Минздрав ослеп

92 дня: у государства много времени на подписание бумаг, которые откроют путь к срочному спасению 4-летнего Архипа Наймушина

Когда в мае я писал заметку об этом мальчике, я чувствовал ответственность за него. Не знаю, что это, но мне до сих пор страшно подумать, что в моем родном городе в маленьком домике у Зонального института четырехлетний мальчик может навсегда перестать видеть любимого плюшевого мишку. Тогда, 25 мая, у семьи Архипа оставалось два дня, чтобы собрать деньги на дорогостоящий зарубежный препарат «Фоскавир», который мог бы остановить прогрессирующее отторжение сетчатки глаз. Наверное, нашлись правильные слова, и они дошли до нужных людей, потому что недостающие 150 000 рублей были собраны на следующий же день после публикации. Начался новый этап в борьбе за здоровье мальчика. 29 мая родители Архипа подали заявление в Минздрав с просьбой направить сына на лечение в итальянскую клинику Spedali Civili di Brescia. В ведомстве заявили, что с этой клиникой российское здравоохранение не сотрудничает, и порекомендовали детский госпиталь имени доктора Хаунера при клинике Мюнхенского университета. Родители согласились, а дальше все случилось, как обычно…

27 июля консилиум врачей и чиновников от здравоохранения единогласно проголосовал за срочную отправку мальчика на лечение в Германию и… И это на сегодня последний успех.

— Чиновники нам объясняют, что на оформление документов у них по регламенту есть 92 дня, хотя вначале нам обещали оформить все документы за две недели, потому что состояние сына с каждым днем ухудшается, — говорит мама Архипа Татьяна.

Звонок «Новой газеты» в Минздрав дал ожидаемый результат: требуется официальный запрос. Ужасающий механизм: для ответа требуется подумать неделю; для того, чтобы решиться спасти здоровье четырехлетнего мальчика, — 92 дня. 92 дня — это срок, который должен выждать любой, кто хочет получить лечение за границей: больной лейкемией, СПИДом, болезнями сердца… Нужно ли говорить, что для многих людей счет идет на дни и часы? Сейчас маленький Архип лежит в Российской детской клинической больнице. Рядом с ним — плюшевый медвежонок, очертания которого с каждым днем становятся всё туманнее. Государство соблюдает регламент.