Кризис — это не только беда, но и уникальная возможность для нового рывка в бизнесе. The New Times нашел тех, кто не побоялся в трудное время начать свое дело
Когда стало ясно, что кризис уже наступил, московский предприниматель Альберт Рябышев вспомнил известную фразу булгаковского героя о том, что разруха не в сортирах, а в головах: «Паника порождает огромное количество слухов, неадекватных поступков как среди бизнесменов, так и среди обычных граждан, — говорит он. — Поэтому мы с партнерами по бизнесу решили: надо думать не только о том, как выживать сейчас, но и о том, как будем жить после кризиса».
Антикризисные самоеды
У Рябышева свой бизнес в сфере телекоммуникаций. Но он понял: тут может просесть, надо искать еще что-то. Поэтому осенью начал присматриваться к рынку фастфуда: «Статистика свидетельствует: во времена кризиса часть потребителей переходит от более дорогих вариантов питания — кафе и ресторанов — к более демократичным, — говорит бизнесмен. — Но в то же время людям по-прежнему важно качество еды. Поэтому мы решили попробовать себя в производстве продуктов быстрого питания премиум-класса».
Так на свет появился проект «Самоеды». Пшеничная лепешка с различными начинками, или буррито на русский манер — вот то, что сможет удивить небогатый рынок отечественного фастфуда, рассудил Рябышев. Да и название говорящее: «самоед» — значит «сам купил, сам открыл, сам съел». На выбор — семь вариантов начинок и разные соусы. Вкусы изучили с помощью фокус-групп. К примеру, женщинам понравились самоеды с яблоками: они напомнили им яблочный штрудель. А мужчин впечатлили со свининой: туда помимо копченого мяса входят жареная картошка и соленый огурец.
От первоначальной идеи продавать «самоеды » через автоматы отказались из-за несовершенства техники. С мая, как планирует Рябышев, «самоеды», упакованные в вощеную бумагу и индивидуальные картонные коробочки, снабженные зубочисткой и салфеткой, появятся в продаже в московских бизнес-центрах, кинотеатрах, барах и кафе по рекомендованной розничной цене 100 рублей. Сейчас уже готовы производственные площади на одном из пищевых комбинатов в Подмосковье. К сентябрю Рябышев и партнеры надеются выйти на товарный объем, через год окупить производственные затраты (по предварительным оценкам, они должны составить примерно 10 млн рублей), а к концу следующего года — выйти на федеральный уровень.
«Начинать сегодня, безусловно, можно и нужно, — говорит бизнесмен. — Но надо реально оценивать свои силы, хорошо все просчитывать и уметь определить для себя точку невозврата, когда вдруг понимаешь: все, что ты делал до настоящего момента, было ошибкой. Тогда нужно глубоко вздохнуть, не влезать в долги и вовремя остановиться».
Перспективная виртуальность
Вовремя остановиться не смог однажды москвич Игорь Храмов. Его предприятие по производству кожгалантерейных изделий не выдержало конкуренции с продукцией из Турции и Китая. Игорь горевал недолго. Он съездил на курорт, проветрил голову и вернулся с уверенностью: его Клондайк — в интернете. Несмотря на свои 40, пошел учиться, научился делать сайты и продвигать их в поисковых системах. Потекли заказы от знакомых, появились и заработок, и уверенность в себе. В начале осени 2008 года Игорь отправился в налоговую, чтобы зарегистрироваться как индивидуальный предприниматель. И тут грянул кризис. «Я сначала оторопел, — рассказывает бизнесмен. — Но потом стал анализировать рынок и понял: перспективы у меня довольно неплохие. Реклама — двигатель торговли, и компаниям никуда от этого не деться. А поскольку рекламный рынок безумно дорогой, компании начнут оптимизировать свои рекламные бюджеты и подадутся в интернет: там цены ниже, а эффективность гораздо выше».
Сегодня Игорь загружен работой до предела, причем без всякой саморекламы. Помогает «сарафанное радио»: если клиенту нравится — рекомендует знакомым. Цены у Храмова среднерыночные: от 6 тыс. рублей за простой сайт-визитку до 20–50 тыс. — за решения посложнее. Впрочем, кризис вносит свою правку: часто приходится входить в положение заказчиков и идти на серьезные скидки.
Помимо своего дела Храмов успевает заниматься общественным — администрирует им же созданный сайт Всероссийского движения предпринимателей «За честный рынок». А потому настроения в среде малого бизнеса знает не понаслышке. «В целом настроение довольно кислое, — констатирует он. — Проблема в том, что к кризису предпринимательское сообщество подошло с весьма низким индексом оптимизма. Я имею в виду политику государства по отношению к малому и среднему бизнесу. У людей есть желание даже в условиях кризиса заняться бизнесом, чтобы выжить и потом, может быть, раскрутиться. Но государство не делает ничего, чтобы стимулировать эти процессы. Никто пока не отменил поборы пожарных, милиции, налоговиков. А при регистрации бизнеса лично я выуживал необходимые бумаги из налоговой инспекции три месяца вместо одного…»
Выживает сильнейший
Что такое начать в кризис с нуля, Александр Малюгин, основатель «Мануфактуры Малюгина», шьющей в подмосковном Дмитрове купальники и одежду для фитнеса, знает очень хорошо. Александр в канун дефолта 1998 года сумел вывести на рынок свою торговую марку и презентовать первую коллекцию, а в 1999-м победил на конкурсе «Лучшее российское предприятие». В феврале 2009-го все гораздо жестче: обороты упали в 6 раз, новая фабрика, построенная накануне кризиса, съела все ресурсы, а в Сбербанке в дополнительном кредите Малюгину отказали, причем в грубой форме. Под занавес на фабрику наведалась проверка из экологической милиции и нашла несуществующие нарушения.
«Состояние, как у графина по понедельникам: каждый приходит и берет за горло, — иронизирует бизнесмен. — Одна надежда, что без одежды люди все-таки прожить не смогут. Как говорил Марк Твен, голые люди никакого веса в обществе не имеют. Поэтому мы не поднимаем цены на свою продукцию, тогда как наши конкуренты, продающие в России Adidas и Nike, повысили их в два раза».
Опираясь на опыт выживания в кризис 1998-го, Малюгин рассчитывает, что спрос на более дешевые вещи российского производства станет «спасательным кругом» для российских предпринимателей вообще и для его бизнеса в частности. В рознице комплект одежды для фитнеса производства Малюгина (брюки, топ, куртка) стоит около 4 тыс. рублей, западные аналоги — не менее 8 тыс. (спасибо укрепившемуся доллару!). Планы Александра: за год увеличить обороты в два раза, в том числе и за счет низкой цены.
Именно импортозамещение считает сегодня ключевым фактором и Дина Крылова, руководитель Центра экспертизы проблем предпринимательства объединения «ОПОРА России».
«В отличие от 1998 года, когда рынки были «голодными» и все, что производилось, потреблялось с удовольствием, сегодня все рынки являются высококонкурентными, — констатирует она. — Поэтому сейчас самая большая проблема — найти ниши платежеспособного спроса. Самый большой потенциал у всего, что сможет заместить импорт».
Ниши постепенно проявляются. Эксперты, опрошенные The New Times, назвали перспективным все, что связано с производством сельхозпродукции, товаров первой необходимости (например, лекарств), а также сферой ЖКХ и ремонта. Но это в теории. На деле, по словам той же Дины Крыловой, в стране нет практически никакой инфраструктуры и площадей, где новые производства можно было бы разместить. Кредитные ресурсы недоступны, а получить доступ к электромощностям крайне сложно и дорого. Затруднен и доступ к потребителю: вхождение в торговые сети для большинства отечественных производителей не по средствам. Илья Хандриков, координатор по предпринимательству Всероссийского гражданского конгресса, добавляет к этому списку отсутствие налоговых льгот. По его словам, без налоговых каникул предпринимательству сегодня не выжить.
Но пока каким-то чудом оно выживает и даже начинает с нуля. Жаль, что пока такой подвиг по плечу только единицам.
Дефолт 1998 года стал для ряда российских предпринимателей моментом удачного старта. «Шоколадный король» Андрей Коркунов вышел на рынок именно в 1998–1999 годах. На пороге дефолта он вложил все средства в строительство фабрики в Одинцове, однако в августе 1998-го итальянский партнер испугался кризиса и отказался от проекта. Коркунов позиции не сдал: получил под честное слово $12 млн у основателя концерна Tetra Pak Ханса Раусинга и достроил фабрику. В сентябре 1999-го производство конфет открылось. В начале 2007-го Коркунов продал бизнес, уступив 80% акций за $300 млн компании Wrigley (США).
За несколько недель до дефолта 1998-го стартовала газета «Ведомости» — начинание Дерка Сауэра, председателя наблюдательного совета Independent Media Sanoma Magazines. Сауэр предложил рынку абсолютно новый продукт — газету, посвященную исключительно бизнесу. «Раскрутка» обошлась дешево: билборды в Москве пустовали, и цены на рекламу были крайне низки. Сэкономил Сауэр и на кадрах: набирал только необходимый костяк, который и делал газету. Через 7 месяцев в «Ведомости» пошла реклама. В 2007 году выручка издания составила более $50 млн.
По состоянию на 1 октября 2008 года в России действует 1,1 млн малых предприятий и 3 млн индивидуальных частных предпринимателей
При этом вклад малого бизнеса в ВВП страны ежегодно колеблется от 11 до 15%. В развитых странах этот показатель составляет не менее 70% от объема ВВП (США — 70%, Япония — 78%, Италия — 73%). По уровню кредитования малого бизнеса Россия, по данным Всемирного банка, находится на 148-м месте в мире.
Издержки на открытие малого бизнеса колеблются по стране от 45 тыс до 1 млн рублей. По словам президента Медведева, 1 млн рублей — цифра, «для большинства абсолютно неподъемная ».
