Когда нет денег

Итоги выборов в Думу выглядят пугающими для оппозиции — но, возможно, ее деятельность окажется более неприятной для тех, кто голосовал за власть

Конечно, это производит впечатление — даже в прошлой Думе, известной своим агрессивно-послушным единодушием, условно оппозиционных депутатов было сначала три, потом один — а в новом парламенте ни одного. Оппозиция проиграла и оптом, и в розницу, оппозиция не смогла объединиться и мобилизоваться, оппозиция не выдвинула лидеров и не предложила новых идей — интересно, что практически для всех комментаторов, к какой бы части политического спектра они ни принадлежали, главная интрига выборов в новую Думу оказывается связана с теми, кого в этой Думе нет. О прошлом составе парламента, наверное, напишут когда-нибудь в учебниках, что его главной целью и смыслом было ограничение политических свобод и подавление протестных настроений, — и новые выборы в контексте этого сюжета выглядят эффектным, сокрушительным финалом: это не столько победа «Единой России», сколько победа над ПАРНАСом и «Яблоком». И если предположить, что это еще не финал всего сериала, а лишь мостик, перекинутый ко второму сезону, то страшно подумать, сколько закрытий и запретов готовит нам новый, еще более монолитный и управляемый, парламент. Тем более вся первая неделя после выборов прошла под знаком трех невеселых букв: ФСБ то, ФСБ это, ФСБ собирается поглотить (или как минимум пронизать собою) все силовые структуры, а затем и весь российский интернет, и от каждого слова в этих новостях, как говорилось в книжке про митьков, веет расстрелом.

С другой стороны, странно. Обеспечивать стопроцентную управляемость Думы, создавать силовые структуры с суперполномочиями, читать всю интернет-переписку всех российских граждан — чтобы еще пять лет бороться даже не знаю с кем, с блогером Мальцевым? Какая-то несоразмерная роскошь! Ведь может же случиться такое, что для нового сезона сценаристы придумали другую интригу и все эти мобилизационно-силовые увертюры на титрах имеют в виду вовсе не окончательный разгром трех с половиной оставшихся на плаву оппозиционных политиков и двух с половиной независимых СМИ? Чем еще можно объяснить такую Думу (да еще, предположительно, во главе со своим главным архитектором) — новые полномочия ФСБ, все более вероятные досрочные президентские выборы?

Беспокоить власти в обозримой перспективе будут не митинги тех, кому негде читать новости, а протесты тех, кому перестали выплачивать зарплату

Вариантов может быть несколько. Например, большая война. Или предсказания зороастрийских астрологов, обещающих падение режима в 2017 году. Или какие-то крайне непопулярные меры, которые эта Дума должна принять и без которых государство в его нынешнем виде существовать уже не может.

Чтобы предположить, что это за меры, не нужно быть зороастрийским астрологом: санкции не отменяются, цены на нефть не растут, деньги на оборону при нынешнем-то международном положении будут и дальше тратиться огромные, и не то что братья Ротенберги, а даже полковники Захарченко аппетитов своих умерять не собираются. Придется затягивать пояса. Главным сюжетом для нынешней Думы может стать урезание социальных расходов, повышение пенсионного возраста, увеличение прямых и косвенных налогов; в общем, наполнение казны за счет тех, кто эту Думу избрал. Все это не отменяет новых войн или там присоединения Донбасса — начав играть в большие геополитические шахматы, очень сложно завершить матч дружеской ничьей; но в этом случае затягивать пояса придется еще сильнее. Все это не снимает с повестки дня дальнейшую борьбу с условным Мальцевым или независимыми СМИ — но беспокоить власти в обозримой перспективе будут не митинги тех, кому негде читать новости, а протесты тех, кому перестали выплачивать зарплату, над будущей Думой витает не призрак Майдана, а воспоминания о монетизации льгот. И уж, разумеется, это совершенно не исключает дальнейшего православно-патриотического подъема, а также борьбы с внешними и внутренними врагами — уже не с целью разделить общество на своих и чужих, а в качестве анестетика, позволяющего забыть, что денег нет, — и держаться.

Хорошая новость для оппозиции заключается в том, что конфликтов внутри этого кажущегося монолитным народно-партийного единства будет больше, чем когда-либо. Плохая — в том, что в этих конфликтах вряд ли пригодится умение снимать креативные видеоролики или проводить партийные съезды: нужно быть там, где людям плохо, и говорить с ними на одном языке. Время есть — но это не бесконечно растяжимое время, оставшееся до следующих выборов: это новое время, которое наступит вот-вот.