Original Material
ПЫТЛИВЫЙ КАРИМОВ
ТУПИКИ СНГ
На днях министр иностранных дел России Сергей Лавров встретился с президентом Узбекистана Исламом Каримовым. Президент согласился с необходимостью охраны общественного спокойствия в Азии. И не моргнув глазом продолжил аресты оппозиции....
На днях министр иностранных дел России Сергей Лавров встретился с президентом Узбекистана Исламом Каримовым. Президент согласился с необходимостью охраны общественного спокойствия в Азии. И не моргнув глазом продолжил аресты оппозиции.
Справка «Новой»
12—13 мая в узбекском городе Андижане правительственные войска открыли огонь по мирным жителям, требовавшим немедленного проведения социально-политических и экономических реформ. По официальным данным, погибли 187 «мятежников». По данным же правозащитных организаций, были убиты более 500 человек. Власти пытаются представить эту массовую резню как антиправительственный мятеж.
20 сентября в Верховном суде Узбекистана начался суд над 15 обвиняемыми в совершении «террористических актов и других особо тяжких преступлений». В первый день подсудимые полностью признали свою вину, а на второй потребовали приговорить себя к смертной казни. В ходе процесса подсудимые «сознались», что нападение финансировалось посольством США и иностранными средствами массовой информации, в том числе английской компанией BBC.
Проводив российского гостя, Ислам Каримов отдал приказ схватить Санжара Умарова. 49-летний Умаров — бизнесмен и умеренный политик. Еще в 1991 году он создал первое в Узбекистане предприятие мобильной связи «Уздунробита», впоследствии благополучно прибранное к рукам старшей дочерью президента Каримова Гульнарой. В 1996 году он привлек в страну инвестиции США для строительства Бухарского нефтеперерабатывающего завода и Шуратанского газохимического комплекса. А в 2001-м Пентагон поручил Умарову оказать содействие в поставках реактивного топлива для поддержки операций антитеррористической коалиции в Афганистане.
В 2004—2005 гг. Умаров нацелился на строительство завода по производству жидкого топлива из природного газа. Это уменьшило бы зависимость страны, богатой природным газом, от импорта нефти. Совместно с государственной монополией «Узбекнефтегаз» и Ecoil Technologies, Inc разработан проект «Газ в жидкость» с инвестициями около одного миллиарда долларов. И вовремя: добыча нефти и газового конденсата на узбекских месторождениях в 2004 году упала на 7%, а в 2005-м — уже на 17%. А добыча газа возросла на 4%.
Умаров является лидером «Солнечной коалиции», объединяющей светскую оппозицию режиму Каримова. По словам Умарова, «псевдореформы, которые проводило правительство, завели страну в тупик». Требования «Коалиции» прежде всего экономические: за рыночную экономику и против советской, которую до сих пор напоминает узбекская система.
18 октября «Солнечная коалиция» опубликовала открытое письмо депутатам олиймажлиса — парламента Узбекистана — с призывом начать политический диалог. А Умаров обратился к правительствам России и США с призывом немедленно вмешаться в ситуацию. Реакция Каримова была мгновенной. Каримову это не понравилось. О том, что Санжара Умарова собираются арестовать, стало известно ночью с 22 на 23 октября во время обыска в офисе «Солнечной коалиции». Один из оперативников сказал по секрету, что они ищут компромат на Санжара Умарова. Его собираются накачать психотропными веществами, чтобы свести с ума, или убить. Сотрудники попытались связаться с Умаровым, но тот уже не отвечал.
Прокуратура Узбекистана в течение суток скрывала факт ареста лидера оппозиции. Потом чиновники признались, что арестованный находится в подвале ГУВД Ташкента (записи об этом в книге регистрации не оказалось) по обвинению в «экономических преступлениях».
К Умарову поехал адвокат. Защитник долго ждал, пока в кабинет для свиданий приведут Умарова. Потом милиционеры попросили адвоката спуститься в подвал. Заглянув в окошко камеры, защитник увидел следующее: Санжар Умаров, совершенно голый, стоял, обхватив руками голову, раскачивался из стороны в сторону и не реагировал на происходящее. Поговорить с ним не удалось. Адвокат потребовал оказать Умарову медицинскую помощь, а прежде провести освидетельствование. Прокуроры пообещали подумать. На момент публикации этого материала судьба Санжара Умарова остается неизвестной. Пытки и внесудебные убийства — страшная норма сегодняшнего Узбекистана. В России об этом почти не пишут. Но это не значит, что из невинных людей кишки вынимают понарошку.
В Узбекистане громят светскую оппозицию, ту, которая использует политические методы борьбы с режимом Каримова. Религиозная, если она существует, законспирирована. Людей, расстрелянных из пулеметов в Андижане в мае 2005-го, власти зачислили в число «экстремистов». Неудача легальной оппозиции часто приводит к радикализации политической жизни.
С оппозицией Каримов не церемонится. Как только появляется претендент на президентский пост (выборы назначены на 2007 год), у него начинаются неприятности. В 1991 году на выборах победил Ислам Каримов. Его единственным соперником был Мухаммад Салих. После выборов Салих покинул Узбекистан, так как против него было возбуждено уголовное дело. В 1994 году он получил политическое убежище в Норвегии. В 2000 году верховный суд Узбекистана заочно приговорил Салиха к 15,5 годам тюрьмы за «посягательство на конституционный строй в Узбекистане» и «посягательство на президента Узбекистана».
После событий в Андижане узбекские власти начали массовые преследования журналистов и правозащитников. Уже пострадали более двухсот правозащитников, некоторые были вынуждены просто бежать от пыток и казней. Более 20 человек уже посажены. Осужден на 6 месяцев лишения свободы корреспондент радио «Озодлик» («Свобода») по Андижанской области Носир Закиров. Независимых журналистов выслеживают и избивают. Угрозы по телефону — через день. Среди них корреспонденты радио Би-би-си, «Озодлик», «Голос Америки», «Немецкая волна», газет, журналов и интернет-агентств. Наконец Би-би-си, привыкшая работать в любых условиях, не выдержала и объявила о закрытии своего представительства в Узбекистане.
По данным российского правозащитного общества «Мемориал», число политических заключенных в Узбекистане превышает 7 тысяч человек. Неугодных арестовывают, объявляют психически нездоровыми и отправляют на принудительное лечение. Елену Урлаеву на протяжении последних лет узбекские власти несколько раз насильственно помещали в психиатрическую больницу.
Там правозащитница подвергалась изобретенному в СССР «лечению» психотропными веществами. Холли Картнер, директор центральноазиатского сектора организации Human rights watch, на днях прокомментировала очередное заключение Урлаевой в лечебницу: «Это иезуитская попытка приравнять критику власти к сумасшествию… Узбекское правительство показывает, что готово использовать против правозащитников советские методы».
Женщинам приходится тяжелее мужчин. Беременную женщину по закону нельзя держать в тюрьме, а выпускать под подписку о невыезде тоже не хочется. Узбекские правоохранители нашли выход: искусственное прерывание беременности.
Применяются химические препараты либо просто побои, которые в результате дают выкидыш. Сравнить это можно только с судьбой Ольги Берггольц, у которой в 1938 г. палачи в НКВД сапогами выбили плод. В истории гестапо такие случаи тоже известны. По информации Human rights watch, Узбекистан давно и прочно занимает одно из первых мест в мире по применению пыток.
В настоящее время ни США, ни Европа не имеют заметного влияния на президента Каримова. Россия может попытаться исправить ситуацию, но почему-то принимает точку зрения Каримова. Так, после гибели 13 мая в Андижане сотен людей (это событие узбекские власти квалифицировали как антиправительственный мятеж, организованный террористами) Москва охотно согласилась с предложенной Ташкентом трактовкой произошедшего. Жив ли Санжар Умаров сегодня, когда вы читаете этот номер? Может, в МИД России дадут ответ?
К СЛОВУ
«Всякий, кого обвиняют в участии в событиях в Андижане, подвергается опасности пыток и несправедливого суда или даже смертного приговора, если он будет возвращен в Узбекистан. Узбекское правительство рассматривает приглушенную реакцию внешнего мира на Андижан как сигнал, что оно может начать охоту на узбеков за пределами своих границ».
Стивен БОУЭН, Amnesty International
«Мы требуем, чтобы правительство президента Каримова прекратило преследования сотрудников Би-би-си
и других средств массовой информации за репортажи о событиях в Андижане. Бойня — документально подтвержденный факт, и узбекские власти не в состоянии устранить его запугиванием
и необоснованными обвинениями в адрес журналистов, которые пишут об Андижане».
Энн КУПЕР, исполнительный директор Комитета защиты журналистов