2006 - Год Украины

...Украина - принуждение Украины к дружбе, постепенное установление экономической блокады Украины по образу США - Куба. Закавказье - угроза серьезной дестабилизации Грузии и Азербайджана, подкрепленная демонстрацией решимости России идти до конца но этому пути.

Доклад "СНГ: начало или конец истории". "Независимая газета", 26 марта 1997.

Принуждение к дружбе - этот великолепный оруэлловский оксюморон, этот беспощадный самодиагноз психического состояния российской политической братвы красной нитью проходит через бесконечные публикации последних лет не только легко вычисляемых авторов доклада, но и большинства их коллег.

Принуждение к любви во всех правовых системах рассматривается как исключительно тяжкое преступное деяние, влекущее за собой суровую ответственность. В обыденных человеческих отношениях принуждение к дружбе гарантированно оказывается приглашением к ненависти. Почему же столь очевидная глупость выдается за образец государственной мудрости, когда речь идет об отношениях не между людьми, а между народами?

Неспособность политического класса России не формально, на бумаге, а внутренне, психологически воспринять независимость стран СНГ, его поразительная глухота к возможной реакции партнеров, духовная лень, не позволяющая попытаться взглянуть на себя их глазами, - все это порождает саморазвертывающийся цикл отчуждения и вражды на всем постсоветскиом пространстве.

Мы своими руками разрушаем тот огромный ресурс нашего влияния, который уйдет вместе с нашим поколением. Это ресурс гораздо более важный, чем наша военная мощь или нефтегазовые богатства, - совместная память о жизни, прожитой нами всеми в одном государстве.

И не говорите мне про рыночные отношения. Утром 160 долларов, вечером 220, у Туркменбаши берем за 50, Лукашенко отдаем за 60 - зто не рынок, а хамский кураж купчика плюс бессмертные рекомендации авторов доклада Института СНГ. По существу это продолжение с обратным знаком все той же 15-летней политики "нефть в обмен на величие" или скорее истерика по поводу ее закономерного провала.

Вся наша политика на постсоветском пространстве все эти годы заключалась в лицемерном и унизительном для России торге:

• Мы вам подбросим нефти и газа по льготным ценам, а вы, пожалуйста, поговорите немножечко о нашем величии;

• А вам, Александр Григорьевич, очень много нефти и газа, а вы, пожалуйста, ещё несколько лет поводите нас за нос сказочкой про ваше историческое объединение с нами. Нам так приятно чувствовать, что мы встаем с колен и возрождаем Великую Державу;

• Мы вам, Нурсултан Абишевич, выгодныый раздел Каспия и окончательный договор о границе, а вы ради бога продолжайте каждые полгода выдвигать новую великую евразийскую инициативу.

Лидеры постсоветских государств прекрасно понимали все комплексы российской политической "элиты" и, как опытные психоаналитики, великолепно их эксплуатировали.

А Москва надеялась, все ждала и верила сердцу вопреки, затем раздражалась и наконец впадала в истерику. Вороватая и бездарная, надменная и трусливая, мечущаяся между Куршевелем и Лефортовом российская политическая "элита" никак не могла понять, что никому она не нужна на постсоветском пространстве в качестве учителя жизни и центра притяжения.

Но, столько раз ударившись мордой об стол, поняли что-то наконец кремлевские мыслители. Как-то разом прорвало, и застенали в один голос анонимные кремлевские источники, руководители МИДа, комитета Думы по делам СНГ, ну и, конечно, коллективный мозг нации - сурковы, медведевы и прочие колеровы:

• Не было у нас никакого влияния. Были только зря потраченные деньги и воровство российского газа. Россию не устраивает положение, при котором она фактически субсидирует экономику ряда стран, поставляя им энергоресурсы по убыточным для себя ценам, а народы там по-прежнему голодают.

Ну, хорошо, торговать будем ради спасения голодающих народов теперь исключительно по мировым ценам. А как же Величие, Доминирование, Интеграция, ради которых и затевалась вся эта эсэнгэшная халява для братьев наших меньших?

Отвечая на этот судьбоносный вопрос, коллективный мозг нации, не выдержав напряжения, расщепился на два полушария - романтическое и прагматическое. Романтики уверены, что некие братья по разуму на постсоветском пространстве - подлинно пророссийские силы - полюбят их теперь бесплатно и двинутся под российскую длань не за презренные газовые подачки, а по высоким идейным соображениям духовности, соборности и евразийства. А за ними приползут и задушенные костлявой рукой газового голода оранжевые клеветники России.

Прагматики же прекрасно понимают, что никто не приползет и никто, тем более бесплатно, любить не будет. Бог с ним, с "доминированием на постсоветском пространстве". Сохранить бы для Бригады доминирование над финансовыми потоками на российском пространстве. Это и называется на питерской фене "суверенной демократией". А потому опыт бывших соседей по коммунальной квартире, выбравших другую модель развития, и прежде всего Украины, ни в коем случае не должен стать привлекательным для российских подданных.

Прибалты не в счет. Они всегда были чужими. А вот успех Украины - это кащеева смерть путинизма - убогой философии низших чинов ФСБ, ошалевших от крышевания мебельных магазинов и распиливания нефтяных компаний. Экономика Украины должна быть подорвана, ее политическая система парламентской демократии дискредитирована.

Ну и, как все происходящее в нашей стране в последние годы, "принуждение Украины к дружбе", конечно, несет на себе неповторимый отпечаток личных комплексов одного нашего выдаюшегося современника. Прошлогоднее "принуждение" создало ему весьма неприятную репутацию насильника-импотента. Вооружившись на этот раз инструментом доктора Миллера, а не доктора Павловского, принудитель-неудачник полон решимости отомстить горделивой соседке.

2006 год - решающий в судьбе Украины. Мартовские выборы, переход к парламентско-президентской республике - серьезное испытание для ее политической системы, запредельные (а не рыночные) цены на энергоносители - для ее экономики.

Если Украина выстоит и подтвердит жизнеспособность и необратимость своего европейского цивилизационного выбора, это станет решающим аргументом, брошенным на весы многовекового спора западников и евразийцев внутри русской культуры.

За время правления Владимира Путина маятник прошел полный цикл и наша внешняя политика, как и в первый год его президентства, приобрела ярко выраженный антиамериканский характер. Вновь в моду вошли идеи "евразийства" и Стратегического Союза с Великим Китаем. Этот новый взмах может оказаться роковым.

Сегодня, после драматических событий в Грузии, на Украине, в Молдавии, российский политический класс испытывает жесточайшую геополитическую ломку, более острую, чем даже в 1991 году. Тогда Это казалось еще временным, Сегодня стало очевидным, что Это навсегда. Слова "ближнее зарубежье" потеряли свой обнадеживающе амбивалентный смысл.

"Ближнее зарубежье Китая" - вот новое словосочетание, которое пока еще осторожно пробует на вкус, примеряя его к себе, российская политическая "элита", объединенная неукротимой ненавистью к Западу. Страстное желание принадлежать чему-то Большому и Евразийскому может найти вполне логичное завершение.

Дай Бог удачи Украине, нашей славянской сестре. Ее успех - последний шанс России.