Original Material
Мозги прилетели
Дов Ривкин, бывший Владимир, уехал из России в самом начале 90-х: от бандитов и талонов на еду. Он никогда бы не подумал, что место его рождения станет столь весомым преимуществом. «Сейчас я зарабатываю на треть больше, чем мои израильские однокурсники», - говорит старший консультант отдела оценки инвестиций московского офиса компании SAP. Ривкин молод (37 лет), имеет опыт жизни в капстране и, самое главное, свободно говорит по-русски. Именно знание языка помогло ему найти работу в Москве.
Экономическая колония иностранцев в России, разгромленная кризисом 1998 г., полностью восстановилась. По оценке хедхантинговой компании TRANSEARCH International, сейчас в нашей стране трудится около 10 000 топ-специалистов (зарплата от $200 000 в год и выше) с иностранным гражданством. Но с середины 90-х состав этой «пятой колонны» сильно переменился. На бывшую родину за длинным рублем потянулись эмигранты четвертой волны. Ощутив конкуренцию, «настоящие» экспаты (от латинского ex patria,«вне родины») принялись учить русский язык - в стране, где многие не в ладах с английским, это стало неожиданным конкурентным преимуществом.
ПРОБЛЕМЫ С РЕЧЬЮ
Спрос на квалифицированных специалистов, прежде всего управленцев, в России сегодня крайне высок, и внутренний рынок не покрывает потребности экономики. До 77% крупных и средних компаний, оперирующих на российском рынке, привлекают или рассматривают возможность найма иностранцев, говорит управляющий партнер TRANSEARCH International Станислав Алексеев. Иностранцы охотно откликаются на зов, ведь рост зарплат высококвалифицированных специалистов в России только за 2007 г., по оценке компании TopContact Executive Search, составил порядка 30–35%. По прогнозам агентства, 2008-й даст тот же прирост.
Хороший работник в России получает больше своего коллеги в Европе более чем на 20–40%. Наиболее впечатляющие примеры роста зарплат у инвестиционных банкиров, говорит партнер TopContact Executive Search Артур Шамилов. Так, руководитель службы M&A (слияний и поглощений) одного из американских банков, переехав в Россию, увеличил свой оклад вдвое - с $500 000 до $1 млн в год (без учета бонусов). В среднем же показатели скромнее. По оценкам TRANSEARCH, глава небольшой компании (около €200 млн годового оборота) в Европе получает около €300 000 в год - в России он может смело рассчитывать на €400 000–500 000 в год с учетом бонусов.
Высокие зарплаты - высокие требования. Владелец компании теперь желает общаться с наемным менеджером на одном языке, желательно русском. За годы, прошедшие с начала капиталистического эксперимента в России, выяснилось, что у «классического» менеджера-экспата - специалиста высокой квалификации без знания местного языка и менталитета - возникают проблемы локализации. «Несколько лет назад работодатель в России считал, что топ-менеджеру можно просто нанять переводчика. Сейчас стало ясно - этого недостаточно для полноценной работы», - утверждает Артур Шамилов из TopContact Executive Search.
«В российской компании нельзя быть лидером без знания русского языка», - подтверждает Анна Кофф, партнер хедхантинговой компании «Росэксперт». «Охотники за головами» на условиях анонимности рассказывают две схожие истории. Крупные российские металлургические холдинги «заказали» топ-менеджеров с целым рядом требований, включая международный опыт работы. Соответствующих кандидатов нашли, заказчик был в восторге. Однако вскоре выяснилось, что новички не смогли полноценно общаться и выстроить отношения с русскими подчиненными - от обоих пришлось отказаться.
«Крайне желательно, чтобы менеджер говорил по-русски, от этого напрямую зависит его эффективность», - утверждает директор по кадрам МТС Сергей Шаров. Премия за знание русского языка может составить 10% от зарплаты, уточняет Шамилов из TopContact Executive Search.
Те же требования выставляют и московские подразделения транснациональных корпораций. «Все в нашей компании, за исключением нескольких топ-менеджеров, говорят на русском языке. Те, кто не говорит, активно его учит», - сообщает пресс-служба российского офиса Audi. «Работаешь в России - говори на русском языке», - резюмирует генеральный директор компании «Амтел Софт Дринкс» Алок Кумар, индус по национальности. Где в первую очередь востребовано знание государственного языка уже сегодня - конечно, в продажах. По наблюдениям Дова Ривкина из SAP, без русского языка можно чувствовать себя более-менее комфортно лишь в телекоммуникационных компаниях, IT и банковской сфере. А вот в промышленности и на транспорте по-английски ни с кем и не поговоришь.
«На других развивающихся рынках острой необходимости учить местный язык у менеджеров нет, - комментирует Анна Кофф из “Росэксперта”. - В Индии и Восточной Европе население свободно говорит на английском, в Китае освоить язык нереально из-за проблемы местных диалектов. Но в России, где большая часть населения не освоила английский, знание русского просто необходимо».
СВОИ ЛЮДИ
Иностранцы тем более прилежны в освоении нового языка, что теперь конкуренцию за рабочие места им составляют недавние выходцы из России. Покинув страну 15–20 лет назад, к середине 90-х они еще наслаждались западным образом жизни - но теперь их тянет на бывшую родину. Дмитрий, специалист по недвижимости, эмигрировал из России в начале 90-х, а вернулся на родину два года назад. Он объясняет свой переезд «туда и обратно» личными причинами: встретил американку и так сильно увлекся, что пришлось переезжать в США. Однако отношения не сложились, а два года назад Дмитрий влюбился, как он уверяет, по-настоящему, и на этот раз - в русскую. Пришлось ехать обратно.
Партнер кадрового агентства Antal International Люк Джонс утверждает, что подобные истории ему приходится выслушивать регулярно. «Добрая половина возвращенцев объясняют: в России у них остались престарелые родители, по которым иммигранты очень скучают», - говорит Джонс. Впрочем, за сентиментальность хорошо платят - спрос на «бывших русских», получивших хорошее образование и опыт за границей, особенно велик.
«Для российского офиса мы ищем специалистов по консалтингу и продажам в отрасли IT. И мы активно смотрим на русских, ныне проживающих в других странах», - говорит директор по персоналу SAP СНГ Шломит Груман-Навот. - Важно, чтобы менеджер мог полноценно общаться с русскими клиентами». «Западный гендиректор не понимает, что исполнение отданного указания надо проконтролировать не менее пяти раз. Отсюда - резкая реакция и конфликты», - описывает типичную ситуацию Алексеев из TRANSEARCH. Даже бывший русский о такой черте национального характера знает не понаслышке.
«Репаты» едут из США, Израиля, Великобритании, других стран Западной Европы. «Многие страны находятся в начальной стадии рецессии, а в России - положительные тренды в экономике. Наша страна предоставляет огромные возможности для самореализации», - комментирует ситуацию управляющий директор по России и странам СНГ корпорации Manpower Феликс Кугель. Прежде всего это, конечно, возможности для специалистов в финансово-банковском и топливно-энергетических секторах, но возвращаются и врачи - от физиотерапевтов до стоматологов.
«Число возвращенцев стремительно растет с каждым годом», - говорит директор исполнительной дирекции Ассоциации консультантов по подбору персонала (АКПП) Валерий Оськин. По расчетам Люка Джонса из рекрутингового агентства Antal International, в последнее время поток составляет не менее 1000 человек в год. С ним солидарен в оценках партнер TopContact Executive Search Артур Шамилов. Оценив конкуренцию, иностранцы, рассчитывающие получить работу в России, начинают подготовку заранее.
Так поступает, к примеру, Мартин Крюгельштайн, студент, изучающий маркетинг в Техническом университете Берлина. Он учит русский с августа 2007 г. и сейчас уже сносно читает, может вести простые диалоги. Программа-минимум - через пару лет вести деловые переговоры на русском. В 2009 г., после окончания университета, Крюгельштайн хотел бы получить работу в России, например, в офисе одной из европейских компаний - BMW или Airbus. «Деньги, которые я могу получить там, минимум в полтора-два раза больше тех, что мне предложат в Германии», - убежден Мартин.
Инженер из Западной Вирджинии Джеймс Олдендик всю свою жизнь проработал в аэрокосмической отрасли. Ему уже за 40, он устал от этой работы и мечтает перейти в другую сферу. Джеймс учит русский, поскольку верит, что мобильный и динамичный российский рынок даст ему такую возможность. На вопрос о своих финансовых ожиданиях Олдендик отвечает уклончиво: он ожидает от своей русской работы возможности купить (или снять) достойную квартиру, не думать о хлебе насущном и попутешествовать по стране.
ПРОБЛЕМЫ ВОЗВРАЩЕНИЯ
В XX в. Россия столкнулась с четырьмя волнами эмиграции - белогвардейская в 20-е годы, военная после Второй мировой, диссидентская в 70-е и, наконец, эмиграция 90-х, иначе ее называют «колбасной». Несмотря не уничижительное название, ее последствия оказались едва ли не самыми тяжелыми. Ректор МГУ Виктор Садовничий считает, что в эту последнюю волну Россия потеряла до трети своего интеллектуального потенциала.
В сложившихся сейчас на рынке труда уникальных условиях в Россию начинают возвращаться бывшие соотечественники - прежде всего те, кто уехал 10–15 лет назад.
Насколько масштабным в конечном счете окажется это возвращение? Россия не первая страна, столкнувшаяся с «бегством мозгов». Люк Джонс из Antal International ставит в пример Ирландию, власти которой в течение последних двух десятилетий реализуют программу возвращения соотечественников: «Государство должно показывать инициативу, заинтересованность в возвращении своих бывших граждан, а ее нет». Наши власти и правда довольно холодны к специалистам, возвращающимся на Родину. Яркий пример - вопросы гражданства. «Прихожу недавно в консульство, а мне говорят, что у меня, как у выехавшего до 92-го года, по новому закону нет российского гражданства. Я был в шоке, а сделать уже ничего нельзя», - возмущается ранее эмигрировавший житель США Дмитрий Берлин, один из возвращенцев.
Благодаря такому подходу вернувшиеся специалисты пока не склонны строить долгосрочные планы, связанные с вновь обретенной родиной. «Мне комфортно в России, но пенсию я планирую провести в Израиле», - говорит Дов Ривкин.