Архипелаг Аншлаг

Первый раз зал «России» засмеялся примерно на третьей минуте субботнего концерта. «У нас большая программа, на два с половиной часа: вы никуда не торопитесь?»—обратился Евгений Петросян к пришедшим на его программу «С большим приветом!». «Можем остаться до четверга!»—крикнули с галерки. «Что, ночевать негде?»—парировал Петросян. Под первые «ха-ха» у меня и моей смеющейся соседки зазвонили телефоны, и мы вышли из зала. «Да, я на концерте,—сказала в трубку соседка, женщина лет тридцати.—Не-е-ет, что ты, не на Петросяне!»

Даже заплатив 800 руб. за билет, женщина постеснялась признаться, что только что вполне искренне, вместе со всем залом на 2500 мест, смеялась незамысловатой шутке. Хотя кого, казалось бы, стесняться: каждый третий среднестатистический россиянин по выходным смеется похожим байкам—где-то посвежее, а где-то побородатее,—сидя дома у телевизора. Первая юмористическая программа выходит в эфир в 6.10 субботнего утра, а за два выходных шесть каналов страны выдают в общей сложности 14 с лишним часов непрерывных «шуток юмора». А 31 декабря зрители двух федеральных каналов—Первого и «России»—могли смеяться (с небольшими перерывами) почти 12 часов: сначала, с 6 утра и до половины четвертого, включив первую кнопку, а с 7 и до полуночи—вторую. Через секунду после окончания финального выпуска «Кривого зеркала» Евгения Петросяна в эфир вышел президент с новогодним обращением. Правда, три минуты выступления Путина—традиционно самой популярной телепрограммы года—собрали у экранов вполовину меньше зрителей, чем полусуточная юморина. Но похоже, что шутка зашла слишком далеко: последние три года рейтинги традиционно популярных юмористических программ снижаются, а новые жанры пока прививаются плохо.

Первый выпуск КВН был отснят в 1961 г. «Аншлагу» идет семнадцатый год. «Смехопанораме» в январе будет 12 лет: когда в эфир вышел первый выпуск, москвичке Кристине Зарубиной был год. Сейчас эта симпатичная бойкая девочка—возможно, один из вернейших поклонников творчества Евгения Петросяна и его театра «Кривое зеркало». Год назад Кристина победила на конкурсе анекдотов на официальном сайте юмориста и получила приз—пропуск на все концерты Петросяна в Москве. «Для победы важно было не только качество присланных шуток, но и их количество,—вспоминает Кристина.—Я присылала где-то по 10 штук в день, и так целый год, кроме тех трех месяцев, когда у меня компьютер не работал». Какой именно анекдот «добил» Евгения Петросяна, который возглавлял жюри конкурса, Кристина сказать не берется. Но «свои» шутки среди тех, что Петросян читает на концертах, узнает сразу: «На этом концерте было две или три. Например, про козла: из-за поворота выезжает машина, за рулем женщина, она высовывается в окно и кричит встречному водителю-мужчине: “Козел!”. “Стерва!”—отвечает мужик, уезжает за поворот и врезается в козла». Пересказывая мне эту шутку, Кристина не смеется, а час назад, в зале, как она сама говорит, хохотала. Она смеется, и очень заразительно, даже зная три четверти любой концертной программы Петросяна наизусть. «Когда у кого-то в классе плохое настроение, меня просят рассказать анекдот, и я стараюсь вспомнить шутку посмешнее, чтобы человеку стало лучше,—говорит Кристина.—Меня теперь часто просят пошутить, но мне не надоедает». «Кристина [после победы на конкурсе анекдотов] очень популярна в школе, даже в старших классах»,—рассказывает ее одноклассница Аня. Кристина позвала ее «на Петросяна» по случаю Аниного дня рождения—это ее подарок подруге. Ане понравилось.

Почти все концерты «Кривого зеркала» и «сольники» Петросяна есть у Кристины на видеокассетах, но смотрит она их нечасто, потому что «в последнее время мало времени». Она играет в школьном театре, рисует «мультяшки», играет на гитаре и собирается «попробовать фортепиано». Кроме того, она—один из создателей единственного в Рунете неофициального сайта поклонников «Кривого зеркала», где выложены 9 небольших интервью, взятых Кристиной (на сайте она—Кристи) у артистов театра. «Это приятные, умные люди, мне очень понравилось с ними общаться,—рассказывает Кристина.—А те, кто говорят, что их шутки неумные или несмешные,—они или не видели спектаклей, или у них нет чувства юмора, мне кажется».

Упрекать современных юмористов в дурновкусии—тоже в чем-то дурной вкус, считает Людмила Тихвинская, доктор искусствоведения, профессор, основатель Лаборатории новой эстрады в ГИТИСе. «Это уже банальность, общее место,—говорит она.—Эстрада никогда и не была высоким жанром, это низовая культура, прослойка между искусством и жизнью. Она очень чутко реагирует на жизнь, она ее отражение». Потому и классический жанр советской эстрады, называвшийся нейтрально «разговорным», построенный на игре с советской системой и фрондерстве, исчез вместе с СССР. Логично, что сейчас «Новые русские бабки» популярнее Жванецкого, уверена профессор Тихвинская. В героях «Бабок», персонажах Елены Степаненко и Петросяна новый зритель видит себя—и радуется, узнав. «Сегодня доминантный социальный тип—мещанин. Это его герои. Это его монологи,—считает Тихвинская.—Советского человека душили “высоким искусством”, и теперь он берет реванш, отстаивая свое право быть простым мещанином».

Смех—это удовольствие, а простая жизненная философия все больше ориентируется на получение радостей от жизни: живи сегодняшним днем, получай удовольствие прямо сейчас, рассуждает основатель самого популярного юмористического сайта Рунета «Анекдоты из России» (Аnekdot.ru) Дима Вернер. Смех раскрепощает, считает Вернер: «Будь самим собой. Не думай, хорошо это или плохо. Смешно? Смейся на здоровье. Не смешно? А у нас есть еще, и еще, и еще вот другое…» Смех—это и освобождение от запретов, от стыда и моральных ограничений, считает он, а концерты—это еще и освобождение от диктата «хорошего вкуса». На своем сайте Дима публикует абсолютно все присланные анекдоты без какой-либо редакторской цензуры: для «Анекдотов из России» нет ни «дурного», ни «хорошего» вкуса. «Юмор бывает злым, оскорбительным, унижающим других. Говорят, что над чем-то смеяться нельзя, это святое—но опыт сайта без цензуры показал, что смеются абсолютно над всем»,—утверждает Вернер. Ему не раз приходили просьбы снять тот или иной анекдот с сайта—недавно, например, редактор израильского портала просил снять шутку о Холокосте. Но и самые циничные анекдоты остаются в открытом доступе: Аnekdot.ru считает себя академическим собранием. И над ними тоже смеются. И смеются «вполне достойные», по словам Вернера, люди, хотя и с оговоркой—«стыдно признаться, но это действительно смешно».

В ноябре 2005 г. Anekdot.ruисполнилось 10 лет. За это время Вернер, по его собственным подсчетам, прочитал 208 749 анекдотов и 102 769 историй из жизни. В день юбилея «Анекдотов из России» читатели выбирали анекдот десятилетия. В финал вышли байки с упоминанием слов «х…й», «х…рня» и Гарика Марикяна. Но по результатам народного голосования победил анекдот про Андрея Платонова—тоже, правда, не без «х…я».

Но сколько бы ни упрекали массовый юмор в злоупотреблении шутками ниже пояса, «публично шутить про одну только задницу наш человек не может», считает Людмила Тихвинская. Она была одним из идеологов первого фестиваля stand-upcomedy, прошедшего в Москве и Питере в декабре 2004 г. Этот заимствованный из англоязычной культуры жанр непринужденного обмена репликами-экспромтами комика с залом во многом основан именно на «телесной» теме, поясняет искусствовед. Но фестиваль показал, что «это не наше: мы не готовы к stand-upcomedy», констатирует Тихвинская не без сожаления. Жалко, конечно, не упущенных «задниц»: на stand-upнадеялись как на незатасканный, может быть, не высокий, но честный жанр. Но получилось «натужно, даже у замечательно одаренного Коли Фоменко». К тому же «наш человек не привык вот так, свободно, говорить с публикой. Возможно, что ему просто нечего сказать»,—размышляет Тихвинская. Тем не менее первая программа отечественной stand-upcomedy уже появилась в телеэфире дециметрового ТНТ, правда, доля зрителей «ComedyClub» в пять раз меньше доли КВН.

Дима Вернер считает, что надеяться надо не на stand-up, а на виртуальный юмор: «У нас на сайте говорят, что Петросян и Задорнов—шутки для тех, у кого нет компьютера: те же шутки в Интернете можно прочесть гораздо раньше, чем их расскажут по телевизору. И если юмористу есть что сказать—Интернет даст ему возможность выйти на сцену, а все смешное моментально распространяется в Сети и становится широко известным». Юмористы и сами знают, какие сокровища можно найти в Сети, и редко бывающий на концертах юмористов Вернер тем не менее очень часто слышит там истории и анекдоты, уже знакомые ему по собственному сайту… Без упоминания источника, конечно.

Другое дело, что рвущихся в юмористы сейчас не так уж и много: даже с курса Геннадия Хазанова, как вспоминает декан факультета эстрадного искусства ГИТИСа Анна Одинокова, «вышел, кажется, только один “разговорник”—один! Даже у Хазанова! Это вымирающий жанр». Кристина Зарубина, поклонница Евгения Петросяна, попробует спасти отечественную эстраду. Она хочет стать—и это совершенно серьезно—юмористом.