ОБЛАВА НА ГИППОКРАТА

ЦЕНА ЗАКОНА

Сфабриковав два десятка уголовных дел против ветеринаров, Госнаркоконтроль взялся за врачей. Медики, против которых с подачи ГНК заведены уголовные дела по факту «незаконного сбыта наркотиков», обратились с письмом на имя генпрокурора...

Сфабриковав два десятка уголовных дел против ветеринаров, Госнаркоконтроль взялся за врачей. Медики, против которых с подачи ГНК заведены уголовные дела по факту «незаконного сбыта наркотиков», обратились с письмом на имя генпрокурора Устинова.

Вследствие неуклюжих действий Госнаркоконтроля в стране по пальцам можно пересчитать ветврачей, которые согласились бы сделать операцию с использованием анестезии. Людям, впрочем, повезло лишь немногим больше. Скоро почти все врачи — стоматологи, акушеры, реаниматологи, анестезиологи, наркологи — вынуждены будут прекратить свою работу, чтобы не попасть на нары. В одной только Москве уже заведено несколько дел против врачей, которые работали со всеми необходимыми лицензиями и пользовались разрешенными медицинскими препаратами.

Николай Трухин — нарколог. До последнего времени работать ему приходилось сразу в двух местах — в НИИ психиатрии и на кафедре наркологии Университета дружбы народов. Некоторое время назад Трухин через диспетчера получил вызов на дом. Надо было привести в чувство человека, который никак не мог выйти из алкогольного забытья. Дверь доктору открыл оперативный работник московского ГНК Валерий Комаров (поначалу он был просто пьяным мужиком в майке).

Комаров проводил нарколога к «другу». «Друг» лежал, не двигаясь, в маленькой комнате. Его лихорадило, он бормотал что-то несвязное. Осмотрев пациента, Трухин пришел к выводу, что перед ним типичный абстинентный синдром.

— В таких случаях надо быстро решать что-то, не тянуть время, — говорит Трухин. — А то привидится ему что-нибудь, он и шагнет в окошко. Бывали уже такие случаи. Или просто сердце у него остановится.

Светила отечественной наркологии рекомендуют в подобных ситуациях колоть пациенту сильнодействующий препарат реланиум. Это успокоительное. В тот момент, когда доктор собрался уже было ввести пациенту лекарство, ему заломили руки и сунули в лицо корочки ГНК. Сразу откуда-то появились понятые, и Трухину объяснили, что только что он попытался незаконно сбыть сильнодействующий препарат. Помеченные деньги уже лежали в коридоре рядышком с чемоданчиком доктора.

В том, что мнимый пациент, оперативный работник московского отделения ГНК Олег Конохович, действительно был сильно пьян, у Трухина нет никаких сомнений. Нарколог выполнял свой врачебный долг, спасал человека. Так же, как это делают в реанимации, например. Выходит, что любого медика, имеющего дело с сильнодействующими психотропными или наркотическими препаратами, отныне можно считать торговцем наркотиками.

Не правы были пессимисты, утверждавшие, что сорокатысячная махина ГНК себя не прокормит.

Валентине Корябиной, главврачу клиники «Благвест», предъявили обвинение по традиционной уже 228-й статье — «Незаконный сбыт наркотических веществ». В клинике использовали кетамин для мини-абортов. Все лицензии были, но для ГНК это не оправдание.

В офисе Московского отделения ГНК у Корябиной случился сердечный приступ. Ей сказали, что меньше чем семью годами она не отделается. Обещали посадить и ее мужа, генерального директора той же клиники. А потом заставили подписать договор о секретном сотрудничестве. Валентине Корябиной присвоили оперативную кличку — Иван Козлов. Так врача с двадцатилетним стажем завербовали в стукачи.

Все больше и больше складывается убеждение: создание нового суперведомства — авантюра, не способная хоть как-то повлиять на наркотрафик. А Госнаркоконтроль в общественном сознании абсолютно нелегитимен, его деятельность ассоциируется исключительно с карательными мерами. В Москве ветврачей оставили в покое, новых дел не заводят, а в Костроме, допустим, облавы идут полным ходом. Есть опасения, что еще немного — и полицейские по домашним аптечкам пойдут.