Original Material
Батькино счастье
Договориться о мире на востоке Украины «нормандская четверка», по большому счету, так и не смогла
После 17-часовых переговоров в Минске откровенным победителем из них вышел человек, протоколом вовсе не предусмотренный, — Александр Лукашенко
Встреча в «нормандском формате» 11 февраля стала уже третьей — первая была собственно в Нормандии (июнь 2014-го), вторая — в Милане (октябрь). Но особого успеха те переговоры не имели, а потому на минский саммит возлагались особые надежды. В столице Беларуси это понимали и тщательно к нему готовились: жителям запретили парковать машины в центре города, а на улицы массово вывели коммунальных работников, которые стирали со стен граффити, вычищали от снега бордюры, выметали до блеска плитку на остановках транспорта.
На взлетной полосе В белорусском МИДе поздно вечером 10 февраля в закрытом формате прошли переговоры контактной группы по урегулированию ситуации на востоке Украины. В них участвовали экс-президент Украины Леонид Кучма, спецпредставитель ОБСЕ Хайди Тальявини, посол России в Киеве Михаил Зурабов, представители самопровозглашенных ДНР и ЛНР Денис Пушилин и Владислав Дейнего, а также лидер общественной организации «Украинский выбор» Виктор Медведчук. Встреча завершилась ближе к полуночи, ничего комментировать их участники не стали. В среду утром переговоры продолжились, но не прошли дальше «положительных подвижек». Сохранявшаяся неопределенность долго не позволяла белорусским дипломатам «дать отмашку» на прибытие в Минск лидерам стран «нормандской четверки», самолеты которых уже были готовы к взлету. Начало переговоров было назначено на 18.00, позднее из-за уже привычного опоздания Путина — перенесено на 21.00.
Действо проходило в новой и самой шикарной резиденции Лукашенко — Дворце независимости, а сам Батька, протоколом не предусмотренный, даже поучаствовал на первом этапе переговоров. Главы самопровозглашенных ДНР и ЛНР все это время находились в Минске, но к переговорам не были допущены. Однако они при этом стали едва ли не ключевым фактором — российская сторона настояла, чтобы все достигнутые договоренности «нормандской четверки» визировались лидерами сепаратистов. Все понимали, что самостоятельности у них нет никакой, но были вынуждены играть по правилам Путина.
Получилось же так, что подписание итогового документа оказалось под угрозой срыва из-за непримиримой позиции лидеров ДНР и ЛНР Александра Захарченко и Игоря Плотницкого. В тот момент — а переговоры шли уже 14-й час — о провале заговорили все, кроме дипломатов, — им по статусу не положено было. Но встреча продолжалась. И завершилась с очень скромным результатом — лидеры «нормандской четверки» одобрили «Комплекс мер по выполнению Минских соглашений», который подписали даже не они сами, а участники трехсторонней контактной группы: Хайди Тальявини, Леонид Кучма, Михаил Зурабов, Александр Захарченко и Игорь Плотницкий (любопытно, что должности лидеров сепаратистов, в отличие от остальных членов группы, в документе не были указаны никак — лишь имя и фамилия). Разлетались из Минска президенты и канцлер так, словно бежали с поля боя — с угрюмыми лицами и минимумом комментариев для журналистов. Светился от радости один только Лукашенко.
Сами прилетели Всякий раз, появляясь на публике в день начала переговоров, Александр Лукашенко сиял и был явно доволен происходящим. Хозяин минского саммита изначально был единственным безусловным выгодополучателем от этого мероприятия. Сторонам переговоров в любом случае приходилось в чем-то уступать — но Лукашенко только выигрывал. Прежде всего — за счет улучшения отношений с Западом. Собственно, у невъездного в Евросоюз Лукашенко и не предвиделось возможности лично встретиться с главами сразу двух ведущих европейских стран, а тут они сами прилетели. К слову, предыдущим главой Германии, посетившим Минск, был Адольф Гитлер; предыдущими главами Франции — Наполеон Бонапарт и Жорж Помпиду.
«Лукашенко льстит роль хозяина на таких важных переговорах. Хотя непонятно, зачем он прикладывал столько усилий для изоляции Беларуси, если ему так нравится, что к нам приезжают высокие гости из Европы, — заметил в разговоре с NT белорусский политик, замглавы гражданской кампании «Говори правду» Андрей Дмитриев. — Возможно, причина такой радости в том, что эта встреча в его глазах оправдывает политический курс, проводившийся последние 20 лет. И теперь на предстоящих выборах будут старательно забывать про разницу между обещанной зарплатой в $1000 и реальной сегодня в $350, провалы в модернизации и растущие цены, а выпячивать именно историческую миссию миротворчества».
И хотя Лукашенко по-прежнему воспринимают в Европе не иначе как диктатора, телевизионная картинка демонстрирует совсем другое: флаг Беларуси стоит в зале дворца на равных с флагами стран «нормандской четверки». Понятно, что в самой Беларуси все это было подано населению как «небывалый прорыв белорусской дипломатии» и «международное признание миротворческих усилий руководства страны и лично ее президента». Учитывая, что осенью в стране пройдут очередные президентские выборы, столь громкий саммит оказался для Батьки очень кстати. «Вопросы войны и мира решаются месяцами, а то и годами, а здесь удалось достичь согласия о приостановлении войны в течение всего лишь 15 часов. Молодцы!» — снисходительно похвалил четверых лидеров Лукашенко после окончания переговоров. Позднее он разоткровенничался и рассказал, что лично подносил участникам кофе и еду: «Как без боеприпасов может идти война на мирном фронте? Моя задача была боеприпасы подносить вовремя. Поэтому я старался выполнять свою функцию».
Очевидно, что глава Беларуси не просто так оказывал кейтеринговые услуги своим гостям. «Для Беларуси сейчас время, когда можно получить много вкусных плюшек. Во-первых, для Александра Лукашенко это шанс попробовать выстроить отношения с Европейским Союзом по-новому, перезагрузить формат и добиться признания Европой результатов очередных президентских выборов, — сказала NT белорусский политик, один из возможных претендентов на пост главы Беларуси от оппозиции Ольга Карач. — Во-вторых, на фоне войны в Донбассе никто не будет вспоминать белорусских политзаключенных, сегодня не до них, и о такой «мелочи» Европа тактично забудет. В-третьих, для Лукашенко это еще и возможность повлиять на Путина, для которого эти переговоры были явно очень тяжелыми в эмоциональном плане — один, союзников нет. В-четвертых, для Лукашенко наступил его звездный час в роли лоббиста — а в Европе очень ценятся переговорщики. Не зря же Александр Григорьевич так ловко общается с Меркель и старается ей угодить — тут и букет цветов в руки, и улыбочки».
Франсуа Олланд, Петр Порошенко и Ангела Меркель в компании Лукашенко. Путин привычно в стороне, 11 февраля 2015 года Скромное «итого» Подписанный — а точнее, «выстраданный» — в Минске «Комплекс мер по выполнению Минских соглашений» производит двоякое впечатление. По сути, лишь несколько пунктов в нем можно отнести к четким договоренностям — прекращение огня (почему-то только через три дня, в полночь 15 февраля), отвод войск от линии соприкосновения (на что отведено аж две недели) и обмен пленными. Все остальное скорее относится к перечню благих пожеланий, хотя и изложенных предельно серьезным тоном. Например, пункты, которые предусматривают, что Украина проведет конституционную реформу в интересах жителей Донбасса и обеспечит амнистию для всех граждан, участвовавших в боевых действиях. Или что в «отдельных районах Луганской и Донецкой областей должны состояться местные выборы». А предписание «в первый день после отвода начать диалог о модальностях проведения местных выборов» — вообще шедевр. Понятно, что такой «диалог» вполне может вестись до бесконечности, периодически прерываясь выстрелами с обеих сторон.
Чтобы понять, почему «минский документ» трудновыполним, нужно представлять, какова роль президента в сегодняшней Украине. Это Лукашенко в Беларуси контролирует все ветви власти — в стране вряд ли кто, кроме специалистов, может назвать имя хоть одного депутата парламента. Похожим образом действует и Путин в России — Дума может заявлять все что угодно, но на сторону президента встанет всегда. А вот на Украине парламент намного более независим, а значит, провести Минские соглашения через Верховную Раду будет весьма затруднительно.
Одной из первых назвала вещи своими именами президент Литвы Даля Грибаускайте. «Основная часть решения конфликта — это контроль за границами. Это не было согласовано и вопрос не был решен, — сказала она журналистам в Брюсселе перед саммитом ЕС. — Это означает, что граница открыта для прохода любых военных и любого вооружения. Это означает, что решение абсолютно слабое. Пять месяцев назад у нас уже было одно соглашение о прекращении огня, но оно не было имплементировано. Посмотрим, что произойдет с этим».
Когда логически объяснить поведение политиков не получается, на помощь приходит конспирология. И сейчас в кругах белорусских экспертов гуляет несколько версий, которые пока никто не берется озвучить от собственного имени. Самая популярная из них гласит, что на самом деле главной целью нынешних переговоров и было «заморозить» конфликт, но не разрешить его. То есть превратить ДНР-ЛНР в аналог Приднестровья или Абхазии. Но только на первом этапе. Потом — выждать время (скажем, год или два), после чего теми же дипломатическими методами «обменять» Донбасс на Крым. То есть Запад признает законность крымского референдума, легитимность властей полуострова и, как следствие народного волеизъявления, — присоединение полуострова к России. Взамен же Москва «уговорит» донбасских и луганских сепаратистов помириться с Киевом, прекратит всякую поддержку мятежных регионов и заодно сведет на нет внутреннюю пропагандистскую накачку. И быть может, даже криминализирует собственных добровольцев, воюющих в Донбассе, как это уже сделал Лукашенко, пригрозивший тюрьмой всем, кто вздумает поехать воевать на Украину, и неважно, за какую из сторон.
Фото: MYKOLA LAZARENKO/afp, MYKOLA LAZARENKO/Reuters