Развели пары

«Миф» о договорном матче «Локомотива» должен был отправить в отставку президента клуба Ольгу Смородскую, но уволили главного тренера Красножана

Нынешний «Локомотив» — клуб контрастов. Еще пару туров назад казалось, что тандем Смородская—Красножан — один из самых слаженных в российском футболе. Но после матча с махачкалинским «Анжи», в котором «Локомотив» уступил 1:2, до сих пор...

Нынешний «Локомотив» — клуб контрастов. Еще пару туров назад казалось, что тандем Смородская—Красножан — один из самых слаженных в российском футболе. Но после матча с махачкалинским «Анжи», в котором «Локомотив» уступил 1:2, до сих пор одна из самых эффективных атакующих связок президента и тренера дала сбой. Причина тому — якобы неожиданно возникшие подозрения президента Ольги Смородской в сдаче игры «Анжи» Юрием Красножаном.

Договорного матча между тем ничто не предвещало — ни турнирное положение, где «Локо» и «Анжи» преследовали одинаковые цели — закрепиться на вершине турнирной таблицы; ни взаимоотношения клубов (которые не входят в число тех, что любят обмениваться очками друг с другом каждый год); ни даже котировки знающих поболее простых обывателей букмекеров.

Аналитики Национальной ассоциации букмекеров (несколько лет ведущей работу с ФИФА и УЕФА по предотвращению договорных матчей), составляющие рейтинг «странности» матчей чемпионата России в рамках совместной акции «Новой газеты» и президента НАБ Олега Журавского «Чистые ноги», отнеслись к прошедшей игре как к самой обычной. «Подавляющее большинство ставок приходилось на фаворитов — железнодорожников, — поясняют нам эксперты. — Котировки на их победу колебались от 1,8 до 1,6, на ничью, соответственно, от 3,4 до 3,5. На выигрыш «Анжи» в основном ставили махачкалинские любители футбола, с коэффициентом от 5,5 до 6. Учитывая, что московская команда сейчас на ходу и представляет группу лидеров чемпионата, до начала матча котировки на их победу упали до 1,5. Ни до, ни во время матча не было зафиксировано всплеска активности, который мог бы вызвать определенные подозрения. Поэтому у букмекеров нет абсолютно никаких оснований полагать, что указанный матч носил «странный» характер».

Однако в конце прошлой недели отдельные российские СМИ растиражировали сообщения, лейтмотивом которых стало желание Смородской отправить Красножана в отставку за «преднамеренные ошибки, допущенные в матче с «Анжи». Если же выражаться не так косноязычно, Смородская заподозрила своего тренера в сдаче игры. Хотя сама Ольга Юрьевна никаких официальных заявлений по этому поводу не делала, разве что заметила: «Я слухи не комментирую».

Напомним: на матч с дагестанским клубом Юрий Красножан видоизменил состав — оставил на скамейке несколько основных футболистов, а в перерыве сделал две замены, которые, правда, игру не шибко усилили. По окончании матча Красножан свою вину признал: «Была неверная ротация состава, не вовремя проведенные замены. Это тренерское поражение».

Но были ли тренерские ошибки преднамеренными и насколько существенно они могли повлиять на результат? «Чтобы тренер сдал игру, ему нужны «пособники», то есть «свои» футболисты, — признается «Новой» один из тренеров, попросивший не упоминать его имени. — У Красножана, который не регулировал трансферную политику в той мере, в которой это положено делать тренеру, таких игроков точно не было». Так какие же рычаги влияния на результат были у тренера?

Возникает ряд других, не менее важных вопросов: как удалось установить «преднамеренность» в ошибках Красножана? Неужели в клубе проводились свои «оперативно-разыскные» мероприятия или устраивались допросы с пристрастием? Иными словами — сушествовала ли у клуба доказательная база, на основании которой можно было сделать такое заключение: «преднамеренные ошибки»?

По сведениям «Новой газеты», по окончании матча с «Анжи» Ольга Смородская действительно келейно высказывала подозрения в договорном характере этой встречи. Но процесс по выяснению обстоятельств игры, как оказалось, вышел далеко за стены клубных кулуаров — и попал в поле зрения СМИ. Сразу вспомнилась аналогичная история с нынешним гендиректором «Ростова» Юрием Белоусом. Когда тот работал спортивным директором «Локомотива», Ольга Смородская, прознав об участии своего подчиненного в сомнительных трансферных операциях с использованием определенного круга агентов, его тактично выпроводила.

О намерениях же Смородской досрочно расторгнуть контракт с Красножаном стало известно до заседания совета директоров, на котором был вынесен вопрос об увольнении тренера. «Это нормальная корпоративная практика: если ты уличаешь своего подчиненного в противоправных действиях — разберись с этим. Если не разберешься — уходи сама», — говорит источник «Новой» в совете директоров клуба. Второй вариант тоже существовал — совет директоров всерьез рассматривал возможность уволить с поста президента Ольгу Смородскую, но на голосование вынес вопрос об увольнении Красножана. «Юрий Красножан был уволен с поста главного тренера «Локомотива» за упущения, допущенные при работе», — подтвердил по окончании заседания секретарь совета директоров Евгений Кречетов. Стоит отметить, что вычурная формулировка увольнения — возможность дрейфовать в правовом поле в случае подачи иска Юрием Красножаном.

Довольно расхожее мнение: скандал с увольнением тренера — просто повод перехватить власть в клубе. «Думаю, поначалу конфликта не было. Ситуацией воспользовались группы влияния, приближенные к руководству РЖД, но оказавшиеся не у дел с приходом Смородской. Тренер же стал заложником внутриклубных интриг», — считает председатель Профсоюза футболистов и тренеров Владимир Леонченко.

Что немаловажно, эту же точку зрения разделяет и опальный Юрий Красножан.

Несмотря на широкий резонанс, не стоит забывать о главном: был ли матч с «Анжи» проигран главным тренером «Локомотива» специально? А если так — для чего или, точнее, — на каких условиях?

Даже «не под запись» подавляющее большинство наших экспертов чуть ли не клятвенно заверяли, что никаких признаков «сдачи» игры они в матче между «Локомотивом» и «Анжи» не заметили. Лишь только кое-кто из них с большой натяжкой, на условиях «фантастического» сценария, попытался выстроить такую хитроумную и многоступенчатую систему «взаимозачета», что доказать ее под силу было бы только Перельману в сотрудничестве как минимум с ЦРУ.

Так кто и зачем устроил информационный вброс о «договорняке»? Понятное дело, что ни Смородской, которую недолюбливает большинство болельщиков «Локомотива», ни собственно Красножану, которому наконец-то, в отличие от большинства своих предшественников, удалось раскочегарить железнодорожников с самого начала чемпионата это не было выгодно.

По идее если действительно существуют неопровержимые доказательства «сдачи» игры, то и президент, и тренер должны были стремительно слететь со своих постов. Первая — за профнепригодность: под ее руководством команда «слила» результат; второй — за то же самое, только с отягчающим обстоятельством в виде статьи 184 УК за мошенничество, которую никто не отменял. Так или иначе «ушли» только Красножана. Тренера, кстати, доселе весьма непритязательного в плане трансферных сделок, из года в год формировавшего свой бывший клуб «Спартак-Нальчик» «из того, что было». Может быть, кому-то из совета директоров «Локомотива» это не особенно понравилось, как, впрочем, могло не устроить и то, что всем клубным бюджетом распоряжается только президент Ольга Смородская.

Президенту, чтобы по крайней мере сохранить макияж перед своими болельщиками, теперь остается лишь обнародовать неопровержимые доказательства «преднамеренных ошибок», ну или «упущений при работе» Юрия Красножана. Главное — чтобы решение было принято за счет доказательств, а не из-за субъективных умозаключений президента. Иначе должность «главный тренер» в клубе может оказаться весьма непопулярной: едва ли любой уважающий себя специалист доверит свою судьбу людям, квалифицирующим профессиональные ошибки как преднамеренные. Если же доказательства и впрямь существуют, впору посочувствовать Юрию Красножану — несмотря на современную российскую футбольную действительность, где договорные матчи являются неизменным атрибутом игры, вряд ли топ-клуб предложит контракт специалисту, на репутацию которого поставлено подобное пятно.