Белая на черном

В четверг в наш прокат выходит «Переводчица» (в оригинале TheInterpreter, что скорее «Синхронистка») одного из киномэтров—американца Сидни Поллака. Поллак знаменит картинами самых разных жанров—от драмы «Загнанных лошадей пристреливают, не правда ли?» до политического триллера «Три дня Кондора» и комедии «Тутси» (все три—суперхиты времен развитого социалистического проката), от экономического триллера «Фирма» до мелодрамы «Сабрина» (хиты пиратского российского видео 90-х). На сей раз он вновь сделал политический триллер, причем, что называется, актуальный для нынешней международной обстановки. Вот и посмотрим, каковы особенности современного интернационального политического триллера. Поллак в некотором смысле установил мировой рекорд: треть действия фильма происходит в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке. В 1959-м Хичкок намеревался снять там эпизод фильма «К северу через северо-запад». Ему не разрешили. Спустя почти полвека Поллака пустили.

Именно в ООН служит синхронисткой героиня Кидман, уроженка некой африканской страны, владеющая редким диалектом ку выдуманного языка матобо. В один из вечеров, вернувшись за вещами в свою комнатку (с видом на главный зал заседаний ООН), она случайно подслушивает, как в темном зале некие люди обсуждают, причем на том самом родном для нее ку, план убийства через несколько дней президента Матобо доктора Зувани—прямо в момент его выступления на Генеральной Ассамблее. Она не видит говоривших—они ее через стекло комнатки замечают.

Дальше начинается собственно триллер. Если думаете, что его суть только охота заговорщиков на бедную Кидман, то ошибаетесь. Как с гордостью отмечает американская критика, в «Переводчице» в отличие от обычных триллеров (так и тянет на рекламные ассоциации: «обычного стирального порошка», «обычной колы») не будет взрывов каждые пять минут (хотя будут и выстрелы, и взорванный в Бруклине автобус). Основное напряжение связано с прошлым самой героини Кидман. Дело в том, что упомянутый доктор Зувани—первый чернокожий президент бывшей колонии—пришел к власти как демократ. Явно не без помощи американцев. Но быстро превратился в диктатора, устроившего в стране геноцид. Он стал косвенным виновником гибели родителей и младшей сестры героини Кидман. В итоге она, по юности воспринявшая приход Зувани с восторгом («Вы были для нас, как “Биттлз”»,—скажет она ему), стала потом вслед за родным братом бойцом сопротивления. Бегала по саванне с автоматом Калашникова. Поэтому спецслужбы, которым она рассказала о подслушанном разговоре, и их самый яркий представитель—персонаж Шона Пенна—относятся к ее рассказу с недоверием.

Пенн, понятно (это реплика в сторону), в сто первый раз играет неудачника, от которого ушла жена. Поэтому вечерами он обязательно прикладывается к вискарю. Неужели у Пенна такая внешность, что его героев прямо-таки обязаны бросать женщины?

Упомянутая американская критика отнеслась к «Переводчице» с экстазом. «Больше всего восхитило то, как точно в фильме переданы актуальные проблемы нашего мира—напряженная международная обстановка, повышенные меры безопасности, изменения в расстановке сил!»—воскликнул не кто-нибудь, а самый влиятельный американский критик Роджер Эберт.

Лишний раз понимаешь, насколько все-таки американская критика отличается от нашей. Если бы кто-то из наших допустил в рецензии такую барабанную фразу, представляю, что случилось бы сначала с прочитавшим ее редактором, а потом и с критиком.

Между тем сам фильм в оценке того, что называется международной ситуацией, отнюдь не прямолинеен и не барабанен (хотя и полон наивных стандартов: отдай, дескать, диктатора под суд Гаагского трибунала—и все проблемы страны будут решены). Он явно отражает перемены в умах: более гибкое отношение к происходящему, возникшее в Америке, и не только после 9/11 и Ирака.

Самое предсказуемое в фильме—скепсис по отношению к ООН. Генеральная Ассамблея выглядит сборищем филистеров, пикейных жилетов, которые произносят правильные демократические речи, а на деле просиживают штаны. Этот скепсис как раз сугубо американский, о кризисе взаимосвязей Америка–ООН пишут много, это тема не для меня, я лучше отмечу свое: смешное двойственное положение, в которое из-за этого скепсиса попал режиссер Поллак. Тем более что разрешение снимать в ООН ему дал лично Кофи Аннан. «Мы вам пошли навстречу, а вы…» Похоже, только для того, чтобы оправдаться перед Аннаном, Поллак раз десять вкладывает в уста героини Кидман пафосную фразу: «Я верю в идею ООН!» Она-то и по характеру своему должна верить. Но верит подозрительно горячо.

Далее. Фильм фиксирует идею (впрочем, давно очевидную для многих), что сама Америка взрастила некоторых будущих террористов и кровавых диктаторов, считая их своими надежными людьми. (А ведь не зря режиссер фон Триер так зациклен на Америке! Про нее размышлять интереснее, чем про другие страны—даже если пытаешься исключительно придираться.) Приехав в Нью-Йорк, диктатор Зувани вспоминает, что некогда его встречали здесь ковром из живых цветов. А теперь его люди устроили в Нью-Йорке теракт, подобно людям тоже взращенного Америкой бен Ладена.

Более щепетильная тема «Переводчицы»—переосмысление роли белых в Африке. Не факт, что после вытеснения белого населения черному стало лучше. Белые тоже могут быть африканскими патриотами. Африка—такая идея в фильме очевидна—должна отдать своим лучшим белым дань уважения. Развивая эту тему, Поллак, впрочем, вновь эмоционально киксует. Во время финального объяснения главных героев—Кидман и Пенна (а они, по законам жанра, успели друг к другу привязаться—да что там привязаться, стали друг другу дороги!)—она, начав недвусмысленную фразу: «Я так и не успела сказать тебе, как я…», вместо ожидаемого «…люблю тебя!» вдруг выдает «…люблю Африку!». По мне, это звучит комично.

При такой политической насыщенности фильма собственно сюжет оказывается в нем излишним. Да, «Переводчица» все-таки триллер. Там есть неплохие эпизоды. Вы явно запомните долгий кусок, начинающийся с того, как героиня Кидман нагло садится в машину со следящим за ней спецагентом (дескать, раз тебе все равно следить, то сам и вези меня куда надо), а персонаж Пенна со своими людьми находит труп в некой подозрительной квартире, и завершающийся взрывом автобуса. Интересна и история с покушением на диктатора в зале ООН: как его—при всей охране—собираются порешить?

Когда я, однако, читаю во все той же американской прессе, что «Переводчица»—образец жанра триллера, то лишь развожу руками. Беда в том, что вся история охоты заговорщиков на героиню Кидман, без которой зритель по-настоящему не разволновался бы, абсолютно вымучена. Она ведь успела рассказать спецслужбам все, что услышала. Судя по тому, что спецслужбы медлят, рассказала она немного. И ее теперь, очевидно, пасут. Следовательно, даже приближаться к ней—означает раскрыться и подставиться. Кинокритик CNNвосторгается эпизодом, когда герой Пенна видит из окна напротив, как в дом красавицы Николь прокрался чернокожий убийца с пистолетом. «Хичкок бы гордился таким эпизодом!»—пишет критик. Насчет Хичкока не знаю, но на фига этому с пистолетом было пробираться! Да на глазах полиции! Зачем ему эта баба? У него впереди более важные цели!

А потому он пробрался, чтобы зритель за Николь переживал. И впрямь страшно: а вдруг ее однажды возьмут—и действительно убьют на двадцатой минуте! А вдруг именно в этом фильме? А деньги в кассу уже уплачены!

А и убили бы! Не хватает все-таки современным режиссерам радикализма. Представляете, какая произошла бы сенсация! Весь мир только ее и обсуждал бы. Так, канал CNNнапечатал рецензию на «Переводчицу» на своем сайте на страничке Entertainment. А убили бы Кидман—подал бы факт на телеэкране как BreakingNews: «Первый раз в истории голливудская звезда, на которой фильм должен был держаться, застрелена задолго до развязки!»

Автор приглашает читателей обсудить эту и другие недавние его статьи, а также российские и зарубежные фильмы на свой персональный форум на сайте www.runewsweek.ru.

КРАСАВИЦА, МИРОТВОРКА, СПОРТСМЕНКА

Трудно представить, чтобы в современном российском фильме появилась позитивная девушка, которая с энтузиазмом борется за мир во всем мире или даже отдельно взятой стране: на громкие фразы у нас аллергия, одним из последствий которой является пофигизм. Но первые красавицы западного кино с удовольствием изображают прогрессивных миротворок в фильмах и про якобы реальные события, и про вымышленные. Только что — в «Красотках», о которых мы писали в прошлом номере, — такой ролью (но пародийной) отметилась Одри Тоту. Вот другие миротворки-комсомолки (отметим особую политическую активность Николь Кидман).

| | | | | | --- | --- | --- | --- | | Звезда | Фильм, режиссер | Сюжет | Роль | | Патриция Аркетт | «За пределами Рангуна» Джона Бурмена (1995) | Каннский политический хит того года: кровавые события во время диктатуры в Бирме. Считается, что фильм классика Бурмена основан на реальных событиях | Американка, поехавшая в Бирму в отпуск, чтобы отвлечься от трагической гибели мужа и сына, и внезапно попавшая в мясорубку. Вместе с лидером местных разгромленных студентов – борцов за демократию – она пытается перейти таиландскую границу, наблюдая все ужасы режима | | Николь Кидман | «Миротворец» Мими Ледер (1997) | Продажный русский генерал устраивает столкновение поездов с ядерным взрывом (один из составов перевозил боеголовки) в центре России, чтобы скрыть пропажу заряда, который сербский террорист повезет потом в Нью-Йорк, чтобы уничтожить сердце Америки | Эксперт по ядерному оружию Белого дома, которая вместе со следователем-спецназовцем Джорджем Клуни разгадывает коварные планы и предотвращает катастрофу | | Холли Берри | «Умри, но не сейчас» Ли Тамахори (2002) | Собственно, последняя на сегодняшний день часть бондианы | Самая активная из положительных девушек Бонда за очень долгие годы. Фактически «Бонд в юбке», которой первой – по сюжету – удалось установить с этим некогда сексистом равноправные пистолетно-любовные отношения и сыграть роль неменьшую, чем Бонд, в уничтожении опасных экспансионистов-убийц в разных т. н. террористических (по версии Пентагона) государствах от Кубы до Северной Кореи | | Жюльетт Бинош | «Страна моего черепа» того же Бурмена (2004) | Берлинский политический хит прошлого года. Хроника работы Комиссии по правде и согласию, которая была организована после отмены рабства в ЮАР. Комиссия решала, кого из бывших белых колонизаторов судить, а кого сразу миловать | Местная поэтесса, член комиссии, которой (хотя она и выросла в ЮАР) открывается вся правда апартеида. В частности, в слезных и провокативных спорах (иногда в постели) с приехавшим для освещения событий, скептиком по отношению ко всему белому журналисту «Вашингтон пост» Сэмюэлем Л. Джексоном | | Жюли Дельпи | «Перед закатом» Ричарда Линклэйтера (2004) | Фальшивый манифест нового общемирового поколения молодых. Продолжение фильма 10-летней давности того же – фестивально знаменитого и поколенчески пафосного – Линклэйтера «Перед рассветом» | Венгерка-парижанка, самоотверженно поработавшая в благотворительных миссиях в бедных странах. В этом фильме она наконец сходится с американцем Итаном Хоуком, с которым они 10 лет назад полюбили друг друга за один совместный пешеходный день в Вене, но соблюли девственность, а потом с какого-то бодуна не виделись | | Гвинет Пэлтроу | «Небесный капитан и мир будущего» Керри Конрана (2004) | Единственный в нашем списке кинокомикс о битве защитников цивилизации и Земли (в вымышленные и стилизованные под «Метрополис» 30-е годы) с надмировым злодеем, каковой, как потом выяснится, вовсе даже и не существует | Самая живая из упомянутых миротворок (действующая в паре с суперлетчиком Джудом Лоу), даром что помещенная в ситуацию комикса. Живая, потому что ей не только хочется спасти мир, но и очень интересно, что же, черт побери, происходит и кто – и как – заплел все интриги |