Ушибленные ширью

Как российское государство занялось колониальным пространственным развитием

Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко заявила, что утвержденная в 2019 году «Стратегия пространственного развития Российской Федерации до 2025 года» нуждается в доработке, так как в ней не отражены проблемы развития средних и малых городов и «сверхурбанизации». Упор на агломерации и сверхурбанизация ведут к обезлюживанию территорий и обернутся серьезными политическими рисками, считает спикер верхней палаты парламента. Оценки документа были приурочены к Дню географа, впервые отмеченному в этом году 18 августа. Не обошлось и без упоминания «географии русской души» Николая Бердяева со ссылкой на его слова о том, что «пространства можно рассматривать как внутренний, духовный факт в русской судьбе».

Я тоже вспоминала русского философа в феврале 2019 года, когда читала только что утвержденную правительством стратегию — но, правда, другие его слова. Глобальный по своему предназначению документ на поверку оказался настолько бедным по содержанию и несовременным по подходам, что так и вспомнилось: «Русская душа ушиблена ширью». В 1918 году в своей книге «Судьба России» Николай Бердяев написал это, сетуя на то, что «не легко давалась ему [русскому народу] организация этих пространств в величайшее в мире государство, поддержание и охранение порядка в нем».

Для страны, занимающей первое место в мире по площади и 181-е по плотности населения, обустройство территории для жизни почти 147 млн человек является задачей первостепенной важности. Никто системно этим обустройством особо не занимался. Ограничивались либо отдельными, в основном инфраструктурными, проектами типа строительства БАМа, которые всей страной воплощали с надрывом, либо громадьем бумажных планов, которые большей частью на бумаге и оставались.

В январе 2017 года Путин своим указом утвердил «Основы государственной политики регионального развития РФ на период до 2025 года». Документ содержит много изъянов и оставил без ответов много вопросов. Правильно составленный стратегический документ, тем более определяющий госполитику, обычно отталкивается от анализа имеющихся проблем (реактивный вектор), ориентирован на стратегические цели системы (проактивный вектор), включает анализ рисков. Ничего из этого у кремлевских стратегов в документе не оказалось.

Отсутствует и оценка состояния регионального развития России. Хотя сказать есть о чем:

• колоссальные территориальные диспропорции;

• хаос пространственной организации;

• отсутствие точек роста с высокими стандартами пространственной организации и качества жизни как успешных практик и моделей для трансляции опыта;

• плохая транспортная связность территорий и отсутствие логистической инфраструктуры;

• жесткая бюджетно-налоговая вертикаль;

• удушение самостоятельности региональной и муниципальной власти, паралич местного самоуправления;

• деградация региональных элит; отсутствие квалифицированных специалистов по пространственному проектированию и управлению макрорегионами;

множественность барьеров для развития всего того, что могло бы и должно быть драйверами территориального развития.

Думаю, не будет преувеличением сказать, что перечисленные проблемы характеризуют политику федерального центра по отношению к регионам, по сути, как колониальную.

Характеристики общего фона для развития регионов, среди которых демодернизация, неработающие институты, имитационная демократия, управленческий кризис и, в целом, системная стагнация, естественно, также не упомянуты. Причины понятны: для власти все это является предметом гордости под названием «стабильность».

Предложенные в документе факторы и условия, влияющие на региональное развитие, обнаруживают серьезную недостачу. Размеры территории, ее климатические и природные особенности, безусловно, не могут не влиять. Но в XXI веке среди них на первом месте должна бы стоять стратегия развития страны, выстроенная исходя из геоэкономического, геополитического, геокультурного позиционирования, а она вообще не присутствует в списке.

Очевидно, что причиной этому является то, что ни образа будущего, ни стратегии у нас нет, хотя стратегические документы и даже целый их реестр имеются.

Сознание авторов основополагающих для страны решений не допускает мысли о важности понимания ее миссии в глобальном мире. Ушибленные ширью «стратеги» маскируют отсутствие необходимой длины своего взгляда с помощью псевдотеории об «отдельной цивилизации» и ее особом пути и тем самым подтверждают слова другого русского философа Петра Чаадаева: «Иногда кажется, что Россия предназначена только к тому, чтобы показать всему миру, как не надо жить и чего не надо делать».

Отсутствие в списке условий такого важного, как развитие демократии и гражданского общества, также обрекает на неэффективность систему управления без работающих каналов обратной связи и общественного контроля. Без демократии и гражданского общества всегда будут проблемы с идентичностью и формированием местных сообществ, без которых и города не города, как отмечал известный урбанист академик В.Л. Глазычев.

В документе нет ответа на еще один важный вопрос: а кто главные субъекты регионального развития — элиты, девелоперы, институты развития? Где источник воли к развитию? Региональные элиты? Но они деградированы. Госкорпорации? У них, как и у власти, воля только к самосохранению и проеданию государственных денег. Частный бизнес? Рядом государство с электрошокером не дремлет. Воля к развитию есть только в обществе, но оно-то как раз и не включено во все эти процессы. Даже ни одного упоминания о нем просто нет.

И вот такого качества документ через два года стал основой «Стратегии пространственного развития РФ до 2025 года». В ней не только не состоялось преодоления предшествующих недостатков, но и появились новые. Стратегия свелась только к экономике, причем в самом традиционном и узком ее понимании, и многим напомнила ранее популярные схемы размещения производительных сил. По всем субъектам РФ (за исключением Москвы, про которую «забыли») разработчики просто составили списки перспективных экономических специализаций согласно классификации общероссийского классификатора видов экономической деятельности (ОКВЭД), добавив некоторым неперспективные, но критически важные для экономики региона специализации, то есть спустили жестко сверху структуру региональной экономики — и все!

При этом экономика, спроектированная на бескрайних просторах, не содержит и намека на обещанный прорыв и вхождение в первую пятерку экономик мира, в ней не просматривается никаких структурных реформ и признаков постиндустриальности.

В 41 регионе на первом месте в этих списках стоит «добыча полезных ископаемых».

Среди них и Республика Карелия, раздел о которой я, как депутат ее парламента, изучила особо пристально и увидела, что будущее республики незавидно. Ей отведена роль внутренней колонии, в которую иногда заезжают туристы. Не нашлось места в числе перспективных таким отраслям, как «деятельность в области информации и связи», при наличии потенциала для нее, или «транспортировка и хранение» при выгоднейшем геостратегическом положении региона. Отказано и в такой, как «деятельность профессиональная, научная и техническая». Это при том, что в республике имеются ПетрГУ с одиннадцатью образовательными и семью научно-исследовательскими институтами, Консерватория и Карельский научный центр, в составе которого семь солидных институтов.

Инициированные фракцией «Яблоко» запросы в правительство республики и обсуждение вопроса в парламенте выявили, что федеральные власти не особо и обсуждали с региональным руководством судьбу республики, а оно в свою очередь не особо и сопротивлялось и ни на чем не настаивало, а депутаты и экспертное сообщество не были включены в процесс подготовки стратегии. Аргументы, эмоции, публикации в СМИ, настойчивость, а также подготовленное нами с экспертами республики обоснованное обращение в федеральное правительство о необходимости внесения изменений в список отраслей, сделали свое дело, а глава республики и правительство вынуждены были начать переговорный процесс об этом с федеральным центром. Не найдя поддержки у испугавшихся провластных депутатов, фракция отправила обращение к М. Мишустину и… согласно поступившему ответу, проект постановления правительства РФ о внесении изменений в Стратегию в части Республики Карелии по всему предложенному дополнительному списку отраслей уже готов к подписанию.

Сочла возможным задержать внимание читателей на этих региональных подробностях для того, чтобы отметить два момента: подобные «перспективы» могут оказаться и у любого другого региона, а при отсутствии оппозиции, которую власти тщательно нейтрализуют, некому будет сказать правду с трибун власти и добиться изменения ситуации.

В целом восприятие задокументированного в «Стратегии...» пространства страны создает впечатление пространства после атаки нейтронным оружием: в нем нет общества, человека и вообще признаков жизни.

Местное самоуправление не упомянуто ни разу, хотя накопленный опыт разных стран убедительно демонстрирует, что надеяться на обустройство и развитие регионов без сильной местной власти не приходится. Третьему сектору (некоммерческим организациям, фондам, общественным движениям и сообществам), который составляет не менее ценный в современном мире социальный капитал, места просто не нашлось. Очевидно, что тем, кто рассматривает территорию лишь как место сбора сырьевой и бюрократической ренты, общество является помехой и снится в страшных снах.

Ощущение полной безодушевленности пространственного развития дополняется также и отсутствием упоминания о культуре. Ни у одного российского региона в спущенной им сверху структуре экономики нет такой отрасли, как «деятельность в области культуры, спорта, организации досуга и развлечений». При этом у большинства из них в списке перспективных отраслей присутствует «туризм», развитие которого без историко-культурного содержания представляется с трудом. Данный документ явился очередным примером того, что российская бюрократия неспособна видеть культуру как ресурс развития, при том, что в последнюю четверть века многие города и регионы мира успешно преодолели кризис, связанный с выходом из промышленной эпохи в постиндустриальную, именно благодаря использованию историко-культурного потенциала своих территорий.

Пишу это, чтобы вместе с Чаадаевым сказать, что «человек может быть полезен своей стране только в том случае, если ясно видит ее; я думаю, что время слепых влюбленностей прошло, что теперь мы прежде всего обязаны родине истиной». А поиск истины подсказывает — дело не в географии и не в агломерациях, а в том, что нет у страны дизайнера, способного соединить на основе общественной воли красоту и богатство всех региональных пазлов в единый организм для блага каждого гражданина и всего народа, для вдохновения человечества на мир, истину, добро и красоту.

Разработать такую стратегическую картину не под силу путинской бюрократии. Задача требует людей с другими установками сознания — понимающих, что человеческий капитал становится ведущим фактором развития, культура и история территории являются важным ресурсом, оппозицию надо не травить, а лелеять. Людей, принимающих идеи и принципы устойчивого развития, осуществляющих управление с опорой на развитие механизмов самоорганизации, инноваторов по духу, имеющих длину взгляда и четко видящих цели, признающих нравственность в качестве принципа ежедневной жизни.

Бердяев связывал беспомощность народа в овладении и организации пространств с тем, что он «слишком привык возлагать эту организацию на центральную власть». К сожалению, Валентина Ивановна не сослалась на предложенные Бердяевым пути решения этой проблемы. Позволю себе длинную цитату философа: «Государство должно стать внутренней силой русского народа, его собственной положительной мощью, его орудием, а не внешним над ним началом, не господином его. Культура же должна стать более интенсивной, активно овладевающей недрами и пространствами и разрабатывающей их русской энергией. Без такого внутреннего сдвига русский народ не может иметь будущего, не может перейти в новый фазис своего исторического бытия, поистине исторического бытия, и само русское государство подвергается опасности разложения. Если русское государство доныне хотело существовать пассивностью своего народа, то отныне оно может существовать лишь активностью народа».

По прошествии 100 лет слова философа не потеряли актуальность.

Но это уже совсем не про географию. Это про то, что пора всем становиться политиками! А как еще добиться честных выборов, правды на телеэкранах, сильной местной власти, ровных дорог, новых школ, ликвидации бедности, современной экономики?! Как еще можно добиться обустройства России?!

P.S.

Подписывая 16 января 2017 года Указ «Об утверждении Основ государственной политики регионального развития Российской Федерации на период до 2025 года» Путин предписал «Правительству Российской Федерации ежегодно, начиная с 2017 года, не позднее 20 декабря, представлять Президенту Российской Федерации доклад о результатах реализации Основ государственной политики регионального развития Российской Федерации на период до 2025 года». Интересно бы заглянуть в эти три доклада. В открытом доступе их нет.