СОЧИ-2014: РУБЛЕВКА ВЫХОДИТ К МОРЮ

РАССЛЕДОВАНИЯ

Есть проекты национальные. Это когда энная сумма денег распределяется тонким слоем среди нуждающихся граждан, которые узнают о свалившемся в их карманы счастье благодаря бодрым репортажам Гостелерадио. А есть проекты элитарные. Это когда...

Есть проекты национальные. Это когда энная сумма денег распределяется тонким слоем среди нуждающихся граждан, которые узнают о свалившемся в их карманы счастье благодаря бодрым репортажам Гостелерадио. А есть проекты элитарные. Это когда энная сумма денег распределяется в пользу узкой группы лиц, как правило, ведающих распределением. Как вы понимаете, напрямую об этом Гостелерадио не расскажет — электорат не поймет. Поэтому элитарные проекты обычно маскируются под национальные. Так, чтобы граждане подумали: все — по многочисленным просьбам трудящихся.

Федеральная целевая программа «Развитие города Сочи как горно-климатического курорта (2006—2014 годы)» формально национальным проектом не считается. Но по бюджету: 328 миллиардов рублей, и по уровню официальных патронов: вице-премьер Александр Жуков и министр финансов Алексей Кудрин — это чистой воды нацпроект. Значит, помимо матчасти, в нем должен быть идеологический момент. И он есть — идея проведения в Сочи зимней Олимпиады-2014. Поскольку, по мнению правительственных чиновников, «успехи на международных состязаниях являются бесспорным доказательством жизнеспособности и духовной силы любой нации, а также ее военной и политической мощи». Вот вам идеология, вот вам величие. Под это государство и инвесторы (в большинстве своем — госкомпании) готовы дать около 12 миллиардов долларов. Вопросов два: на что в действительности будут потрачены эти деньги и кто станет их осваивать?

Первым делом и у специалистов, и у простых граждан возникает резонный вопрос: почему зимнюю Олимпиаду надо проводить в самом южном городе России, единственной территории в стране с субтропическим климатом? Есть ведь и Мурманск, и Урал, Питер в конце концов, которые гораздо больше подходят для таких целей, не говоря уж о Сибири. Ну да ладно, при определенном объеме вложений искусственным снегом можно засыпать и Арабские Эмираты.

Теперь вопрос из области не столь иррациональной: стоит ли закладывать такую большую сумму под проект, будущее которого зависит от решения Международного олимпийского комитета? Ведь МОК, как известно, в последние десятилетия не склонен отдавать России крупные спортивные форумы. Но, судя по всему, это не считают за фактор риска: решено, что деньги Сочи получит вне зависимости от того, состоится ли в городе Олимпиада или нет. Так может, и не в спорте дело?

На аналогичную мысль наводит и структура предполагаемых затрат. Так, из более чем 180 миллиардов рублей, на которые планирует раскошелиться бюджет, сооружение собственно стадионов, катков, лыжных трасс и т.д. потребует только 11,7 миллиарда рублей. С учетом восьмилетней «выдержки» проекта сумма едва ли не в пределах инфляционной погрешности. Иное дело — реконструкция транспортной инфраструктуры (автомобильных дорог, аэропорта и морского порта), которая обойдется без малого в 120 миллиардов рублей. И еще 33 миллиарда — на электростанции.

Вот мы и вычленили суперидею проекта, которая сводится к одной из любимейших затей российской номенклатуры — масштабному строительству. Известно, что процесс этот, равно как контроль за его финансированием, тем сложнее, чем труднее природно-климатические условия. Сочи с его горами (читай: туннели, эстакады, серпантины на скалах) — идеальный вариант. Впрочем, списывать все на пресловутую коррупциоемкость было бы неправильно. Дело в том, что чиновные дачи в Сочи уже есть (самая известная — Бочаров Ручей, резиденция президента РФ). А нормальных подъездных путей к ним нет. В такой ситуации и мигалка не поможет. Только бюджетное финансирование.

Сочинский аэропорт — советский долгострой, и довести его до ума, пожалуй, стоит. Непонятно только, какую часть из четырех «транспортных» миллиардов он получит и насколько объем инвестиций соответствует требованиям города с населением менее миллиона жителей, когда та же Москва, действительно задыхающаяся от переизбытка пассажиров, не может дождаться реконструкции Шереметьева.

С морским пассажирским портом ситуация еще менее ясная. Если Сочи и может быть центром туризма, то только не морского. Дело в том, что российское Черноморское побережье лежит далеко в стороне от торных путей: совершать круизы в замкнутом Черном море, согласитесь, не слишком интересно. Если уж у государства появились деньги, не логичнее ли было бы вложить их в реконструкцию Новороссийского морского порта, который действительно имеет для транспортной системы России стратегическое значение, в том числе и как южные нефтяные ворота?

Ответ может звучать просто: именно в Сочи швартуются чиновничьи мегаяхты. Такие, как президентская «Олимпия», габариты которой с трудом вписываются в существующий причал. Разве вам было бы приятно держать Bentley в ракушке?

Мы еще забыли упомянуть о проекте, который прямо в концепции не прописан, но в случае ее реализации будет осуществлен с большой долей вероятности. Речь идет о возможности переноса железнодорожной ветки Туапсе—Адлер от морского побережья в глубь материка, в горы. Цена вопроса — 90 миллиардов рублей.

Это в бюджетных ассигнованиях. На самом деле речь идет о земле. О той самой земле, на которой сейчас стоит железная дорога. С одной стороны — узкая (метров сто) прибрежная полоска, на которой располагаются галечные пляжи и единичные коттеджи (их в прошлом году с большим шумом и нулевой эффективностью пытался ликвидировать главный природоохранец Олег Митволь). С другой стороны — частный сектор, который, если дорогу перенесут, со всей очевидностью будет снесен. И вот тогда уже можно будет строить Дачи. Дачи таких людей, при одном упоминании которых призрак Митволя развеет легким морским бризом… А местные аборигены — в горы, там климат для здоровья полезнее…

Но иногда важнее даже не что строят, а — кто.

Пока имена счастливчиков неизвестны, то есть известны не до конца. Зато есть нормативная база. Согласно постановлению правительства РФ от 8 апреля 2004 года № 196, «функции государственного заказчика федеральных целевых программ в установленной сфере деятельности» выполняет Федеральное агентство по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству (Росстрой).

ФЦП налицо, стройка налицо, значит, без этого ведомства дело вряд ли обойдется. Тем более что с 30 декабря прошлого года замруководителя Росстроя работает Владимир Коган, относительно недавно оставивший пост президента ЗАО «Банкирский дом «Санкт-Петербург». Говорят, что именно своему банкирскому и вообще предпринимательскому прошлому он обязан близким знакомством с экс-вице-мэром города на Неве Владимиром Путиным.

Из всей славной питерской плеяды Коган одним из последних перешел на госслужбу. Но зато куда! Его предыдущая должность звучит так: генеральный директор ФКП «Северо-Западная дирекция Госстроя России — дирекция комплекса защитных сооружений г. Санкт-Петербурга от наводнений». Да, это та самая питерская дамба* . Пусть поруководил ею Коган совсем недолго — в районе полугода, — зато набрался достаточно опыта для того, чтобы реализовывать подобные (по финансовой емкости, низкой эффективности и принципу максимальной обеспеченности государством) проекты в масштабах всей страны.

Фамилия другого замруководителя Росстроя, Анатолия Попова, менее известна, но биография его также заслуживает внимания. Так, в 2001 году он был назначен генеральным директором федерального казенного предприятия «Дирекция по строительно-восстановительным работам в Чеченской Республике». Он восстанавливал Чечню так удачно, что к февралю 2003 года стал премьер-министром республики, а в августе даже исполнял обязанности Кадырова-старшего. Но в мае следующего года Ахмат-Хаджи не стало, и г-н Попов перешел на работу в федеральное правительство.

Кстати, федеральная целевая программа по восстановлению Чечни — единственный крупный проект, который вывешен на сайте Росстроя в разделе достижений.

Наконец, Росстрой подведомствен Минрегионразвития, глава которого Александр Яковлев успел поработать и мэром Санкт-Петербурга (в период дамбы), и полпредом президента в Южном федеральном округе (в период перманентного восстановления Чечни).

Словом, в сфере государственного строительства подобралась сплоченная и многоопытная команда, способная выстроить дамбу под любой финансовый поток.

Это со стороны федерального правительства. Но есть ведь еще инвесторы, чей вклад в проект оценивается приблизительно в 70 миллиардов рублей.

Среди них выделяется «Газпром», который уже застолбил несколько участков на Красной Поляне (цена сотки земли там уже сопоставима с рублевской). Предполагается, что список госкомпаний будет расширен. И строить они будут вовсе не дороги и электростанции, а гостиничные комплексы и элитное жилье. Бизнес не совсем профильный, зато очень доходный. И тогда наконец цена квадратного метра в южном городе сравняется с московской (сейчас она ниже в два раза). А серьезные люди, которые въедут в новые квартиры, не будут огорчены необходимостью делить лестничную площадку с нищими плебеями.

Вообще нельзя отмахнуться от мысли о том, что уже сейчас Сочи — город, выполняющий госфункции. Наряду с Питером и Москвой. Но при этом он радикально отличается от них по уровню инфраструктуры. Грубо говоря, здесь нет ни достаточного количества участков, чтобы строить дачи, ни достаточно хороших дорог, чтобы с комфортом к ним добраться, ни причалов, не так много и vip-развлечений.

Федеральная целевая программа должна исправить это несоответствие. Двенадцати миллиардов долларов вполне хватит для того, чтобы дотянуть горно-лыжный курорт до уровня запросов нынешней элиты. Вот только стоит ли тратить на это средства, превышающие бюджет всех национальных проектов, вместе взятых? И главное — чем это аукнется людям, которые уже живут в Сочи? Понятно, чем.

Местный люд в большинстве своем зарабатывает деньги с июня по сентябрь, в туристическую страду. Только вот при осуществлении проекта «Сочи-2014» простой турист здесь станет в диковинку (помните, как коренным жителям Санкт-Петербурга советовали убраться из дома на время празднования трехсотлетия города?). Простой турист поедет в демократические (в плане ценовой политики) Турцию, Египет или на Кипр. А випам бабушки, торгующие домашним вином и чурчхелой, не нужны.

• Сооружение дамбы началось в 1979 году. Только в советский период долгострой поглотил около 30 миллиардов рублей. Начиная с 2000 года на него выделено более двух миллиардов рублей. Но и по сей день стройка далека от завершения — работы завершены на 65—70%.

ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Считается, что Олимпиада — предприятие выгодное: увеличивает спортивный потенциал страны, приносит доходы, развивает регионы плюс имиджевый фактор. Но все это при одном условии: если Олимпиада проводится в нужное время и в нужном месте.

Насчет времени мы не опоздали. А вот выбор субтропиков в качестве места проведения зимнего форума заставляет усомниться в здравом рассудке российских спортивных руководителей — в этом предположении сходятся практически все эксперты.

Даже на Красной Поляне «приличный» снег держится три-четыре месяца.

Все остальное время зимние условия там придется поддерживать с помощью «снежных пушек». В остальных окрестностях Сочи к помощи новых технологий придется прибегать круглогодично. То есть морозить санно-бобслейные трассы, делать искусственную лыжню, обсыпать снегом трамплины и тратить уйму электроэнергии на ледовые арены.

Общеизвестно: в России действительно негде тренироваться прыгунам с трамплина, фигуристам, конькобежцам, горнолыжникам, бобслеистам и далее по всему списку зимних видов. Но если спортивные чиновники всерьез рассчитывают использовать объекты, построенные в Сочи, в качестве тренировочной базы, их придется здорово огорчить.

Нищим федерациям, которые не в состоянии купить даже нормальную форму, подобные тренировки в финансовом смысле не поднять — проще по-прежнему летать в Северную Америку или в Альпы. Это если говорить даже о членах сборных команд, про резерв и думать не приходится. Ведь круглогодичное обслуживание этих спортсооружений, вполне возможно, обойдется в сумму, равную, а то и превышающую стоимость их строительства.

Вот и придется на ледовой арене для керлинга открывать вещевой рынок с турецким ширпотребом, а с трамплинов будут прыгать разве что дети высокопоставленных чиновников. Хотя они как-то привыкли все больше в Австрии…

Отдел спорта