Экстремизма в Кабардино-Балкарии нет. Но кому-то он там очень нужен? Это, конечно, провокация. Моя. Ни у кого из знакомых мне людей в Кабардино-Балкарии этого термина в лексиконе нет, но материал с таким заголовком безусловно прочтут все,...

Экстремизма в Кабардино-Балкарии нет. Но кому-то он там очень нужен?

Э

то, конечно, провокация. Моя.

Ни у кого из знакомых мне людей в Кабардино-Балкарии этого термина в лексиконе нет, но материал с таким заголовком безусловно прочтут все, кто по долгу службы имеет отношение к проблемам Кавказа и, может быть (может быть!!!), перестанут прятать голову в песок от настоящей, совершенно чудовищной провокации, какую готовит России окружение президента Кабардино-Балкарии Кокова, в нарушение Конституции переизбранного фактически уже в четвертый раз.

О том, как проходили «выборы» в Кабардино-Балкарии, я писал в № 4 «Новой газеты» за этот год. Никого из центральную власть регулярно имущих этот материал не возбудил, включая и г-на Вишнякова, который просто закрыл глаза на прекрасно известные ему безобразия. Видимо, они показались незначительными по сравнению с «курсом на мир и братское сосуществование, который ведет в КБР мудрый руководитель Валерий Мухамедович Коков».

А наш материал перепечатала выходящая в Нальчике газета «Адыгэ Хэку» («Родина адыгов») в № 2 за 2002 год — 25 января, в день очередной инаугурации Валерия Кокова.

Этот номер стал для газеты последним.

Главный редактор «Адыгэ Хэку» Валерий ХАТАЖУКОВ был гостем нашей редакции. То, что он рассказал, кажется дикой смесью фантастического триллера, жестокого боевика и захватывающего детектива, а могло бы стать основой большого уголовного дела.

Если бы это дело власть соблаговолила завести...

— Валера, что сейчас с газетой?

— А ничего. Сначала с нами расторгла договор Роспечать, объясняя это тем, что им нечем с нами расплатиться… Смешно, да? Их долг перед государственными изданиями в сотни раз выше, и ничего, к тому же ведь это мы должны быть недовольны… А потом нашу газету власти просто закрыли. Найти официальную причину они не смогли, поэтому до смерти запугали директора организации, который сдавал нам помещение, и нас просто выгнали на улицу. Потом мы сняли для редакции двухкомнатную квартиру, но на следующий день после заключения договора ко мне пришла старушка-хозяйка и упала в ноги, плача и умоляя разорвать договор. Ее тоже запугали. Всех наших сотрудников постигли репрессии: кого уволили с основного места работы, у кого детям досталось… За мной грубо и демонстративно ходила «наружка».

А перед выходом последнего номера они давили просто в открытую! Я был на квартире у своего брата, вдруг раздался звонок в дверь, брат открыл, а там стоит человек в форме, потом выяснилось, что его зовут майор Сакмышев, а за ним СОБР в масках. Один был даже со снайперской винтовкой, представляете? Так вот этот Сакмышев сказал, что меня нужно задержать «для предотвращения массовых волнений». Я попросил у него ордер и четкую мотивацию, но ничего подобного у него не было, я, конечно, отказался, но он долго меня уговаривал пройти с ним добровольно. Я прошел, они меня продержали в милиции девять часов, а потом отпустили. Это же понятно: меня нужно было вывести из рабочего процесса, чтобы номер не вышел. Потом еще, я как раз был дома у кандидата Кучукова. Опять звонок, Кучуков открывает, а там — другой человек и спрашивает: «Валеру можно?». Я выхожу, думаю, по делу, а он мне предъявляет повестку в суд!

— За что?

— А помните, мы опубликовали заявления милиционеров, которые отчитывались за «разъяснительную работу в поддержку Кокова», которую они провели среди родных и близких? Так вот, после нашей публикации их всех уволили с работы, ведь заявления были подлинными, но все равно мне предъявили обвинение в «дискредитации сотрудников милиции». Кучуков, слава богу, адвокат, так он не мог выяснить, почему эту повестку принес человек из МВД, а не из прокуратуры.

— А почему вы уверены, что из МВД?

— Так он удостоверение предъявил: «Подполковник Сафарби Кулов, главный инспектор (чего?!), личный номер 169135, удостоверение серии КАБ № 009896687»! Я его спрашиваю: «А откуда вы знали, что я здесь?». А он так хитренько смеется и говорит: «Мы все знаем!». В общем, послал я их. Если бы и вправду заявления были подложными, они бы нам такое устроили! А так – умылись.

— А как же все-таки вы умудрились в день инаугурации номер выпустить?

— О-о, это была особая история! Мы там такую конспирацию затеяли… Нами тогда занимался лично Фуад Шурдумов, начальник республиканского управления по борьбе с организованной преступностью…

— Что?

— Да-да, именно так. Так вот, он меня вызвал и эдак торжествующе говорит: «Ну что, проиграли вы?». Я тогда с грустным лицом кивнул: мол, проиграли. Он весело посмеялся и назидательно промолвил, что с властью тягаться никогда не стоит. А мы тогда печатались в соседнем регионе, в Минводах. Я пришел домой и звоню в типографию – я же знаю, что телефон прослушивают! Мне наша дама там просто в трубку кричит: мол, ты еще живой? Живой, говорю, только номер не выходит. Она, конечно, расстроилась. Я трубку положил, подождал, пока наблюдение снимут, взял машину и – туда со всеми материалами! Приехал, отдал все в печать, а когда номер получил, свою машину пустой отправил (ее могли проверить на всякий случай), а тираж на маршрутке в Нальчик повезли!

— И что было с тиражом?

— Весь разошелся! Почти все двадцать тысяч! Они только тысячи две конфисковали на квартире у моего младшего брата Адмира. Это опять майор Сакмышев отличился. Кричал тогда, потел сильно: мол, где остальной тираж? А я ему говорю: «Уже люди читают!».

— Валера, а на прямую «уголовку» власть не шла?

— Ну, они все-таки боялись. У нас же много классных юристов есть – Кучуков, Кажаров… А то, что они на выборах делали, не «уголовка» разве? Когда наблюдателям мешки на голову надевали? Когда бюллетени подбрасывали? А когда единcтвенного кандидата-балкарца бандиты заставили снять кандидатуру? А то, что восьмого числа был жестоко избит известнейший журналист Тенгиз Адыгов? Нас никого не тронули потому, что думали — и без этого справятся.

— А какие ваши дальнейшие действия?

— Ну на той неделе будет рассматриваться заявление в республиканском суде. Там, конечно, нам ничего не светит, но эту стадию нужно пройти, чтобы перейти в высшую инстанцию — Верховный суд РФ. А потом – в Международный суд в Гааге. Консультанты говорят, что перспективы реальные.

— Валера, вот объясните мне, глупому, каким образом никто из оппозиции, включая генерала Батырова, ни разу не сорвался? Сколько можно было терпеть подобное, ведь вы же все кавказцы, горячие люди, а?

— Так они же именно этого от нас и хотят! Вы посмотрите, Коков уже десять лет говорит, что Кабардино-Балкария – оазис мира на Кавказе только благодаря ему! А все оппозиционные силы – это уголовники, боевики, сепаратисты, бандиты, ваххабиты… кто еще, не помню! Они же мечтают довести кого-нибудь до того, что он возьмется за оружие! Стоит хоть кому-нибудь это сделать – Кокову даже пятый срок обеспечен, настолько в России все боятся повторения чеченского сценария! Знаете, когда пришел Путин, Коков перепугался сильно, думал – все, конец ему настал. Я тогда был руководителем национального движения «Хас», так вот ко мне от Кокова приходили и предлагали сотрудничество. Хотели, чтобы мы его избрали президентом Международной черкесской ассоциации, а я стал вице-президентом, причем вместе с этим предлагали в правительстве пост министра спорта и туризма. Понимаете, да? Он думал, что с поста президента республики его скинут, и искал запасной аэродром! Ведь президента национального движения в тюрьму никто не посадит, испугаются «чеченского варианта»! Ну а когда я отказался, они гениальную аферу провернули: МВД республики затребовало себе все списки «Хаса», мы не дали, но они откуда-то получили, треть людей запугали, они потребовали созвать внеочередной съезд, в исполком ввели подставные фигуры, они изменили устав, сняли все политические моменты… Ну я тогда плюнул на все и тоже ушел.

— Скажите, а почему никого в республике не беспокоит ситуация с ваххабизмом? Вот среди трех россиян, которые попались в плен американцам в Афганистане, есть один кабардинец… Насколько силен в КБР религиозный экстремизм?

— Да это несерьезно. Сегодня нет никакого экстремизма, но если все будет продолжаться так же, проблемы возникнут, и очень скоро! В республике колоссальная безработица, среди молодежи – до 80 процентов, куда, скажите, деваться молодым парням? А их вербуют со всех сторон! Теперь о традиционной религии. Про нашего муфтия Шихачева и говорить стыдно: весь муфтият стал просто служанкой у этой власти! Им даже не стыдно, что в городе Нальчике нет ни одной мечети! Несколько лет назад деньги на строительство собирали, но тоже все разворовали… В таких условиях я не удивлюсь, если пройдет еще несколько лет и сторонников радикального ислама у нас будет больше, чем обычных мусульман!

— Валера, вот я сейчас очень осторожно задам провокационный вопрос. А были ли какие-нибудь политические требования у вашего «Хаса», которые можно было воспринять как националистические или сепаратистские? И есть ли вообще какая-нибудь организация, представляющая опасность для целостности России? Ведь я что-то слышал о «Великой Черкесии», простирающейся «от моря до моря» и объединяющей все адыгские племена…

— Господи, какая чушь! Да мы без России – никто! Вне Федерации мы себя совершенно не представляем. А что касается черкесских племен… знаете, у Сталина был принцип: разделяй и властвуй. Кабардинцы и черкесы – один народ, так же как балкарцы и карачаевцы. А республики Карачаево-Черкесия и Кабардино-Балкария были слеплены совершенно произвольно и противоестественно, надо бы наоборот, но мы и здесь ничего не хотим менять, пусть все будет, как есть! Есть еще Республика Адыгея, да и с абхазцами у нас общие корни! В большой России черкесов тоже много, но… Знаете, все-таки есть одна националистическая идея. Адыгский язык во всех республиках один, но письменность — русская, и одним и тем же звукам соответствуют разные буквы… Может быть, эту глупость можно исправить?

З

а мужество при работе в условиях государственного тоталитаризма для журналистов существует специальная премия.

О работе Валерия Хатажукова и других наших коллег в КБР ни в одном международном комитете сведений нет: завеса поставлена плотная. Но кроме высокопрофессионального подхода к журналистике, Хатажуков демонстрирует еще и крайне взвешенный государственный подход к национальным проблемам, и это в условиях постоянных угроз и унижения!

Прошу всех, кого это касается, обратить внимание на его работу и общее положение со свободой слова в тотально коррумпированной и абсолютно нищей Кабардино-Балкарии.

В республике, где еще три месяца назад выходила газета «Адыгэ Хэку».