Рок-прецедент

Прямота и резкость публичных высказываний добавляют Артемию Троицкому популярности, но и приносят немало неприятностей

«На мне пытаются создать прецедент». В Российском академическом молодежном театре (РАМТ) прошел благотворительный концерт «Неравнодушный рок» в пользу хосписов в России. Акция организована театром и российскими звездами рок-музыки совместно с фондом «Вера». Одним из ведущих концерта и консультантом проекта стал Артемий Троицкий. В последнее время музыкальному критику и продюсеру приходится нелегко — The New Times встретился с ним после очередного судебного заседания

Артемия Троицкого пытаются засудить глава скандально известного благотворительного фонда «Федерация» Владимир Киселев, которого критик обвинил в финансовых махинациях, один из создателей группы «Агата Кристи» Вадим Самойлов, которого Троицкий же назвал «дрессированным пуделем при Суркове», а также экс-майор ГИБДД Николай Хованский, прославившийся «расследованием» аварии на Ленинском проспекте (его Артемий наградил званием «оборотень в погонах»). Все они требуют от Троицкого публичных опровержений и крупных денежных компенсаций.

Затаскать по судамКаждый из истцов подал на вас в суд дважды: по гражданской и уголовной статьям. Что вам грозит максимально? Штраф до миллиона рублей. Но проблема-то даже не в деньгах, а в самом понятии «уголовная судимость». Она ведь лишает человека толики его неотъемлемых прав… Одно гражданское дело, связанное с высказываниями по поводу деятельности фонда «Федерация», закончилось для меня штрафом 50 копеек, и я не хочу больше в него вникать — отдам эти деньги. По одному из исков Хованского суд постановил, что извиняться мне не за что, опровергать нечего, но обязал при этом выплатить компенсацию 10 тыс. рублей вместо 500 тыс., которые требовал истец. Это решение меня тоже вполне устраивает. Что касается остальных исков, в том числе уголовных, — посмотрим, чем они закончатся. Если что, я готов дойти до самых высоких инстанций, поскольку не считаю себя виновным. Хотя, если честно, мне ужасно надоели эти процессы.

Лучше бы вам просто набили морду, да? Это хотя бы было по-мужски. Но можно не только бить, а поговорить в спокойной обстановке, прийти к какому-то консенсусу — это называется «решить вопрос по-человечески».

А вне суда никто из истцов не пытался выйти с вами на связь? Нет. Все проходит в какой-то изощренно-садистской форме. Смысл понятен: создать прецедент, чтобы каждый, кто в дальнейшем захотел бы вякнуть, вспомнил о том, как Троицкого затаскали по судам. И соответственно, не вякнул бы. Не сомневаюсь, что суды санкционированы людьми из администрации. Например, одна из исковых претензий Хованского заключается в том, что я, выступая со сцены, перепутал дату аварии, которую он расследовал, и это якобы его жутко оскорбило. Вы можете представить человека, который по собственной воле станет отстаивать такую ерунду?

Ваш адвокат рассказал, что к нему «за кулисами» подошел Хованский и произнес: «У меня одна цель — испортить Троицкому жизнь». Ему это удается? В какой-то степени. Если бы я был человеком нервным, то, возможно, на меня бы все это действовало гораздо сильнее. Но, к счастью, я спокойный, уравновешенный. Единственное — хотел поехать летом в отпуск с детьми, но из-за постоянных судов не получилось. Конечно, злюсь.

Какое-то давление извне на вас оказывается? Может, работы стало меньше или из университетов, где вы успеваете преподавать, попросили? Нет. Могу сказать абсолютно честно, что у меня не появилось никаких проблем. Более того, меня очень впечатляют проявления человеческой и профессиональной солидарности. Я не столкнулся ни с одним случаем, чтобы кто-то обошел меня стороной, не подал руки, испугался, отказал — ничего подобного. На телевидение и радио меня в последние месяцы стали приглашать даже чаще, отчего, кстати, многие подумали, что история с судами вообще затеяна мной самим с целью пиара. Если не считать административных попыток сорвать июньский концерт в мою поддержку, организованный Васей Шумовым, и сами суды, то я вообще не встречал никаких негативных проявлений в свой адрес. Даже на экономическом форуме в Питере, где я выступал, подходили госчиновники, олигархи, и все пожимали руку: «Артемий, мы с тобой».

«Неравнодуш-ный рок» — один из проектов Троицкого (крайний слева), в котором участвуют актеры РАМТ и звезды рок-музыкиЗа что извиняться?Вам не кажется, что в последнее время вы в своей критике действительно стали опускаться до откровенного хамства? До хамства — не считаю. Палку перегибаю — да, случается, но к вышеописанным случаям это не относится. Тут я не хамил, не матерился, не унижал ничьих родственников — настаиваю на этом. В противном случае я бы давно извинился. Был момент, за который мне стыдно до сих пор, когда я в одной газете прошелся по низкому росту Олега Газманова, назвав его Наполеоном. То есть опустился до издевки над физическим недостатком человека. Олег мне потом позвонил, указал на это, и я искренне попросил у него прощения. А за что я должен извиняться перед Хованским — не понимаю.

С «оборотнем» как раз все более-менее понятно, меня больше интересует история с Вадимом Самойловым. Вы же с ним в отличие от других истцов должны быть хорошо знакомы? Мы, конечно, виделись на различных концертах, но при этом никогда не общались. Его телефона у меня нет и не было. И поклонником «Агаты Кристи» я никогда не являлся.

Тогда что вы можете знать о его взаимоотношениях с Владиславом Сурковым?„

Наша музыкальная элита, как и культурная в целом, экономически почти полностью зависит от государства. Большинству это сильно подрезает язычок и крылья

”

То, что когда надо собрать рок-музыкантов для концерта в поддержку какой-нибудь президентской инициативы или просто посидеть с президентом перед телекамерами, их обзвоном занимается Самойлов. Ну и про пластинку, которую он написал на стихи Владислава Юрьевича, не говорил только ленивый.

По вашему, это достаточный повод для того, чтобы обозвать человека «дрессированным пуделем»? Я вообще не считаю это обзывательством.

А «Янукович — придурок»? Без комментариев.

После судов вы стали «следить за базаром»? Стал скучнее, скажем так. Теперь даже в случае оценки абсолютно бездарного певца или проворовавшегося политика я буду вынужден говорить перед каждым предложением «по моему скромному мнению», «мне кажется», «я могу ошибаться, но…» и т.п. Речь станет менее красочной и более занудной. Жаль, но ничего не поделаешь.

Юрий Шевчук в «Неравнодушном роке». Социальный темперамент музыканта не уступает общественной активности критика Троицкого

Революцию не потянутьВопрос как к специалисту по русскому року. Среди «несогласных», в числе которых и вы, не так много рок-музыкантов: Юрий Шевчук, Михаил Борзыкин, Василий Шумов, Noize MC, Глеб Самойлов, «Барто» (большинство — участники «Неравнодушного рока»), может быть, еще пара малоизвестных имен. Почему основу поколения 80-х, которая по-прежнему собирает стадионы, перестало интересовать понятие «свобода»? Потому что наша музыкальная элита, как и культурная в целом, экономически почти полностью зависит от государства. Думаю, большинству это сильно подрезает язычок и крылья. Да черт с ними. Дело всегда не в количестве тусовки, а в качестве. Если вы возьмете американский или британский шоу-бизнес, то там список «несогласных», тех, кого называют usual suspects («обычные подозреваемые»), тоже ограничен десятком имен. Зато это Боно, Брюс Спрингстин, Питер Гэбриел, Энни Леннокс. Считаю, у нас тоже компания достойная подобралась. То, что она пока не слишком велика, меня абсолютно не смущает. Если бы вы задали этот вопрос года три назад, боюсь, что, кроме Шевчука и «Барто», вообще никого бы не назвали. Посмотрим, что будет дальше.

Тем не менее вся ваша компания выступает не столько на политических, сколько на благотворительных акциях — таких как, например, последний концерт в РАМТе в поддержку хосписов. Это нужно, вопросов нет, но почему вы не рискнете выйти на какой-нибудь марш или митинг или организовать движение наподобие, допустим, «Русского прорыва» Егора Летова? Думаю, в преддверии выборов такие прямые политические концерты будут. Но признаюсь честно: я не собираюсь выступать в роли организатора. Всегда могу помочь людям и помогаю в их благородных начинаниях. Но вытянуть на себе организацию таких акций мне сегодня не под силу.

Почему? Вы же ко всему прочему продюсер… В том числе и потому, что я погряз в судебных делах. Когда у человека по два судебных заседания в день, а кроме того, имеется масса других занятий — радиопередача, несколько телепередач, написание статей, преподавание в двух университетах плюс у него четверо детей, из которых младшему всего год, то сложно со всем этим багажом становиться профессиональным революционером. Говорю это абсолютно честно.