Работа над вашими ошибками

Обычно я не отвечаю на статьи оппонентов, полагая, что это может утомить читателей - они сами способны делать выводы. Но серия посвященных мне в последнее время публикаций на разных сайтах заставляет высказаться, что я и делаю по порядку.

1) Уважаемый Владимир Станиславович! Мне понравилось в вашей статье то, что в ней так не понравилось Леониду Радзиховскому и Виктору Шейнису. Выяснилось, что в принципиальном вопросе мы занимаем с Вами одну и ту же позицию: демократы должны выступать за свободные выборы, независимо от того, чья победа на них представляется более вероятной - наша или наших политических оппонентов действующих в рамках Конституции РФ.

Мне не понравилось, что для того чтобы бросить мне тяжелое обвинение в неправде, Вы переставили кавычки (что заметили многие читатели) в цитируемой мною Вашей самохарактеристике - "либеральный политик новой генерации". Именно так Вы представили себя в Вашей статье в "Ведомостях".

Слово "яркий" - это уже моя авторская оценка (на которую я имею право), и поэтому оно у меня не включено в закавыченную цитату в отличие от Вашей версии. Уверен, что Вы сделали это по невнимательности.

Давайте вместе работать над ошибками.

2) Уважаемый Виктор Леонидович! Вы спрашиваете меня, в чем заключается мое определение "умеренных демократов". Оно очень ясное, и Вы сами его цитируете: это те, "кто считает, что выборы должны быть умеренно демократическими", или, если воспользоваться Вашей формулировкой, это те, "кто отстаивает регулирование выборов властями".

Кто же эти люди? И здесь мы просто обязаны отдать должное интеллектуальной честности Леонида Радзиховского и Анатолия Чубайса. Оба они как раз "отстаивают регулирование выборов властями" достаточно ясно и последовательно.

Простите меня, Виктор Леонидович: я хорошо знаю Вас как честнейшего и благороднейшего человека, но мне кажется, что в этом вопросе Вы невольно лукавите. Не перед читателями, а перед самим собой. Как и многие либералы, искренне считающие себя демократами, Вы, по-видимому, разделяете принцип гг. Радзиховского и Чубайса - левые ни при каких обстоятельствах не должны прийти к власти, - не решаясь, однако, прямо заявить об этом. Иначе в чем же Вы упрекаете Владимира Милова, допустившего гипотетическую возможность победы левых на выборах?

И как же Вы на свободных выборах собираетесь нанести поражение "и партии власти, и левой оппозиции?" Ах, мы пока к этому еще не готовы? Ну тогда давайте пока спрячемся за спину власти, "чьи идеалы и цели менее удалены от нас".

Но если так, то какое же моральное право мы имеем обличать эту власть и в частности масштабную фальсификацию ею выборов, если она так эффективно защищает нас от наших оппонентов? Нам остается только повторять классическую мантру Гершензона, попадая в ловушку никем и ничем не ограниченной клептократии. Тем самым мы окончательно дискредитируем себя перед обществом и оставляем ему в момент кризиса только ту радикальную альтернативу, которой Вы так справедливо опасаетесь.

Мы с Вами действительно имеем честь состоять в одной партии. Только я всегда полагал, что эта партия придерживается именно той позиции, относительно которой мы согласились с Миловым. Повторю ее еще раз.

Демократы должны выступать за свободные выборы, независимо от того, чья победа на них представляется более вероятной - наша или наших политических оппонентов, действующих в рамках Конституции РФ.

Если Вы с нами согласны, то у нас нет предмета спора. Но тогда мне непонятен пафос Вашей статьи.

3) Непримиримые борцы с кровавым путинским режимом, обвиняющие меня в пресмыкательстве перед властью! Я сказал об этой власти больше, чем вы все вместе взятые, и, самое главное, гораздо раньше Вас, и у меня нет относительно нее никаких иллюзий. Читайте мои книги "За Родину, за Абрамовича, огонь!" и "Нелюбимая страна". Я регулярно являюсь по всем вызовам прокуратуры и суда и никогда не попрошу у власти снисхождения к себе на идущем в Басманнои суде процессе по признанию моих книг экстремистскими, что грозит мне серьезным тюремным сроком.

Но всегда, когда есть хотя бы малейший шанс добиться освобождения томящихся в заточении невинных людей, я буду призывать власть на доступном ей языке сделать это хотя бы по амнистии. Мне, в отличие от вас, эти люди нужны живыми и на свободе, а не гниющими на зоне символами героического сопротивления режиму.