Города без баронов. Альтернатива

Though this be madness, yet there is method in't

В прошлой статье "Бароны без городов. Воспоминание о будущем" автор попытался проанализировать долговременные тенденции в развитии политической ситуации в РФ, исходя из гипотезы, что определяющим их фактором является безусловное доминирование в российском обществе "сословия начальников".

Почти ничего хорошего почему-то не предсказалось.

Вопрос "кто виноват" в самой незначительной степени был разбавлен вопросом "что делать". Среди прочих предположений было и такое: условная "оппозиция" сформулирует некий "большой проект", который позволит собрать и определить значительную часть общества как самостоятельный субъект развития, способный оспорить доминирование современного чиновничества.

В настоящем тексте рассматриваются возможные масштабные составляющие такого проекта. Эти идеи не привязаны к определенной идеологии и могут быть оформлены в разных представлениях, в разных "измах". Они по определению выходят за рамки нынешнего "политического мейнстрима", отформатированного тем самым доминированием, и потому просто обязаны показаться, мягко говоря, разноплановыми и непривычными - это обязательные свойства альтернативы.

Как раз с "политического мейнстрима", трудолюбиво выраженного составителями предвыборных программ, можно и начать.

Практически все соперничающие на выборах партии предлагают избирателю восприятие государства как объекта, из которого торчат рычаги власти. Мол, проголосуйте за нас, мы за эти рычаги ужо уцепимся (вариант: оставим их у себя), и... далее следует выдача населению разнообразнейших слонов.

Это заблуждение не считается бредом потому, что является следствием заблуждения иного, фундаментального, согласно которому все люди равны и все они могут и хотят управлять государством. Нет, это не камень в огород коммунистам, оставим кухарку в покое (тем более что и Ленин говорил совсем о другом). Идея этакого равенства - основополагающая аксиома для всех политических сил, "Единой России" включительно: разве что остальные на равенство уповают, а "единороссы" его опасаются.

На самом деле управление государством - весьма специфическая профессиональная деятельность, с которой один человек справляется лучше, а другой хуже, как и с любой другой профессиональной деятельностью. Более того, эта работа одним может нравиться больше, а другим - меньше или вообще вызывать отвращение. Слюни текут у обывателя при мысли о короне... простите, начальственном кресле чаще всего в результате неосведомленности о начальственных буднях и мечтаний о начальственных привилегиях. Последние, конечно, присутствуют, и еще как, но исправление должности ими не исчерпывается.

Из наличия профессиональной специфики неизбежно следует, что со временем государственный аппарат складывается в корпорацию, а род занятий этой корпорации обязательно приводит ее к статусу политического субъекта, обладающего собственной волей, несводимой к воле той политической партии, которая в данный момент находится у власти.

Иными словами, со стороны руки к рычагам протянуть можно, потому что "воля народа", а вот использовать их в своих целях - совсем другой коленкор.

Для России это верно в превосходной степени. Хотя бы потому, что упомянутый государственный аппарат непрерывно эволюционирует уже более восьмидесяти лет (это еще не считая наработок и помощи спецов "старого режима"), а "цивилизованную" многопартийность объявили менее двадцати лет тому назад, и пока незаметно, чтобы она работала.

Посему пресловутый "аппарат" в нашей стране является не одним из политических субъектов, а субъектом единственным, самостоятельно определяющим направление развития России; естественно, определяющим исключительно в личных и сословных интересах людей, этот аппарат составляющих.

Мысленный эксперимент. Давайте представим себе, что к власти пришли коммунисты. Кто-то случайно сел на ресет в ГАС "Выборы", ну и... Понятно, что тут же в стройных рядах "Единой России" обнаружится невообразимое множество тайных адептов учения Ленина-Сталина, замелькают выкопанные в огородах капээсэсовские партбилеты, а "деятели культуры" застрекочут в открытых письмах к обитаемой Галактике, что на самом деле крестителя Руси звали Геннадий, а не Владимир, - и вообще, что это за имя "Владимир" для национального лидера? И вот красные на полном серьезе пытаются выполнить свою предвыборную программу: пенсии по двенадцать тысяч, национализация... там много еще интересного.

И начнется. Пенсии по двенадцать тысяч и молоко рублей по триста литр при закупочных ценах в лучшем случае по тридцатке. Бесчестный сговор перекупщиков и буйство торговцев? Они самые, сговор и буйство. Чем будем бороться? Административными мерами, которые станут проводить... ага, вон те, которые на прежних постах с новыми партбилетами. Эти, конечно, поборют. Сперва они соберут деньги с перекупщиков за то, чтобы ничего не делать, потом под отчаянной угрозой "партбилет на стол" организуют что-нибудь "по твердым ценам" - читай: отсутствие по этим ценам чего бы то ни было в магазинах и наличие всего этого на рынках по ценам не столь твердым. Населению это очень быстро приедается, и красных провожают с трибуны оглушительным свистом. Партбилеты закапывают обратно, организуется какая-нибудь "Неделимая Россия" все с теми же до боли знакомыми персонажами... Надо ли рассказывать, как в тех же декорациях будут исполнены идеи по национализации и остальное планов громадье?

Вспомните историю "красного пояса". В другой стране массовая оппозиционная партия душу бы продала за такой расклад и использовала бы его для взятия власти в срок, сопоставимый со временем одного избирательного цикла. В РФ административный аппарат, считайте, не почесался - и где теперь те губернаторы? То же самое относится к нынешним временам: действующим государственным аппаратом программа развития страны, не отвечающая интересам этого государственного аппарата как орудия правящего сословия, будет саботирована, приватизирована и извращена. Хоть охранительная, хоть реформаторская, хоть от СПС, хоть от НСДАП.

Другое дело, что это верно только для тех программ, идей и реформ, где государственный аппарат обозначен средством их выполнения и обеспечения. Конечно, такие идеи составляют 99,(9)% обсуждаемого на политическом поле, и многие верят, что других и не бывает. Или что все другие идеи (даже те, что не включают в себя залпа "Авроры" и фонарей, украшенных Чубайсами) являются откровенным безумием, только тихим.

Вот о таких тихих, но откровенных идеях далее речь и пойдет. После показательного здравомыслия доктора Султыгова с "институтом национального лидера" и "гражданской присягой на верность" оному - теперь можно.

Итак.

Надо, чтобы в развитии России как страны - сейчас еще модно говорить "цивилизации" - ведущую или по крайней мере значимую роль играло общество, а не государство; самодостаточное большинство населения, а не специально организованный аппарат; нация, а не "лидер" со своими сподвижниками (кликой-хунтой-камарильей). Как это сделать? Или, уточняя вопрос: чего требовать, к чему стремиться?

Ожидаемым ответом на такое нынче считается "есть такая партия" с последующей демонстрацией "такой партии": теория-программа-персоналии (все двадцать страниц и все пятнадцать человек)... затем либо призыв к р-революционной зачистке администрации, либо прежнее упование на выигрыш выборов и вынуждение не зачищенной, но устыженной и вразумленной администрации к выполнению своей, а то и народной воли. Самосократиться, отказаться от привилегий...

Первое, будучи воплощенным в жизнь, имеет все шансы перейти в кровавые безобразия урожая 1918 года, особенно если вспомнить, что инфраструктура образца ХХ века - штука хрупкая, а в деревнях, поближе к земле, нынче проживает меньшинство населения страны. Второе кончится буффонадой, набросок которой приведен выше в порядке мысленного эксперимента.

Значит, придется искать ответы неожиданные.

Для того чтобы лишить администрацию ее положения как единственного субъекта развития страны, надо ослабить государственный аппарат как организацию и его персонал как сословие.

Прямые действия извне на такое ослабление, как и было сказано ранее, кончаются трагедией либо фарсом (о соседях по планете тоже забывать не стоит). Следовательно, надо провоцировать внутренний конфликт в администрации, внутренние разногласия в среде носителей "административного ресурса", диссоциацию сложных неформальных структур в ней. Пусть ослабляют сами себя, соперничая за "административный ресурс", который зиждется на вполне формальных полномочиях. Значит, необходимо вести дело к такой ситуации, которая включает в себя всеобъемлющий перерасчет полномочий в имеющемся бюрократическом аппарате.

Эта ситуация может проявиться в трех случаях: огосударствление какой-либо сферы деятельности общества, разгосударствление какой-либо сферы деятельности общества или радикальная реформа административно-территориального устройства государства. Первое пока нереально, потому что администрация и так имеет свою долю во всяком интересе на территории РФ. О разгосударствлении подробнее будет сказано позже. А вот требования радикального изменения административно-территориального устройства России представляют собой шаг в правильном направлении.

Речь идет не о реформе ради самой реформы, ради того самого "перерасчета". Существуют вполне конкретные задачи, которые нуждаются в решении, и "перерасчет" здесь станет необходимым побочным эффектом, "вторым зайцем".

Такая реформа могла бы включать в себя рассредоточение Москвы, вынос федеральных министерств и ведомств в крупные российские города, воплощение идеи "нескольких столиц". Видите ли, в наше время за несколько минут можно кинуть из города в город по защищенному каналу связи содержимое не самой мелкой городской библиотеки начала ХХ века; равно возможна и прямая видеосвязь. Поэтому "заседания правительства" выглядят архаикой на уровне "тридцати пяти тысяч одних курьеров", а то и еще более ранней - когда стая обнюхивается, просто чтобы напомнить друг другу, кто здесь альфа. "Не так сели", "в глаза мне смотрите"... Такое должны изучать этологи, а не политологи, и без всего этого вполне можно обойтись. Благотворность снятия противоречий "Москва-Россия" - отдельная тема.

Другим пунктом реформы, благодаря все тому же чисто техническому увеличению информационной связности, может стать пересборка РФ на основе отказа от топологической связности национальных территорий внутри нее.

Проще говоря, сейчас не-русским народам РФ из-за иерархического построения федерации гарантируется автономия как недогосударственность (русским не гарантируется и того). То бишь есть некая единая "автономная" республика, в ней существуют правительство и парламент, "как у больших". Федеральный центр туда отчисляет денежку, обычно полученную из русских регионов, чтобы на местных тронах сидели баи с правильными фамилиями, а не ивановы какие-нибудь.

Продолжение такого modus vivendi может привести только к полному оформлению суверенной национальной государственности: СССР по этому минному полю уже допрыгался. При этом очередная "независимая государственность" оказывается, как правило, вполне банановой: на развитую культурную идентичность, без которой народа нет, денег суверенными баями выделяется и будет выделяться много меньше, чем на приснопамятную "национальную по форме, социалистическую по содержанию".

Как можно провести такую пересборку? Составим список государствообразующих народов РФ. Русские, татары, башкиры, якуты и другие народы, исторически сложившиеся на территории РФ и не имеющие государственности вне ее. Проведем перепись с указанием национальности и местной регистрацией. Примем за норму группу в 10 тысяч человек (это к примеру - можно и меньше), закрепим за каждой такой группой свою территорию в зависимости от местной плотности населения - как получится: городскую улицу, кусок тундры от горизонта до горизонта и т.д. После чего смотрим, кого в каждой группе больше: русских, татар, якутов - и приписываем данную территорию соответствующему национальному образованию. Со своим правительством и парламентом. Можно даже со своим эмиссионным центром (об обменном курсе договоримся) и древней национальной культурой. Последняя особенно важна: получившееся "лоскутное одеяло" из национальных территорий нельзя будет использовать для сепаратистских государственных проектов, зато структуры управления ими будут предельно заинтересованы в укреплении культурной автономии и собственной идентичности соответствующих народов. Особенно если эти структуры будут жить только с налоговых отчислений "своего" населения.

Такую пересборку вполне можно конституционно закрепить как периодическую, раз в поколение (примерно в четверть века, в шесть избирательных циклов и т.п.).

Естественное возражение относительно дороговизны и непривычности таких реформ можно не опровергнуть, но дополнить тем, что, во-первых, они - помимо "перерасчета полномочий" - решают реально существующие и критически важные задачи, а во-вторых, другие действенные способы реформировать аппарат сводятся к методам 1937-го или 1918 годов и по издержкам как бы еще не дороже. Хотя и привычнее, тут спорить не приходится.

Автор отдельно отмечает, что и "рассредоточение Москвы", и "пересборка РФ" как политические мероприятия не касаются тех линий, по которым проходит противостояние социалистов, коммунистов, либералов, русских националистов. Эти требования могут и должны быть общими, ибо они определяют не то, что и как будет делать некая партия в случае "прихода к власти", а то, в каких условиях она это станет делать. Кроме того, перечисленные мероприятия вовсе не обязательно встретят консолидированное сопротивление действующей администрации - для многих чиновников они не угроза, а, напротив, возможность "подняться".

Другим очевидным способом формирования внешних ограничений на деятельность администрации и подрыва ее монополии на развитие является создание в российском обществе конкурирующих с администрацией субъектов развития. Придерживаясь метафоры, приведенной в статье "Бароны без городов", речь далее пойдет о градостроительстве, то есть о разгосударствлении как выводе из ведения существующего государственного аппарата некоторых сфер общественной деятельности и ограничении применимости "административного ресурса" по отношению к ним.

Чтобы обосновать эти предложения, целесообразно вновь вернуться к приведенному выше умозрительному примеру саботирования администрацией воли победившей на выборах партии. В том примере показано "сращивание власти и бизнеса" или, отходя от штампов, координация стратегий поведения а) рыночного агента и б) позиции в управленческой иерархии. Успех в форме прибыли и/или подавления других рыночных агентов/управленческих позиций здесь достигается за счет отказа от развития - привыкший к "крыше" летать не может.

Как происходит этот отказ от развития? Автор сразу уточняет, что рассмотрение предельно упрощенное и дилетантское, в нулевом приближении.

Принято понимать фирму как средство преобразования и перераспределения ресурсов. Купили дерево, продали табуретки. Однако в одном из аспектов ее деятельности фирму можно рассматривать и как чувствительный элемент, который изменяет свое состояние в зависимости от состояния окружающей среды (рынка). Сделали табуретку, повесили ценник, выставили на прилавок - не берут. Убрали последний ноль на ценнике - за табуретками выстроилась очередь. Иными, высокопарными, словами - рыночный агент есть средство наблюдения "картины мира". Сенсор. Функция получения информации об окружающей действительности.

Как работает с информацией некоторая управленческая позиция в иерархии? Получение информации "сверху" (приказ) и "извне" (условия выполнения), последующая трансляция ее подчиненным в виде приказов следующего уровня. Итого получаем функции преобразования и усиления сигнала.

"Сращивание бизнеса и власти", непосредственную взаимную зависимость их стратегий, ведущую к утере потенциала развития, можно определить как паразитную связь между чувствительным элементом и усилителем.

Такая связь обязательно приводит к одной из двух ситуаций - либо истинная информация, полученная извне, искажается в угоду начальству ("все хорошо, прекрасная маркиза"), либо она же искажается, чтобы вынудить начальство на действия, выгодные тому, кто эту информацию предоставляет ("хвост вертит собакой").

Независимой "картины мира" в этой связке более не существует ни для управленческой иерархии, ни для рыночных агентов, поэтому поведение и тех, и других лишается адекватности, а значит, развитие их в лучшем случае оказывается не таким, как желается, и не туда, куда хочется, а в худшем вообще компрометируется как идея. "И так все хорошо". Стабильность.

Вместо "бизнеса" в эту картину можно подставить любой вид деятельности, связанный с получением информации об окружающем мире. Непосредственная взаимная зависимость этой деятельности с деятельностью государственно-административной ведет к тем же самым последствиям.

Из этого следует, что для долговременного обеспечения развития России как страны (или даже как "цивилизации") необходимо вывести из-под контроля существующего административного аппарата сферы деятельности общества, связанные с получением новой информации об окружающем мире. Отсюда дополнительные требования условного (или гипотетического) объединенного оппозиционного проекта могли бы выглядеть так:

наука, высшее образование, религия, искусство как создание культурных артефактов, внешняя разведка, СМИ как учреждения по сбору информации - все эти виды деятельности должны быть отделены от существующего государства.

Сразу необходимо уточнить, что под "отделением от государства" автор понимает вовсе не то гнусное, якобы либеральное трюкачество конца ХХ века, которое можно кратко изложить как "пшел вон, мы... то есть новая свободная Россия тебе больше ничего не должна, дармоед, вертись как хочешь... вот только налоги и все остальное заплатить не забудь. Свобода, понимаешь?"

Речь идет о выводе упомянутых сфер деятельности и организаций, ими занимающихся, из-под юрисдикции территориальных органов власти Российской Федерации и признания за системообразующими организациями, действующими в этих сферах, как минимум нынешних прав субъектов Российской Федерации, с собственной территорией (о ее топологической связности см. выше), собственными конституциями, собственными силами поддержания порядка... Татарстан, Башкортостан, Академия наук, Адыгея, ИТАР-ТАСС, Ленинградская область, МГУ, Марий-Эл, Русская Православная Церковь, Северная Осетия, Союз композиторов... Нигде ведь не написано, что всякая федерация должна быть организована только и исключительно по этническому признаку.

Административная и даже территориальная автономия высших учебных заведений исторически совершенно не является чем-то новым и неизведанным. Те же самые принципы можно и нужно применить и к иным учреждениям, чья нынешняя зависимость от государства объективно препятствует развитию общества.

Посмотрим на науку. Были, были в недавней еще истории и "все хорошо, прекрасная маркиза", и собаковерчение. Научное сообщество во времена СССР - это большая и страстная песня, вовсе не заканчивающаяся на клеймении глаголом коммунистических мракобесов и обскурантов за препятствия свободному полету мысли. Можно вспомнить и то, что содействие отправке оппонента в солнечный Магадан в свое время считалось вполне приемлемым способом победить в научной дискуссии. Можно вспомнить про перестроечные суеверия, неведомо почему наделявшие ученых авторитетом в вопросах управления государством; суеверия эти тогдашнее население закошмарили качественно - и цена вопроса перед глазами. Там, где наука от государства отделена, всего этого в принципе не могло бы случиться.

Религия. Автор вспомнил об экономии трафика и убоялся рассматривать тему о "взаимопользовании" (О.Хаксли) религии и государства на протяжении писаной истории. А то интернета не хватит.

Внешняя разведка. Казалось бы, ее-то что мешает оставить администрации на побегушках, не выделяя в самостоятельный государствообразующий субъект? Мешают 22 июня и 7 декабря 1941 года, а 11 сентября 2001 года к ним присоединяется с правом совещательного голоса. Казенная внешняя разведка, напевая про "прекрасную маркизу", не раз позволяла супостату поймать своего работодателя - что "тоталитарного", что "демократического" - со спущенными штанами. В качестве примера обратной, но ничуть не лучшей ситуации можно вспомнить сверхточные доклады про страшное ОМП Саддама Хусейна, которые якобы убедили забугорных предводителей команчей воевать оного нехристя. Что там дальше было, после Пауэлла, завзято махавшего какой-то пробиркой в ООН? Цена этого балаганчика, посчитанная в человеческих жизнях, благодаря техническому прогрессу может только расти, при том, что описанные дефекты и их последствия для разведки "на побегушках" неустранимы в принципе.

Искусство. Книги, фильмы, музыкальные альбомы или даже компьютерные игры - и инстанции, их создающие и выпускающие. Здесь наблюдаются те же самые явления: бравурная заказуха, сопряженная с использованием администрации для собственного процветания. За счет подданных/потребителей искусства, разумеется.

Вне зависимости от политического режима ущербно то искусство, которое существует на деньги не покупателя или мецената, а налогоплательщика; ведь последнего не спрашивают, нравится ему некое произведение искусства или нет.

Такое положение дел обязательно порождает прослойку... скажем так, культуртрегеров, происходящую из шутов при сеньорах. Поведение прослойки подчиняется нескольким простейшим императивам и включает в себя: драки за кость с хозяйского стола; воспаленные кукиши в карманах при написании хвалебной оды очередному патрону; отношение к массам, искусство потребляющим, как к полуразумному быдлу; долгие, горячечные, слезливые и невообразимо нудные воспоминания о порках при старом барине с демонстрацией миру поротых поверхностей (найдите нынче хоть одну публично представленную "творческую биографию" без этого); трансляция на все общество своих собственных комплексов и страхов, прикрытых "я так вижу"; монополизация ниши "серьезного искусства" и омертвление такового; "постоянное самопоздравление" и самолюбование. И все это на казенные деньги, взятые из карманов подданных и употребленные без их согласия. Спасибо большое, хватит. Говоря вульгарными штампами, пусть Лужков художества Церетели оплачивает за свой счет и ставит у себя на приусадебном участке, если они ему так нравятся; пусть Вексельберг не четыре зеленых "лимона" на "1612" башляет, а все двенадцать - и сам эту мистико-патриотическую нетленку смотрит до посинения. И так далее. Писателю должен платить читатель, композитору - слушатель, а режиссеру - зритель. Если вещь нравится. Государство здесь ни при чем.

СМИ и судорожные метания таковых между "свободой слова", "журналистской этикой" и "гражданской ответственностью". Все из-за той же взаимозависимости с администрацией население РФ некогда имело счастье, например, быть вовлеченным в спарринг по собаковерчению между Березовским и Гусинским, а сейчас испытывает достаточно острый диссонанс между каждодневными рапортами о циклопических успехах "Единой России" и видом ценников в магазинах. Только СМИ, автономные от администрации и потому свободные от статуса обслуги, потенциально могут развить какую-то собственную "профессиональную этику". Да и "гражданская ответственность" появляется не тогда, когда несешь ответственность как гражданин, а тогда, когда отвечаешь перед гражданами, а не перед очередным сиятельством.

Не грех повторить еще раз: призыв к выводу упомянутых видов деятельности из-под юрисдикции существующего государства не есть применение к реальности некой идеологии. Это чисто техническое решение задачи обеспечения исторического развития Российской Федерации. В конце концов, получившиеся субъекты могут и сами выбрать форму собственного устройства (хоть коммуну, хоть теократию), а равно и способы организации взаимоотношений с иными субъектами: рыночное do ut des, вассальный договор, протокол о намерениях и вообще все, что будет работать.

Конечно, претворение в жизнь и даже примерное обдумывание изложенных требований влечет, помимо сравнения с планами по изменению орбиты Луны, массу вопросов "что получится, если". Обсуждение хотя бы в первом приближении этих вопросов, начиная с изменений в конституционном праве, вряд ли соответствует компетенции автора и формату издания. В данном рассмотрении были весьма залихватски намечены только самые примерные контуры возможного решения задачи по обеспечению исторического развития России через освобождение от сословного доминирования. И без великих потрясений.

В предельно сжатом виде начальные стадии этого решения можно изложить так:

• отказ от попыток консолидировать оппозиционные силы на основе общих целей, предполагаемых к достижению государственным аппаратом после установления собственного контроля над ним - такая консолидация затратна и принципиально невозможна как из-за идеологических разногласий, так и из-за субъектности государственного аппарата;
• объединение усилий оппозиции на основе согласия по вопросу изменения условий работы государственного аппарата, "правил игры";
• обоснование, разработка и продвижение проекта рассредоточения столицы РФ на основе отказа от идеи административного и экономического "Центра", противостоящего "провинциям";
• обоснование, разработка и продвижение проекта конституционной реформы, включающей в себя пересборку РФ на основе: а) отказа от топологической связности автономных территорий и б) наделения правами субъектов Федерации - или вообще уникальной совокупностью прав - системообразующих организаций некоторых сфер общественной деятельности, с выделением их в самостоятельные административно-территориальные единицы.

Перечисленное не противоречит ни "правым", ни "левым" убеждениям; раскручивать предложенное как вопросы повестки дня и тем более проводить это в жизнь можно хоть во имя "нации", хоть ради "гражданского общества" или именем "трудового народа".

Можно не раскручивать и не проводить, оставаясь в рамках существующих "правил игры", штудируя невообразимо реалистические предвыборные программы и добродушно посмеиваясь над очередной несбыточной глупостью.

Правда, желательно посмеиваться после обдумывания глупости, а не до и не вместо. Ибо пренебрежение альтернативами равнозначно отказу от предвидения.