова - в России нет. Но уже много лет теленовости создаются по отлаженной схеме. Гостелеканалы и в конце 90-х ориентировались на Кремль, однако в ее нынешнем виде, отмечают наблюдатели, система контроля над ТВ оформилась после Беслана. Еще в 2003 г. в прямом эфире можно было увидеть Бориса Березовского с его резкой критикой в адрес Путина. В 2005-м, вспоминают телевизионщики, это уже был бы нонсенс. Тогда же политические ток-шоу стали выходить в прямом эфире только на «Орбиту» - то есть на Дальний Восток. Так что с тех пор на Дальнем Востоке свободы больше, чем в стране в целом: на дневных летучках руководители каналов в контакте с Громовым или другими кремлевцами решают, что, как и где подправить, - перед эфиром на европейскую часть России.
И тогда же стало ясно, что президент абсолютно вне критики на ТВ. Появились запретные темы и фигуры, такие, как опальные Михаил Касьянов или нацболы. В 2006 г., например, в каждой монтажной кабинке дирекции информполитики Первого канала висело напоминание монтажерам, что символика НБП запрещена к показам в телесюжетах: в Кремле тогда опасались лимоновцев и перестраховывались.
На телевидении все говорят: Кремль управляет телеканалами «в ручном режиме». Ни начальники на ТВ, ни кремлевские менеджеры не могут расслабиться буквально ни на минуту. «Громов разговаривает с телевизионщиками по телефону по несколько раз в день», - говорит работник телеиндустрии. Шлифовка картинки и сюжета часто длится в течение всего дня, и смысл одних и тех же новостей меняется. Например, 18 февраля в 6-часовых новостях Первого канала сюжет о программной речи Медведева в Красноярске начинался с ее центрального тезиса: «Свобода лучше, чем несвобода». Телеархив свидетельствует: через три часа в программе «Время» та же ключевая цитата уже звучала в самом конце продолжительного сюжета, и сюжет зазвучал иначе.
По телефону кремлевские менеджеры окончательно выстраивают картину дня - всегда происходит что-нибудь непредвиденное. Однако в целом планирование эфира подчинено жесткому бюрократическому распорядку - иначе бы система вряд ли могла работать сколько-нибудь эффективно. Независимо от планерок и конкретных запретов редакторы и руководители новостных служб ориентируются на идеологическую концепцию «новостей позитива», сформулированную, говорит источник в Кремле, Владиславом Сурковым. Смысл ее в том, что государство быстро и эффективно решает любые проблемы страны и граждан. «Например, если в регион не завезли мазут, то ТВ покажет, как его завезли и наказали виновных», - поясняет собеседник Newsweek.
Между кремлевскими чиновниками распределены участки работы: на Громове (когда он был пресс-секретарем президента) - первые лица и внешняя политика, на Суркове и его сотрудниках - Дума и партии. На пятничных планерках в Кремле обсуждаются информационные поводы и графики первых лиц грядущей недели. Так создается новостной фон. Новости как бы растягивают внутри недели: сначала идет «голова» новости, то есть постановка проблемы; затем сама новость, как президент, правительство, Дума что-то предпринимают в этой связи; а потом закрепляющий «хвост» - на выходных в итоговых программах еще раз всё объясняют сначала.
СПАСИБО ВАМ БОЛЬШОЕ
Параллельно эти факсы иногда приходят и в новостные службы каналов - чтобы на ТВ понимали, к кому обращаться за комментарием и какую «цитату» пустить в эфир. Обычно факсы приходят без подписи. Один из кремлевских чиновников, рассказывают для примера на телевидении, сначала подписывал эти бумаги своей фамилией, а потом перестал, и когда руководитель информслужбы на ТВ попросил его - так спокойнее - вернуться к этой практике, стал ставить вместо подписи два креста. Источник в Думе вспоминает, что перед выборами у лидера «Справедливой России» Сергея Миронова были большие проблемы с региональными филиалами телеканала «Россия»: те требовали от сотрудников его штаба телефонограммы от главы ВГТРК Олега Добродеева, что сюжеты о СР можно пускать в эфир.
Наблюдатели не раз обращали внимание, что так называемые прямые линии Путина с народом несут явные следы кропотливой режиссуры, а те, кто участвовал в этих эфирах, признавались потом, что наизусть учили тексты вопросов. Эти же вопросы, подтверждали в министерствах, заранее рассылались в профильные ведомства, чтобы подготовить ответы. В прошлом октябре - тоже в разгар предвыборной кампании - во время последней такой линии Путину дозвонилась бабушка, и эту реплику в Кремле тоже приготовили заранее: «Это правда вы? А раньше тоже были вы? Ой, господи, спасибо вам большое». «[Для съемок на ТВ] людей тогда тренировали часами», - подтверждает источник в Думе.
Тогда же, в сентябре, Олег Добродеев лично отправился на дачу к Никите Михалкову, чтобы вместе сделать фильм о Путине к его, Путина, дню рождения. «Это подарок», - цитировали тогда Добродеева его подчиненные. Добродеев вообще больше своего коллеги с Первого канала Константина Эрнста погружен в политику и сам предложил, когда Скотленд-Ярд обвинил российские спецслужбы в убийстве Александра Литвиненко, начать ответную пропагандистскую атаку, вспоминает бывший сотрудник ВГТРК. «Кремль впервые не защищался, а атаковал», - объясняет он. И с помощью ТВ Кремль выставил отравителем Березовского.
СГОВОР УСПЕШНЫХ ЛЮДЕЙ
Тридцать лет назад на Чукотке построили телерадиопередатчик для доставки сигнала по Сибири и Дальнему Востоку - в несколько раз мощнее останкинского. «И он по-прежнему кипятит Тихий океан», - иронизирует бывший сотрудник канала «Россия». В том смысле, что шлет сигнал почти вхолостую - аудитория-то на малозаселенных сибирских просторах невелика. Гостелерадио СССР преобразовалось в четыре контролируемых государством телеканала, но осталось таким же избыточно дорогим, подчеркивают наблюдатели.
В этом году государство потратит на телевидение и радиовещание 23,5 млрд руб. Для бюджета это мелочь, но на фоне относительно скромных рекламных доходов отрасли (по оценкам экспертов, $4,5 млрд в этом году) - довольно много. И к тому же сравнимо с бюджетами крупнейших мировых телесетей, таких, как британская BBС с ее корпунктами по всему миру, четырьмя телеканалами и бюджетом в $6 млрд. К тому же у министерств и ведомств есть свои отдельные бюджеты на пропаганду своей деятельности, и эти деньги в основном тоже уходят телеканалам.
Не только каналы ВГТРК, но и Первый канал, и НТВ - формально, частные компании - получают от государства субсидии на доставку сигнала в города с населением менее 200 000 человек. Так сложилось исторически, и деньги-то небольшие - около $70 млн, - но достаются они этим каналам именно потому, говорят наблюдатели, что государство считает политические новости стратегическим ресурсом вроде мазута или продуктов северного завоза. «Это сговор успешных людей, - так описывает сотрудничество руководителей телеканалов и кремлевских менеджеров комментатор Анна Качкаева, - по формуле: вы нам обеспечиваете [нужную новостную картину], а мы даем вам дополнительные возможности для бизнеса».
Государство не лезет в бухгалтерию центрального телевидения. Счетная палата не интересуется состоянием дел на Первом канале, говорит Качкаева. Министерства Счетная палата проверяет каждый год, последняя же комплексная проверка ВГТРК прошла в 2000 г. Структура собственности Первого канала до сих пор в тумане, обращают внимание эксперты. Хотя Березовский утверждает, что в 2000-м - когда Путин обвинил его в организации телепостановки с участием проституток на месте гибели подлодки «Курск» - продал свой 38-процентный пакет акций Первого канала Роману Абрамовичу, формально эти акции до сих пор записаны в равных долях на пять кипрских компаний.
МЕЧТАТЬ НЕ ВРЕДНО
Так что не жесткий диктат, а взаимовыгодное сотрудничество определяет положение дел на ТВ, отмечают эксперты извне и внутри телевизионной отрасли. «Телеканалы сами хотят быть ближе к Кремлю, - говорит бывший топ-менеджер ВГТРК, - у них даже фирменные логотипы на бланках с гербом - как у министерств». Планка возможного жестко не определена, но журналисты склонны сами ее занизить, на всякий случай, а потом и сами начинают верить в то, что говорят, объясняет работник телевидения: «Это разврат, идущий сверху». В Кремле уже даже жалуются, что на мероприятиях с участием первых лиц телерепортеры сами подходят за инструкциями: «А что было важного?» На телевидении подтверждают: так и есть.
При этом работники отрасли утверждают: далеко не всем журналистам и их начальникам всё равно, что им можно, а что нельзя. Люди, устраиваясь на работу, всерьез волнуются, будет ли у них свобода, уверяет топ-менеджер с телевидения. Иногда и руководителю удается отстоять свою точку зрения перед тем же Алексеем Громовым, рассказывают на ТВ. Например, не пустить сюжет в эфир. Но на практике это чаще всего означает, что в следующий раз у него не будет такой возможности, а сюжет покажут коллеги с другого канала.
Для Кремля Первый канал, «Россия» и НТВ - инструмент для решения политических задач. Социологи подтверждают: рост популярности интернета пока не влияет на эффективность центрального ТВ, и именно оно для подавляющего большинства остается поставщиком новостей. Поэтому кабельный канал «Вести-24» гораздо свободнее - его мало смотрят, а, к примеру, на вещающий заграницу Russia Today не давят вообще. И как инструмент ТВ работает качественно: кроме монетизации льгот в 2005 г., собеседники Newsweekне вспомнили кризисов, с которыми бы не справилась телепропаганда. Тогда, в 2005 г., на ТВ активно ходили слухи об отставке глав двух первых каналов -Эрнста и Добродеева.
«Все ждали перемен [с приходом Медведева], - говорит связанный с Кремлем работник ТВ, - и я могу утверждать с уверенностью: ничего не поменялось вообще». А кремлевский сотрудник дает понять: Медведев не станет ломать систему, а исходит из того, что пресловутые «ножницы» между реальной и телевизионной информационной повесткой дня постепенно будут сужаться сами собой - таковы веяния жизни. На позиции центральных телеканалов неизбежно повлияет внедрение цифрового телевидения, за которое Медведев активно ратует, но необходимые для этого ключевые решения до сих пор не приняты.
Это еще все нескоро, в будущем. А в сентябре, когда начнется новый сезон, картина на телеканалах вряд ли принципиально изменится, прогнозирует Качкаева. «Мечтать не вредно, - соглашается с ней Павел Гусев, главный редактор “Московского комсомольца” и глава комиссии Общественной палаты по СМИ. - Телевидение - это клетка в структуре власти».