Требуем денег у компаний «ЛУКОЙЛ», «Норильский никель» и «Ростелеком» Два месяца назад мы начали журналистскую акцию «Контрольная закупка»: приобрели на фондовом рынке, в банке «Юниаструм», акции «Пурнефтегаза», «ЛУКОЙЛа», «Ростелекома» и...

Требуем денег у компаний «ЛУКОЙЛ», «Норильский никель» и «Ростелеком»

Д

ва месяца назад мы начали журналистскую акцию «Контрольная закупка»: приобрели на фондовом рынке, в банке «Юниаструм», акции «Пурнефтегаза», «ЛУКОЙЛа», «Ростелекома» и «Норильского никеля». Миноритарные (то есть маленькие) акционеры Иванова и Левина потребовали от этих компаний в строгом соответствии с законом отчетность. Теперь можно подвести первые итоги: на просьбу своих мелких акционеров откликнулась только одна из перечисленных компаний — и недавно нам пришлось участвовать в заочном голосовании акционеров «Пурнефтегаза». К сожалению, остальные представители крупного российского бизнеса, чьими компаньонами мы стали, замечать нас не намерены.

Дружба по переписке

Первым и пока единственным на наши письма откликнулся «Пурнефтегаз». Правда, вначале компания попросила нас подтвердить свой статус акционеров. Заодно тамошние бухгалтеры подсчитали, что пересылка запрошенных нами документов обойдется им дороговато — примерно в 500 рублей, и возложили расходы на нас. Пришлось выслать им справку из банка о покупке акций и деньги на оплату почтовых и прочих конторских расходов.

Результат оказался неожиданным: вместо запрошенного устава мы получили приглашение поучаствовать в жизни компании. Оказывается, в середине лета, 15 июля, совет директоров «Пурнефтегаза» созвал внеочередное общее собрание акционеров, которое проводилось в форме заочного голосования. Вот и мы получили два бюллетеня — видимо, такие штуки рассылаются всем акционерам «Пурнефтегаза» бесплатно.

На политических выборах голосовать проще. Послание нефтяной компании показалось нам абракадаброй: «Первый вопрос повестки дня: об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность». А единственный вариант нашего ответа был напечатан в самом низу: «Одобрить сделку, в совершении которой имеется заинтересованность и предметом которой является имущество, стоимость которого составляет более 50% балансовой стоимости активов ОАО «НК «Роснефть» — «Пурнефтегаз», — заключение Договора поручительства между ОАО «НК «Роснефть» — «Пурнефтегаз» и БНП Париба, Лондонское отделение, согласно которому общество соглашается обеспечивать исполнение обязательств ОАО «НК «Роснефть» по кредитному договору, заключенному, в том числе, между ОАО «НК «Роснефть» в качестве заемщика и БНП в качестве кредитора 27 августа 2002 года, дополняемому и изменяемому в соответствии с проектом, который был представлен на рассмотрение акционеров, на общую основную сумму до 265 000 000 долларов США с процентной ставкой ЛИБОР плюс 3,65% в год на срок до 4,5 лет, в отношении погашения основной суммы кредита, начисленных на него процентов, а также причитающегося БНП комиссионного вознаграждения».

Признаемся сразу: из всего вышеприведенного мы ничего не поняли. А потому от голосования воздерживаемся. Конечно, это, скорее всего, наша вина — нечего соваться на фондовый рынок с минимальными экономическими познаниями. Но, с другой стороны, закралось и сомнение: интуиция подсказывает нам, что неспроста сумма в 265 миллионов долларов уплывает из небогатого российского «Пурнефтегаза» в загадочный лондонский БНП. Мы решили посоветоваться с экономистами, а уж потом голосовать: так наша совесть мелких акционеров будет спокойнее.

Текст второго бюллетеня, присланного нам из «Пурнефтегаза», порадовал своей краткостью: «Правление назначается в составе 7 человек советом директоров в порядке, предусмотренном Уставом общества». Кто именно эти «7 человек» и чем каждый из них заслужил почетное звание руководителя нашей компании — в письме указано не было. От голосования по этой «семерке отважных» мы воздержались, поскольку они напомнили нам коллективного кота в мешке. Уважаемые руководители «Пурнефтегаза»! Если хотите получить наши голоса за каждую из кандидатур на пост члена совета директоров, то представьте их, пожалуйста, поименно. Огласите весь список, так сказать...

В придачу к бюллетеням нам прислали и извещение: при желании акционеры «Пурнефтегаза» смогут ознакомиться с проектами договоров между «Пурнефтегазом» и загадочным БНП «Лондонское отделение», а также с проектом изменений в «Положении об исполнительных органах». Зато то, что мы просили, — уставные документы компании, стенограмму последнего заседания акционеров, годовой отчет компании, данные последней плановой аудиторской проверки и копию решения собрания акционеров о размере и порядке выплат дивидендов акционерам ОАО «НК «Роснефть» — «Пурнефтегаз», — мы так и не получили. Скорее всего, это результат забывчивости почтовой службы нефтяников.

Великие немые

А вот с «ЛУКОЙЛом» отношения у нас не сложились. Этой компании мы тоже отправили письмо с просьбой прислать свои уставные документы, так как стали немного собственниками их скважин — на одну акцию. В ответ пришел довольно невежливый отказ: «По сведениям «Регистратор «НИКойл» Вы не являетесь акционером ОАО «ЛУКОЙЛ». <...> Ознакомиться с материалами, находящимися в свободном доступе, Вы можете на сайте компании».

Почему «ЛУКОЙЛ» решил, что мы не являемся акционерами, осталось тайной. Но, как нам кажется, подобная неразбериха — не только наша проблема. Со своей стороны, чтобы у «ЛУКОЙЛа» не было сомнений, мы направили в компанию письмо с выпиской из банковского «счета депо» — в полном соответствии с Законом «Об акционерных обществах». Если руководству «ЛУКОЙЛа» этого окажется мало, то мы попросим суд выяснить, кто прав в этом споре хозяйствующих субъектов.

«Норильский никель» и «Ростелеком», чьими собственниками мы тоже стали, пока играют в молчанку. Письма им были отправлены около месяца назад. В ответ — тишина. Судя по почтовым уведомлениям, компании запросы получили. Может быть, у «Норникеля» и «Ростелекома» некому разбирать письма? Но это проблема, простите, не наша. Напоминаем вам, господа: закон ограничивает время ваших раздумий. И это — последнее предупреждение перед соответствующим заявлением в суд.

Счет, пожалуйста!

Месяц назад, когда обвалился фондовый рынок, мы, миноритарные акционеры крупнейших российских компаний, потеряли на разнице курсов акций 179 рублей. Достаточно много, если учесть, что у нас было всего восемь акций: три — «Пурнефтегаза», три — «Ростелекома» и по одной — «ЛУКОЙЛа» и «Норникеля».

Теперь фондовый рынок начинает потихоньку выздоравливать. Котировки медленно поползли вверх. Правда, это не касается «Пурнефтегаза»: за месяц, с 28 июля по 28 августа, его акции подешевели на два рубля. «ЛУКОЙЛ» «подрос» на три рубля — с 589 до 592 рублей. «Норильский никель» — на 14 рублей: с 1145 до 1159 рублей. Акции «Ростелекома» подорожали на семь рублей — с 50 до 57. Таким образом, наша прибыль за месяц составила 22 рубля. Правда, хотелось бы еще получить дивиденды. Хотя сколько именно нам причитается и когда, можно узнать только из уставных документов «наших» компаний. А их мы, к сожалению, так и не получили... Отдайте деньги, господа!