Нервно-паралитическая игра

Как ответила Великобритания на отравление экс-сотрудника ГРУ и каких неприятностей еще ждать

Фото: Flickr / René

Кто именно и при каких обстоятельствах принял решение убить бывшего сотрудника ГРУ и британского шпиона Сергея Скрипаля, мы, возможно, никогда не узнаем. Похоже, что этот «кто-то» рассчитывал на минимальную реакцию британских властей, подобную той, которая последовала за убийством Александра Литвиненко. Но вышло все совсем иначе. Правительство Великобритании уже ответило и, видимо, продолжит отвечать Кремлю. Вопрос, как именно.

Отзыв приглашения Лаврову означает — Лондон не верит Москве и в ближайшее время не намерен с ней разговаривать

Многочисленные сетевые комментаторы, в том числе из числа оппозиционеров, требуют от Лондона неопровержимых доказательств причастности Москвы к покушению на Скрипаля. Они сетуют, что «неадекватная» реакция кабинета Терезы Мэй и резкие высказывания главы МИД Бориса Джонсона «льют воду на мельницу Путина» и «мобилизуют его сторонников». Все эти милые люди не понимают: обитателям Даунинг-стрит, мягко говоря, глубоко безразличны русские псевдовыборы и «проголосовавшие» за Путина Дагестан с Башкирией! Тереза Мэй и ее кабинет обеспокоены применением на британской территории боевого отравляющего вещества и угрозой жизни обычных граждан, которые ни сном ни духом не имеют отношения к России. Правительство любой демократии в такой ситуации обязано защищаться, и защищаться максимально публично, так, чтобы было понятно обществу.

Британская пресса в прошлом обвиняла Терезу Мэй в том, что, будучи министром внутренних дел в правительстве Дэвида Камерона, она всячески тормозила расследования дела Литвиненко и подозрительной смерти Бориса Березовского, чтобы не обострять отношений с Москвой. Сегодня у нее нет другого выхода, кроме решительных действий. И они последовали.

Во-первых, выбранная форма ответа Москве — максимально оскорбительная для высшего руководства России. Помимо замораживания контактов на высшем уровне и бойкота открытия Чемпионата мира по футболу официальными лицами и королевской семьей, особенно изощренным стал отзыв приглашения Сергею Лаврову посетить Великобританию с визитом. Главу МИД, по сути, приравняли к двадцати трем высылаемым российским дипломатам, которых правительство Соединенного Королевства назвало сотрудниками российских спецслужб. Такого рода демарши случаются нечасто. Министров иностранных дел в случае кризисов обычно щадят. Ведь кто-то должен эти кризисы рано или поздно разряжать. Отзыв приглашения Лаврову означает — Лондон не верит Москве и в ближайшее время не намерен с ней разговаривать. Смоленская площадь сигнал поняла: британского посла Лори Бристоу, похоже, вызвали в субботу в МИД не к профильному заместителю министра или заведующему отделом, курирующим Великобританию, а в департамент протокола. Типа, «получите ноту со списком ответных шагов и уходите».

Во-вторых, ответные меры растянули во времени. Тут и неназываемые «секретные» мероприятия, и принятие британского аналога «закона Магнитского» — а, значит, и санкции по этому списку, и замораживание тех российских активов в Великобритании, использование которых может нанести ущерб безопасности этой страны. То есть у Мэй в любой момент времени будет ответ тем, кто захочет критиковать ее за недостаточно твердую позицию в отношении Кремля. Вдобавок ее позиции во главе Консервативной партии не так прочны из-за не очень удачных переговоров с Европейским союзом об условиях Brexit. Если Мэй не продемонстрирует решимость в конфликте с Кремлем, то ее вполне могут заменить нынешний глава МИД Борис Джонсон или восходящая звезда правого крыла консерваторов, депутат парламента Джейкоб Рис-Могг.

В-третьих, премьер-министр специально отметила в своем заявлении, что у Британии нет конфликта с обычными российскими гражданами — только с российской властью. Напротив, меры, принятые Москвой, подобно «продовольственным» санкциям 2014 года против ЕС, ударили не только по двадцати трем высылаемым британским дипломатам, но и по обычным гражданам как России, так и Соединенного Королевства. Закрытие представительства Британского совета лишило россиян возможности слушать лекции профессоров Кембриджа, смотреть новое британское кино на специальных фестивалях и сильно осложнило процесс подачи заявок на разнообразные учебные стипендии, прежде всего, популярную Chevening Scholarship для молодых (до 40 лет) специалистов. Британские граждане на Северо-Западе России, которым потребуется заверить документы или получить новый паспорт, должны будут теперь ехать в Москву из-за закрытия консульства в Санкт-Петербурге.

В-четвертых, официальный Лондон будет продолжать добиваться широкой поддержки своей позиции союзниками. Терезе Мэй удалось заручиться совместным заявлением США, Франции и Германии с выражением солидарности с британцами. Такую же позицию заняло НАТО. Это, по сути, превратило двусторонний кризис в международный. Однако дальше слов дело пока не пошло. По данным чешских СМИ, официальная Прага, например, солидарность частным образом выразила, но публично промолчала. Принять некие свои меры обещал президент Франции Эмманюэль Макрон. Неясно, какие и когда. Интернационализация того, что должно было быть сугубо двусторонней историей, довольно больно бьет по российскому руководству, которому и так никто не доверяет.

В-пятых, после того, как Москва ответила Лондону, Тереза Мэй пообещала не оставить российские меры без последствий. Как заметил мне один знакомый иностранный дипломат, «англичане заставляют русских нервничать и показывают, что не боятся эскалации». Если Мэй и Борис Джонсон сочтут российский ответ непропорциональным, то могут, например, закрыть генеральное консульство России в Эдинбурге.

В-шестых, британский регулятор Ofcom может отозвать лицензию у российского пропагандистского телеканала RT. Однако Россия в ответ на это почти наверняка отзовет аккредитацию у всех британских журналистов, включая корпункт Би-би-си.

Лидер оппозиции Джереми Корбин высказал предположение, что за покушением на Сергея Скрипаля может стоять российская мафия

В-седьмых, и главное: «тяжелую артиллерию» в виде давления на близких Кремлю олигархов, чьи активы и семьи находятся в Великобритании и часть которых имеют британские паспорта, кабинет Мэй пока решил не применять. Отток российских капиталов из страны может оказаться болезненным для экономики страны, особенно Лондона и Юго-Восточной Англии, где в основном селятся богатые русские. Такую клиентуру не хотят терять многие банки, инвестфонды, риэлторы и частные школы. Свидетельств отмывания десятков миллиардов фунтов незаконно нажитых российских средств в Британии предостаточно. Однако пророссийские лоббисты до сих пор довольно успешно сдерживали любые попытки всерьез заняться происхождением русских капиталов.

Лоббисты есть не только среди традиционно настроенных на поддержку бизнеса консерваторов, но и среди оппозиционеров-лейбористов. Их ультралевый лидер Джереми Корбин, которого многие обвиняют в просоветских симпатиях в прошлом и пророссийских — сегодня, выступил со статьей в газете The Gardian, которая его активно поддерживает. Корбин высказал предположение, что за покушением на Сергея Скрипаля может стоять российская мафия, хотя никак не объяснил, чем ей мог помешать отставной шпион-консультант.

Но шанс, что «тяжелая артиллерия» все же будет применена, не стоит сбрасывать со счетов. И тогда это будет самым неприятным и самым непредвиденным результатом для того, кто принял решение ликвидировать Сергея Скрипаля.

* Константин Эггерт — журналист-международник, колумниcт Deutsche Welle, ведущий телеканала «Дождь»

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции