Кризис жанра

И верно — кризис.

Не у одного меня, кстати.

Народ — быдло. От быдла слышу, а Народ — святой, вы ему ноги мыть недостойны. Надо «что-то делать». Делать — нечего.

Вот в таких содержательных спорах проводит время «оппозиционная интеллигенция». Часто это споры — с самим собой, т.е. человек попеременно (а то и ОДНОВРЕМЕННО!) придерживается обеих точек зрения. «Обое полетим!» И самоедские сравнения самих себя — с «мечом и оралом», пикейными лоханкиными, со всеми иными образами, которые нам надарили (не мы первые в таком положении!), — давно не удивляют, не забавляют да и не раздражают.

Новых мыслей, тем паче новых «руководств к действию», эти споры не предполагают. Мальчик может восхищаться взрослой тетей или проклинать «эту суку» — разницы никакой. Она ему так и так — «не даст». Не подумает даже…

И пафосное «мы живем, под собою не чуя страны, наши речи на 10 шагов не слышны» — стерлось от миллионнократного употребления…

Жизнь внутренних эмигрантов, увы, расписана как движение пригородных электричек. Немного кефирно-обязательной брани в адрес власти — как в стенку, перебранка друг с другом — немного поживее (какая ни есть, а все живая душа), немного аханья и матюгания по поводу «народа», позевывания, почесывания-расчесывания-покряхтывания… Э-хе-хе… Чаек-творожок… Жизнь стариковская.

Кстати. Ильф и Петров, справедливо описав все эти томления духа, противопоставляли им идиотически-бодрых комсомольцев-добровольцев, «настоящую жизнь», которая, «радостно трубя», промчалась мимо.

Так вот-с: не буду спорить о тех временах, но вот сегодня нет ни этой «настоящей жизни», ни «комсомольцев-мудозвонцев». Там — в казенных лавочках — все, как всем известно, ровно то же самое. Денег больше, но и они драйва не дают. Обязательная брань-через-зевоту в адрес «либералов» — взаимные склоки — казенная лесть «народу» — вечная ссылка на его же «бессмысленно-беспощадный» бунт (пароль — «бессмысленный и беспощадный», отзыв — «стабильность». «Проходи!») — те же поскребыванья-покряхтывания… Ну еще скрип спинно-лицевых мышц при приближении начальства.

Мнимые величины со всех сторон — и справа и слева. Я видел тень кучера, тенью кнута погонявшего тень лошади… Было, было, было — все эти сравнения тоже были.

Герои Чехова: ноют-ноют-ноют, ругают-ругают-ругают друг друга и самих себя за то, что ноют-ноют-ноют… И дальше нарезают те же круги.

Поздняя осень.

Грачи улетели.

Куры навоз перестали клевать.

Только воробушек серит на колышек…

Ну и погодка, … твою мать!

Воробушка жалко, а с курами все ясно — в такую погоду и навоз не клюется…

Ну а чего же тогда — писать, кукарекать, перышки топорщить?

«А коли не к кому, коли идти больше некуда! Ведь надобно же, чтобы всякому человеку хоть куда-нибудь можно было пойти. Ибо бывает такое время, когда непременно надо хоть куда-нибудь да пойти!»

Очень русская мысль.

А Мармеладов — чем не первый журналюга и пиарщик России? Ну и философ и пророк — само собой…

Но надо же и честь знать! Возьмем себя в ежовые руки — и прервем дурную бесконечность «навозного нытья».

Итак. Прощаясь с г-ном Сувариным («служил ты недолго, но честно, во славу родимой земли»), подобьем бабки. Всего два тезиса.

1. Я — безнадежно порченый материалист. Посему склонен все объяснять грубо и просто. Опуская несомненно важные и вполне реальные темы насчет психо-культурных стереотипов, обойдемся одной вульгарной социологией.

СИСТЕМА.

Рентная система. Сырьевая рента предполагает ТАКУЮ экономику сырьевых латифундий. Экономика сырьевых латифундий предполагает ТАКУЮ социологию рантье. От нефтяной осины не родятся либеральные апельсины.

Социология рантье предполагает такую Вертикаль рент. Природная рента. Властная рента (чиновники с пистолетами — чиновники без оружия). Социальная рента для нищих. Все друг за друга держатся.

Система: паразитическая, замкнутая, сбалансированная. Сосчитано-взвешено-измерено. Реформированию изнутри не поддается. Все вполне РАЦИОНАЛЬНО. Ни «народ», ни «начальство» по жизни ну никак не глупее резонеров-интеллигентов.

2. Психология общества — всеобщая ложь по умолчанию.

Все знают, что все — брехня. Выборы-шмыборы, права-кружева, законы-зоны… Все-все-все…

И помалкивают.

Из страха перед начальством.

От БЕЗНАДЕГИ — АЛЬТЕРНАТИВЫ "ЖИЗНИ ПО ЛЖИ" НЕ ВИДЯТ.

О последнем скажу особо.

Жена изменяет мужу алкашу. Но живут вместе — квартиру не разменяешь.

Как же они живут?

Оба врут друг другу, что не знают, хотя оба все знают — и знают, что другой знает, что ты знаешь.

Зачем врут? Как всегда — во спасение. Ради сохранения спасительной инерции.

Затем, что а) если ВСЛУХ сказать правду, то жить вместе уже станет нельзя, б) деваться все равно некуда — все мужики окрест такая же пьянь и рвань, в) исправить ничего невозможно.

Страшно самим себе сказать, «как оно на самом деле», потому что сказав — надо что-то делать. А делать — некому и нечего. По крайней мере, никто понятия не имеет, «что делать».

Так и живем. Опять же — вполне рационально. В том смысле, что если нет разумных способов изменить сложившийся баланс сил, то не фиг и дергаться.

Вот такая мармеладовщина. Только вместо мармелада — нефть-поилица.

Пока нефть есть.

Вот такие дела.

Так написал бы г-н Суварин.

Что ж, не стану с ним спорить (хотя кое о чем мог бы). Но не стану и продолжать — «суваринская тема» исчерпана. Но, в любом случае, пусть это будет его последняя статья — «все выпито, все съедено».

Фотография www.russia.ru