Дать по-дамски

Любая девушка, впервые попав в боксерский клуб «Китэк», чувствует себя героиней фильма «Солдат Джейн»: тут не делают скидок ни на пол, ни на возраст. Тренер Светлана Андреева убеждена, что с девушек вообще строже спрашивать надо: «Девкам многое от природы дано—у них координация лучше, они в бою ловчее и сообразительней. Мужчины мощнее физически, это неоспоримый факт, зато они надеются на силу удара, а девушки—на голову». Это, похоже, не про меня—после выматывающей разминки в голове только одна мысль: «Как трудно быть модной».

Хотя женский бокс был официально признан сравнительно недавно—в 1997 г., он очень быстро стал популярным видом спорта и хобби. Виктор Лисицын, главный тренер сборной по женскому боксу, этому рад, хотя и понимает, что это не от хорошей жизни. «Раньше девушки могли при нападении разных идиотов позвать кого-нибудь на помощь,—говорит Лисицын.—А теперь учатся рассчитывать только на себя». Спортивные женские клубы есть уже в 60 российских регионах, самые известные из них—«Китэк», «Вымпел», «Гладиатор», «Крылья Советов» и «Кентавр». Да и боксерские груши теперь висят едва ли не во всех фитнес-центрах.

Два года назад на тренировки по боксу в «Китэк» ходили всего три девушки—теперь в небольшом зале трижды в неделю занимается полтора десятка барышень. «К нам многие пришли после ленты “Малышка на миллион”. Спасибо Клинту Иствуду»,—улыбается Андреева. Некоторые через пару месяцев сбегают, не выдержав нагрузки, но таких меньшинство. Причин, по которым слабый пол увлекается неженским в сущности видом спорта, как минимум три: либо пережитое насилие; либо стремление доказать окружающим, что ты не хуже мужчины; либо снятие стресса после трудного офисного дня.

Маша Усик, бармен из «Кофе-хауз», сейчас одна из завзятых посетительниц клуба. Она пришла в «Китэк» год назад «за адреналином». «Я от природы агрессивная,—говорит Маша.—У меня два старших брата; наверное, я подспудно хотела быть с ними наравне. Но при этом понимала, что если пацанам можно первыми лезть в драку, то девчонкам это не к лицу. Но где-то ведь выплескивать агрессию надо, верно?» После года тренировок 18-летняя Усик смело стоит в спарринге и с одногруппницами, и одногруппниками—клубов, где тренировали бы исключительно девушек, пока нет, как нет и соответствующих детских секций. «Но будут обязательно»,—утверждает Валерий Смоляков, помощник главного тренера российской женской сборной по боксу. Впрочем, Марк Мельцер, руководитель «Китэка», необходимости в этом не видит. «Боксерам-женщинам не нужны особые условия,—говорит Мельцер.—Наоборот, только в борьбе с парнями они по-настоящему концентрируются, подтягиваются под их уровень».

А некоторые и переплюнуть норовят. Светлана Андреева, 30-летняя блондинка с рэперскими косичками, побеждала на любительских чемпионатах мира и России. Пришла в бокс 10 лет назад—до этого занималась тхеквондо: «Я сначала хотела просто руки подкачать, но скоро почувствовала невероятный заряд адреналина. Потом захотелось и в соревнованиях поучаствовать». Сейчас вместе с худенькой брюнеткой Ольгой Кокориной—она в боксе с детства—Светлана тренирует подающих надежды боксеров обоего пола в возрасте от 11 до 40 лет.

В отличие, например, от гимнастики стартовый возраст спортсменки особого значения не имеет—можно спокойно начать тренировки и в 10, и в 20 лет. Ограничение есть только для спортсменок: участвовать в чемпионатах Олимпийский комитет позволяет только до 34 лет. А для «души» боксировать можно, пока здоровье позволяет. В Европе посещающих подобные секции обязывают подписать «пакт о ненападении»—документ, запрещающий применять полученные бойцовые навыки в уличных условиях. У нас такой практики нет. «Зачем, спрашивается, ко мне девушки приходят? За безопасностью,—говорит Валерий Смоляков.—Для чего, спрашивается, я приемам учу? Чтобы ты, к примеру, могла дать сдачи. Если ты вошла в лифт, а на тебя набросился пьяный мерзавец—сможешь дать ему по башке так, чтобы он вообще забыл о том, что у него есть мужской орган! Бокс—спорт очень прикладной».

Мадина Расулова, продавщица из магазина бытовой техники, крупная блондинка 20 лет, записалась в секцию как раз после того, как вечером в подъезде на нее напали. «Ему лет 16 было, он попытался схватить меня за шею сзади. Слава богу, у меня в руках была авоська с литровой банкой соленых огурцов—я его со всей силой этой авоськой и стукнула. Он убежал. Но я ведь не всегда хожу с банкой, верно? Значит, нужно научиться себя защищать. Какой-нибудь фитнес в самообороне точно не помощник, и я записалась на бокс». Во время разговора Мадина прыгает на одной ножке, не желая прерывать разминку ни на секунду.

Пятеро девушек отжимаются на пола, две висят на шведской стенке, а еще четыре прыгают у старой, замотанной по низу изолентой боксерской груши. Мне, как новичку, отжиматься 10 раз, старожилам—20. Тому, кто попытается сачкануть—штраф: три минуты прыжков со скакалкой. От упражнений пол плывет перед глазами, руки налились свинцовой тяжестью, от ладоней на досках—четкие влажные отпечатки. Но это еще не самое худшее: группа дружно садится в знакомую с детства позу «полуприсед» и ковыляет по небольшому залу гусиным шагом. Пройти нужно 10 кругов, но уже от первых шагов сводит бедра и икры. «Я этот гусиный шаг ненавижу…»—шипит Мадина.

«С тренером не спорят»,—говорит Лена Титова, третьекурсница романо-германского отделения филологического факультета МГУ. Лена считает бокс красивейшим видом спорта. Увлеклась им в детстве—смотрела трансляции поединков вместе с отцом. «Мне нравилось сочетание мощи с танцем каким-то,—говорит Титова.—Очень хотелось попробовать самой». Четыре года назад друзья привели Лену в секцию при клубе «Гладиатор», и оказалось, что у нее есть все необходимые для бокса данные: хорошая реакция, сильный удар, быстрота движений. Потом Лена перешла в «Китэк»: «Здесь группу ведут женщины—мне у них учиться сподручней». «Мои однокурсники, когда узнают про бокс, дико удивляются,—говорит Титова.—С виду-то я мягкая такая, женственная». Впрочем, Наталья Карпович, президент Фонда развития женского бокса, утверждает: разговоры о том, что женщина-боксер перестает быть женственной—миф: «Бокс не штанга—фигуры не портит». Карпович даже книгу написала—«Бокс глазами женщины».

Елена Козлова, специалист по маркетинговым коммуникациям из компании International Talent Agency, утверждает, что бокс очень помогает ей в карьере. «Бизнес—штука агрессивная, бывает, люди пытаются на тебя давить,—говорит Лена.—Бокс развивает выдержку, бойцовские качества—а в деловом мире без этого никак. После тренировок я гораздо спокойнее, увереннее в себе». На вопрос, как реагируют деловые партнеры на девушку с фингалом под глазом, Лена смеется. «Я как-то еще в родном Орле явилась в таком виде на встречу с управляющим банком, для которого маркетинговую компанию готовила,—вспоминает Козлова.—Ничего! Поинтересовался, как прошел бой, и даже выдал мне почетный приз—апельсин». На моих глазах Елена наносит сильные удары по висящей на стене кожаной подушке. «У нас был такой мальчик для битья: кожаный, плотно набитый поролоном красный мужик на подставке. Так его за неделю измочалили»,—вспоминает тренер.

Самая младшая в группе—15-летняя Александра Суслова. Она учится в физико-математическом лицее, тренируется полгода и считает, что «у женщины должны быть равные права с мужчинами». «Я не хочу быть нежной домохозяйкой,—говорит Саша.—На бокс пришла, чтобы научиться постоять за себя». У Сусловой отличная реакция, и когда недавно у нее попытались отобрать мобильный телефон, Аля дала достойный отпор. На тренировке она вступает в бой с более сильной Машей Усик—новичков специально ставят в пары с теми, кто тренируется давно и постоянно. Получив сильный прямой удар в живот, только сжимает зубы—не хнычет.

А разреветься хочется и безо всяких ударов. Тренер Кокорина начинает отрабатывать со мной упражнения на быстроту реакции: надевает на руки «лапы», два кожаных блина, сошнурованных между собой, и кружит перед моим носом—сначала медленно, постепенно разгоняясь до какого-то плясового ритма. Моя задача—поспеть за ней и дать по этой самой «лапе». Попасть нужно прямо в нашитый посередке красный кружок. Самый простой удар—прямой, а вот боковой хук и апперкот получаются не с первого и даже не со второго раза.

Тренеры говорят, что «испытательный срок»—30 дней: за это время любая понимает, хочет ли она стать «малышкой на миллион» или это для нее не по силам. Те, кто выдержал испытание, ходят на тренировки каждый вечер. Есть и те, кто проводит в зале по четыре часа—то есть по две тренировки кряду. Но мне хватает и обычной «дозы». От пота слезятся глаза, духота нещадная, а бутылку с водой у меня изымает Андреева—для желудка, говорит, вредно. Желание одно—лечь прямо на пол и не вставать больше никогда.

К тем, кто пришел в первый раз, отношение у одногруппниц милосердное: новички, конечно, раздражают бестолковостью, но шанс стать своей есть у каждой. «Главное—ничего не бояться,—говорит мне напоследок Андреева.—Если ты боишься, то тебе здесь делать нечего». Тренировка окончена, и надо торопиться в душ: кабинок всего две, и боксерши-модницы стоят в очереди. Хорошо, хоть не берут кабинки боем.