Антипутинская кампания

От редакции. Андраник Мигранян – известный российский политолог, а в недавнем прошлом и активный участник политического процесса в России, с 2008 года возглавляет нью-йоркское представительство российского культурно-политического проправительственного Института демократии и сотрудничества. Редакции РЖ показалась интересной статья А. Миграняна, только что опубликованная во влиятельном республиканском журнале The National Interest.

* * *

По словам знаменитого профессора Нью-Йоркского университета Стивена Холмса, Маркс ошибался, говоря, что история человечества - это история классовой борьбы. Холмс утверждает, что это история борьбы элит. Что перекликается с мыслью Платона: пока элиты едины и сплочены, нижние слои не смогут их одолеть. У оппозиции появляется шанс на победу, только если элиты разобщены.

Не поняв характера российских элит и того, как тандем Путин-Медведев влияет на них, мы не сможем объяснить массовые антипутинские протесты и демонстрации обеспеченных и элитарных слоев населения. Протесты вызваны неизменно высоким уровнем поддержки Владимира Путина. Он составляет 60 процентов. Таким цифрам позавидовало бы подавляющее большинство лидеров западных демократических стран. Хотя в общественно-политической сфере сложно провести черту между политической и экономической элитами, факт остается фактом: многие сегодняшние девизы и призывы (до недавнего времени свойственные маргинальной оппозиции) постепенно вошли в арсенал правящей элиты под видом заботы о стране. На самом деле они были пущены в обращение исключительно в интересах Медведева.

Нынешнюю социально-политическую систему и ее архитектора Путина пытались развенчать многие, в том числе и известные личности. Широкомасштабная кампания включала в себя и уйму статей Института Современного Развития (Председателем Попечительского совета в котором является Медведев), доклады членов его правления (например, Игоря Юргенса и Евгения Гонтмахера), аналитиков и политиков из Кремля, помощника Медведева по экономическим вопросам Аркадия Дворковича, бывшего политического советника Глеба Павловского и других, кто хотел, чтобы президент Медведев остался на второй срок. Они надеялись помешать Путину стать президентом в 2012 году. Лейтмотив выступлений в национальных СМИ и кругах элит был очевиден: возвращение Путина на эту должность приведет к застою. Получится брежневский режим 2.0 с престарелым вождем-склеротиком. А это повлечет за собой резкий рост коррупции и конфронтацию с Западом.

Особенно данная тема занимала организаторов Медведевского Форума в Ярославле, включая экономиста и писателя Владислава Иноземцева, а также Игоря Юргенса, Глеба Павловского и их окружение. В конце концов, в среде элиты и СМИ образовалась группа людей, выступающих против возврата Путина. Они пропагандировали идеи радикальной оппозиции, как будто бы ее недовольство было законным и отражало мнение некоторой части влиятельных кругов.

Некоторая часть элиты не могла не сделать вывод о том, что данная кампания если и не была инициирована на самом высоком уровне в Кремле, то, по крайней мере, получала оттуда поддержку, пусть и косвенную. Некоторые представители научного сообщества и журналистских кругов восприняли это как сигнал к атаке. Ранее высокий уровень доверия со сторон населения помогал Путину уберечься от нападок журналистов и экспертов, однако теперь это табу снято – то ли самим Кремлем, то ли прокремлевски настроенными политиками, аналитиками и журналистами.

Путин и сотоварищи недооценили эту угрозу и не приняли никаких быстрых контрмер. Вследствие этого элита и СМИ в большинстве своем выступили против возвращения Путина. Чтобы предотвратить такое развитие событий, Путин мог избрать одну из двух очевидных стратегий. Во-первых, он мог сразу попросить Дмитрия Медведева осадить Юргенса, Павловского и компанию. (Сам Медведев сказал на собрании "Единой России", что не планирует выдвигаться на второй срок и что они совместно с Владимиром Путиным решили, кто будет баллотироваться в 2012 году). Но это не было сделано, о причинах нам остается лишь догадываться. Не исключено, что премьер-министр и его окружение подумали, что публичные заявления оппозиции не смогут изменить сложившуюся ситуацию, учитывая то, насколько сильно положение Путина. Еще в начале 2011 года рейтинг премьер-министра составлял 80 процентов. Вероятно, причина, по которой Путин не предпринял контрмер, абсолютно другая, мне не известная. На самом деле известна она лишь только Путину.

Но можно было ответить на антипутинскую кампанию аналогичным образом, запустив в СМИ мощную контркампанию против Медведева, в которой он был бы изображен слабым президентом, не способным взять бразды правления в свои руки. Это подготовило бы элиту и общество в целом к возвращению Путина на пост президента. Но и это не было сделано. Причин может быть две: Медведев был лично отобран Путиным, и тот не желал признавать свою ошибку; или, что более вероятно, он не хотел, чтобы СМИ заклевали действующего президента и дискредитировали эту должность. Путин прекрасно знает, насколько важен институт президентства для поддержания стабильности политической системы и не допустит, чтобы его запятнали хотя бы для того, чтобы защитить себя от сторонников выдвижения Медведева на второй срок.

В среде российской общественности сформировался союз против возвращения Путина. В него вошли и члены радикальной оппозиции, и влиятельные лица. К ним присоединилась молодежь и представители малого и среднего бизнеса, которым кремлевская пропаганда предлагала Медведева в качестве вождя. СМИ также насаждали образ Медведева как либерального лидера молодежи, сторонника модернизации в экономической сфере и политической системе, как президента, способного положить конец коррупции в высших эшелонах власти (читай, способного бросить вызов олигархическим группам, которые душат конкуренцию на рынке). Кроме того, его рекомендовали как начальника, который сможет уничтожить властные структуры, охватившие бизнес своими щупальцами и душившие его вымогательством, от чего особенно страдал малый и средний бизнес. Это люди встали под знамена протестующих на Болотной площади и проспекте Сахарова.

Представители крупного бизнеса и некоторые олигархи (особенно те, кто разбогател в 90-ые) пока не определились относительно возврата Путина на должность Президента в 2012 году. Им гораздо больше импонировала ситуация середины и конца 90-х:, когда правительство было институционально слабым и неспособным к решительным действиям, поэтому они спокойно могли давать взятки любым чиновникам, чтобы разрешать свои проблемы и контролировать СМИ как орудие политического и экономического манипулирования.

Для этой части элиты раскол в тандеме Путин-Медведев – это воплощение страшнейшего кошмара. Тут им придется выбирать: выступить за или против – и рискнуть своими миллиардами. Вполне очевидно, что им не по душе, когда у руля стоит сильный лидер, харизматичный и популярный в народе Владимир Путин. Посему неудивительно, что кто-то хочет пошатнуть легитимность Путина и влияние правительства на большой бизнес. В итоге многих демонстрантов на Болотной площади и проспекте Сахарова телезвезда Ксения Собчак метко назвала участниками "норковой революции", поскольку мужчины приезжали на демонстрацию на "мерседесах", а женщины приходили в норковых шубах.

И еще одно обстоятельство усилило протестные настроения: состояние сферы информирования общества в современной России. Беспристрастный анализ показывает, что СМИ, контролируемые Путиным (в особенности контролируемое Путиным телевидение) – это миф. Печатные СМИ, имеющие авторитет в кругах элиты, много лет ведут антипутинскую кампания, меняется лишь ее интенсивность и накал критики.

Примером могут служить "Новая газета", ежедневная газета "Коммерсант" и журнал "Коммерсант-Власть", а также журнал "Огонек" и журнал "Новое время/The New Times" и многие другие. Наибольших успехов в рамках этой кампании достигли две газеты, издаваемые в России иностранцами: "Ведомости" (на русском языке) и "The Moscow Times" (на английском). В том же ряду стоят "Московский комсомолец", влиятельные общественно-политические радиостанции "Эхо Москвы" и "Свобода". Нет ни одной публикации, радио- или телепрограммы, которая вела бы разумную кампанию с целью защитить премьер-министра и его политику. Мнимый контроль прессы Кремлем, по всей видимости, сводится к существованию стоп-листа, в который входят некоторые политики и эксперты из числа оппозиционеров. Практически все политические телепрограммы на всех каналах (за редким исключением) свидетельствуют о негативном отношении к власти, остальные же настолько слепо преданы режиму, что телезрители отказываются их смотреть.

Сравним их с каналом MSNBC в Соединенных Штатах. Каждый божий день его ведущие и аналитики энергично поддерживают и самого Обаму, и его политику. Среди них попадаются и такие, кто бездумно повторяет, что скажут – например, Крис Мэттьюс, Лоуренс Одонелл, Рейчел Мэддоу и десятки других. С другой стороны, на канале "Fox News" работаю такие люди, как Билл Орейлли, Шон Хэннити, Грета Ван Састерен, Лора Ингрэм и – до недавнего времени – Гленн Бек, которые склонны поддерживать политиков из Республиканской партии и их позицию. В российских СМИ есть немало журналистов и аналитиков, которые из кожи вон лезут, критикуя Путина и его сторонников, однако ощущается нехватка печатных СМИ и телеканалов, которые стали бы защищать Путина, нет таковых даже среди правительственных СМИ.