Парковка на Красной площади была рекламной акцией. Отец немецкого летчика продавал самолеты «Цесна». Неизвестные страницы нашумевшего полета 28 мая 1987 года днем в районе города Кохтла-Ярве Эстонской ССР нарушил пространство Советского...

Парковка на Красной площади была рекламной акцией. Отец немецкого летчика продавал самолеты «Цесна». Неизвестные страницы нашумевшего полета

28

мая 1987 года днем в районе города Кохтла-Ярве Эстонской ССР нарушил пространство Советского Союза легкомоторный спортивный самолет, пилотируемый гражданином ФРГ М. Рустом. Полет самолета над территорией СССР не был пресечен, и он совершил посадку в Москве. По данному факту компетентными органами проводится расследование.

Тогда еще не было рекламного слогана «Шок — это по-нашему». Придуманный позже по другому поводу, он как нельзя лучше характеризует состояние всего советского народа в момент получения этого сообщения.

Непробиваемый воздушный щит Страны Советов пробил насквозь немецкий мальчишка на спортивном самолетике, приземлившемся у самых ворот Кремля. Явной издевкой было то, что случилось это в День пограничника. Такого в советской истории действительно не было. До сих пор все материалы этого скандального дела засекречены и хранятся во все тех же компетентных органах. Нам пришлось провести собственное расследование дела Матиаса Руста.

Днем 28 мая Руст взлетел с аэродрома «Мальами» близ Хельсинки. В плане полета конечной целью был заявлен шведский Стокгольм. Финские техники недоуменно посмеивались, глядя на приготовления молодого немецкого пилота. До Швеции часа полтора лету, а он взлетает с полной заправкой, да еще в салон поставил дополнительные топливные баки. Можно подумать, что он не в Стокгольм, а в Америку лететь собрался. Немец действительно не собирался в Стокгольм, но тогда этого еще никто не знал. Первые двадцать минут полет проходил в соответствии с заранее поданной заявкой. Матиас вышел на связь, сказал, что у него все нормально, и попрощался. Больше на связь в этот день он не выходил.

С

разу после доклада диспетчеру его самолет «Цесна-172р скайхок» резко сменил маршрут движения и взял курс на воздушное пространство Советского Союза. Его воздушный аппарат создавал реальную опасность безопасности полетов на оживленной воздушной трассе, соединяющей Хельсинки и Москву. Все попытки финского диспетчера связаться с Рустом были безуспешны. К тому времени он уже отключил все средства связи на борту, оставив включенным лишь радиокомпас. Вскоре с экранов радиолокаторов исчез и сам самолет. Немедленно в место последних зафиксированных координат самолета были направлены группа финских спасателей и катер береговой охраны. В указанном районе на поверхности моря они обнаружили обширное масляное пятно. Решив, что это след падения самолета, они вызвали водолазов для поисков его обломков. Позднее служба спасения Финляндии предъявила «кремлевскому летчику» счет в 100 тысяч долларов за проведение поисково-спасательных работ по его поиску. До сих пор неизвестно, откуда взялось это пятно.

В 14.29 неизвестный объект появился на экране радиолокаторов советских ПВО уже в советском воздушном пространстве. Низко летящий тихоходный объект не отвечал на запрос «свой — чужой», после чего ему присвоили боевой общесоюзный номер 8255. Три дежурных ракетных дивизиона были приведены в боевую готовность и имели целью устойчивый контакт, но команды на уничтожение так и не получили. В это время военные выясняли у гражданских авиадиспетчеров, не их ли это заблудший подопечный. Когда выяснилось, что самолет никем не заявлен, все приграничные подразделения ПВО привели в готовность № 1. С аэродрома «Тапа» подняли пару дежурных истребителей для опознания объекта. В 14.48 в районе города Гдова пилот одного из перехватчиков доложил, что наблюдал в разрыве облаков самолет типа нашего «ЯК-12» белого цвета. Мог ли сбить истребитель «Цесну» Руста? Технически это было возможно, но после случая с корейским «Боингом», сбитым нашими самолетами в 1984 году над Тихим океаном, по войскам был издан приказ, запрещающий открывать огонь по гражданским и спортивным самолетам, если видно было, что это не военный самолет. Не получив приказа, сверхзвуковой «МиГ» пролетел мимо тихоходного самолета, летевшего на малой высоте, и через мгновения «Цесна» осталась далеко позади. Пока «МиГ» снова наводили на цель, та пропала с экранов локаторов, нырнув ближе к земле.

Н

а этом факте основана версия, которую выдвинули журналисты немецкого журнала Bunte, о промежуточной посадке Руста где-то в районе Старой Руссы. Подсчитав скорость полета и его дальность, они получили среднюю скорость Руста — 140 км/ч. Крейсерская скорость «Цесны 172р скайхок» — 220 км/ч. Кроме того, готовясь к полету, Руст значительно облегчил свое четырехместное судно, сняв часть оборудования. Ветер в день перелета был по большей части попутный Русту. Так что по всем расчетам выходило, что сесть на Красной площади он должен был часа на полтора-два раньше. Немецкие журналисты в пользу своей версии приводят следующий довод. Из Хельсинки, как они утверждают, Руст вылетел в зеленой рубашке и джинсах, в Москве же он вылез из самолета уже в красном комбинезоне. Не исключено, что он использовал кратковременную посадку в качестве обманного маневра против советских ПВО, ведь технические характеристики «Цесны» вполне это ему позволяли.

Через некоторое время, обнаружив неизвестную точку, следующую другим курсом и на другой высоте, операторы ПВО решили, что это и есть потерянная злополучная цель, но поднятые на перехват истребители вернулись ни с чем. Тем временем Руст переходил из зоны ответственности одних округов ПВО в другие. Корни этой ситуации лежат в семидесятых годах, когда Леонид Ильич Брежнев провел реорганизацию ПВО. Единая доселе система была разбита на отдельные округа, что привело к известным последствиям.

К

трем часам дня Руст добрался уже до Пскова. В это время там проходили плановые учебные полеты одного из местных авиаполков. В воздухе постоянно находилось до десятка самолетов. Одни заходили на посадку, другие взлетали. В этой круговерти подсчитать точное количество находящихся в полете самолетов было затруднительно. В 15.00 поменялся код системы госопознавания. Все летательные аппараты и наземные средства системы должны были сменить код одновременно. Но полеты были учебные, и часть молодых летчиков не успела или попросту забыла вовремя сделать эту несложную операцию. В результате все они стали для системы чужими. Не разобравшись в ситуации, командир радиотехнической группы принудительно присвоил всем истребителям, а заодно и Русту признак «я — свой». Дальше Руст летел, получив советскую воздушную прописку.

За день до этого в 40 км западнее города Торжка произошло столкновение истребителя «МиГ-25» и бомбардировщика «Ту-22М». И опять по роковому стечению обстоятельств маршрут Руста пролегал именно над этим районом. В поисково-спасательной операции принимали участие и несколько вертолетов. Отличить на экране радара «вертушку» от тихоходной «Цесны» невозможно, и, решив, что самолет Руста — еще один из поисковых вертолетов, нарушителя вторично легализовали. Тот злополучный день прямо-таки изобилует странными совпадениями. Одновременно с появлением Руста над озером Селигер радары зарегистрировали сразу шесть неопознанных целей в районе Осташкова. Убедившись, что скорость движения объектов совпадает с направлением и скоростью ветра, дежурная смена идентифицировала их как метеообразования.

Не разобравшись точно с неопознанной целью, они доложили на командный пункт Московского округа ПВО и Центральный командный пункт (ЦКП) войск ПВО о самолете Руста как о простом нарушителе режима полетов, то есть как о вылетевшем без заявки советском легкомоторном самолете. Оперативный дежурный ЦКП, понадеявшись на то, что с самолетом-нарушителем разберутся сами в Московском округе, дал команду снять эту цель с оповещения на ЦКП. В итоге информации о простом нарушителе режима полетов никто не придал значения, до тех пор пока этот простой нарушитель режима полетов не объявился на Красной площади. При подлете к Москве произошли еще два странных совпадения. Пока операторы Московского округа пытались разобраться, что же все-таки приближается к столице: самолет — нарушитель государственной границы или простой нарушитель режима полетов, в этот критический момент кто-то сверху дал команду на выключение АСУ для внепланового проведения профилактических работ.

Не менее странным выглядит факт двадцатиминутного прекращения полетов над «Шереметьево» — именно на время полета Руста. Кто и зачем отдавал эти распоряжения, до сих пор остается загадкой. Самолет Матиаса Руста появился над центром города около семи. Сначала он хотел приземлиться в самом Кремле, но, убедившись, что на территории Кремля нет подходящей площадки, решил сесть между Спасской башней и собором Василия Блаженного. Однако сделать этого ему не удалось из-за множества людей на площади. Тогда Руст сделал еще круг над площадью с включенными навигационными огнями и покачал крыльями, но находившиеся под ним люди не поняли его сигналов. Лишь с третьей попытки ему удалось посадить машину на брусчатку Красной площади. Остряки мгновенно переименовали главную площадь страны в аэропорт «Шереметьево-3». Полет сделал знаменитым не только Матиаса Руста, но и его самолет. Это дало повод для появления версии о рекламной подоплеке полета. Отец Матиаса Дитер Руст работал дилером «Цесны» в Западной Европе. К середине восьмидесятых объем продаж самолетов этой фирмы резко сократился, и, чтобы поднять интерес к марке, нужна была яркая рекламная акция. Единственный самолет, сумевший преодолеть непроходимую систему советских ПВО, — такой рекламе позавидует любая фирма.

С

этой точки зрения весьма любопытно еще одно совпадение. Через два дня точно такая же «Цесна» села на суперохраняемой авиабазе США. Есть такая хорошая поговорка: не так страшен черт, как его малюют. В данном случае можно сказать так: не так страшен Руст со своим полетом, как его последствия.

Появилась грустная шутка, что трасса Москва — Ленинград — самая мягкая: она устелена папахами генералов и полковников. Самый гуманный суд в мире приговорил «кремлевского летчика» к четырем годам исправительных работ.

Руста в скором времени помиловали, и уже третьего августа 1988 года, через 432 дня после своего приземления, Матиас вернулся в Германию. Однако после возвращения домой дорога в небо оказалась для Руста закрытой, лицензии на вождение самолета его лишили сразу как человека неуправляемого и, возможно, неуравновешенного психически. Этот приговор Руст в скором времени и оправдал. Сначала Матиас Руст атаковал с ножом медсестру в больнице, где он проходил альтернативную службу. Девушка отвергла его ухаживания, за это он бросился на нее с ножом. Затем попался на краже свитера в одном из супермаркетов. Так немцы вместо национального героя получили банального хулигана. А Советский Союз, кроме потрясения, — еще один повод для анекдотов. Например: собралась на Красной площади большая толпа людей с вещами. Когда у них спросили, что они делают, они ответили:

— Ждем самолет на Гамбург.