Как бы либеральный как бы прорыв

На днях министр промышленности и энергетики Виктор Христенко провозгласил ни много ни мало, как настоящую революцию. Прямо так и сказал: «Революция!». А заключается она в том, что правительство решило разрушить монополию Газпрома на российском газовом рынке. Править бал теперь будут частные компании. «К 2015-2020 годам независимые газовые компании будут занимать доминирующие позиции на внутреннем рынке» — заявил министр. На этом месте всякий уважающий себя либерал должен встать, прослезиться и с чувством произнести: «Свершилось!». Неужели вслед за электроэнергетикой и железными дорогами, после стольких сломанных копий, пришел черед и газового монстра?

Отнюдь. Никто сегодня больше чем Газпром не заинтересован в создании «рынка», о котором с таким пафосом вещал Христенко. Объяснение простое: вместо того, чтобы осваивать новые месторождения и наращивать добычу, Алексей Миллер и сотоварищи скупают все, что попадается на глаза, как внутри страны, так и за ее пределами. Оно и понятно, доступные месторождения с неглубоким залеганием были освоены еще в советские годы, а новые месторождения, хоть они и огромны по запасам, требуют многомиллиардных вложений (прежде всего в инфраструктуру), которые окупаться начнут, в лучшем случае, лет через 7-8. Что к тому времени будет с Газпромом и его нынешним руководством, никто не знает.

Чтобы совсем уж не выглядеть не комильфо, Газпрому приходится бурить новые скважины и осваивать новые участки, но этого хватает лишь для того, чтобы компенсировать падение добычи на старых, в значительной степени уже выработанных месторождений. Тут, впрочем, команда Алексея Миллера тоже умудряется схитрить и, вместо того чтобы бурить новые скважины, просто поглощает очередного из независимых поставщиков.

Между тем, экономический рост в соседних странах провоцирует и повышение спроса на энергоносители. И если бы дело было только в потребностях главного на сегодняшний день потребителя российского газа — объединенной Европы, которую российский президент который год подряд уговаривает признать Россию гарантом энергетической безопасности — Газпром бы еще справился. Но Россия хочет дружить не только с Европой, но и с новыми экономическими фаворитами — Китаем и Индией. Те же не совсем понимают, как можно дружить, а газом не делиться. Вот и приходится обещать, причем, обещать столько, что у дотошных европейцев глаза от удивления превращаются в кофейные блюдца (ну да ничего, им полезно, у нас тоже своя диверсификация). В прошлом году, например, Владимир Владимирович, обидевшись на европейцев, без должного понимания отнесшихся к перебоям с российскими поставками из-за «газовой войны» с Украиной, поехал в Китай, где пообещал к 2011 года протянуть в эту страну газопровод и начать качать по нему по 60-80 млрд. кубометров газа в год.

А тут еще очень некстати взялась расти отечественная экономика и тоже стала требовать энергоресурсов, в том числе и газа, все больше и больше. Удовлетворять еще и эти потребности Газпром, во-первых, не может, а, во-вторых, не очень-то и хочет. Работать на экспорт гораздо выгоднее, особенно после перехода на новые цены с ближайшими соседями. В результате вот уже второй год подряд в России, самой богатой по разведанным запасам газа стране в мире, наблюдается острый дефицит «голубого золота». Сильнее всего от него страдают электроэнергетики, которым, кстати, в итоге достаются все шишки.

Прекраснодушные стратегии постепенного вымещения газом угля и нефти из российской электроэнергетики, писавшиеся еще в конце 90-х, забыты. В прошлом году Анатолий Чубайс заявил, что его сектор возвращается к углю.

В свете сказанного слова Христенко выглядят уже несколько иначе. «На тебе, Боже, что нам не гоже» — вот и вся «революция». Про возможность поставок купленного на рынке газа ведь ни слова сказано не было. Но и это еще не все. Настоящего рынка газа в обозримом будущем все равно не получится. По крайней мере, до тех пор, пока монополия на трубу остается у Газпрома. И пока монополия будет решать, кого и на каких условиях допускать к трубе.

Если в «нефтянке» «Транснефть» предоставляет равный доступ всем желающим на открытых и понятных условиях и теоретически никаких собственных интересов и предпочтений не имеет, поскольку сама ни на добыче нефти, ни на торговле ею не специализируется, то в газовой отрасли все обстоит с точностью до наоборот. Газпром как был монополистом, так им и остается, а «рынок» — лишь благовидный предлог, чтобы повысить внутренние цены. Конец ему может наступить довольно быстро.

Когда поднимется волна народного недовольства «алчными частниками», накалится общественное мнение до нужного градуса, тогда придет Газпром и в лучшем случае (но, понятно, с хорошим дисконтом) скупит освоенные месторождения у независимых поставщиков. А в худшем — просто отберет (у тех, кто не согласится с суммой дисконта), предварительно разорив хозяев, – технология за последние пару лет отточена.