Третий звонок

Что случилось после разговора Владимира Путина с челябинскими активистами. Интервью

Ночью с 9 на 10 ноября Владимир Путин позвонил с борта президентского авиалайнера двоим челябинцам: лидеру движения «Стоп ГОК» и руководителю группы дольщиков. Возможно, если бы аудиозапись разговора с человеком, голос которого был похож на голос Владимира Путина, не оказалась в Сети спустя считаные минуты после разговора, эффект был бы меньшим. Но случилось то, что случилось: аудио ушло в Сеть, а редакция «Новой газеты» оказалось первой, кто ее опубликовал. Всю ночь Сеть шумела: над челябинцами открыто потешались, называя последних жертвами пранкеров Вована и Лексуса. Сомневались журналисты, политологи, а больше всего — сами потенциальные собеседники президента.

А утром информация стала подтверждаться. В администрации Челябинской области сообщили: губернатору региона Борису Дубровскому дано президентское указание провести встречи с представителями «Стоп ГОК» и обманутыми дольщиками.

Спустя 16 часов после полуночного звонка пресс-секретарь президента Дмитрий Песков подтвердит: звонки имели место. «Речь идет о дефиците общения. О части аспектов проблем (которыми занимаются активисты. — Ред.) люди не знали», — скажет Песков в комментарии центральным каналам.

Что роднит собеседников президента? Массовость протеста. Обманутые дольщики «Речелстрой» — это 1700 семей, оставшихся без квартир из-за финансовых проблем, возникших у застройщика. В разговоре с Владимиром Путиным руководитель инициативной группы Елена Малинина сообщила, что на сайте регионального Минстроя не выложен план дорожной карты по дальнейшему строительству микрорайона, хотя все сроки прошли. «Путин сказал, что карта будет», — передают дольщики. На следующий день дольщиков ждали в администрации губернатора.

Движение «Стоп ГОК», пожалуй, самая больная точка социального протеста в Челябинске. Активисты выступают против строительства Томинского горно-обогатительного комбината на расстоянии 14 километров от города, которое может стать источником опасных выбросов и загрязнения единственного безальтернативного источника питьевой воды для Челябинска — Шершневского водохранилища.

Участникам движения, которое существует уже два года, удалось собрать более 160 тысяч подписей, а еще регулярно проводить митинги численностью от двух до восьми тысяч человек и держать экологическую вахту — бессрочные ежедневные пикеты у обладминистрации. Ровно месяц назад «Новая газета» опубликовала материал «Медные люди», как раз посвященный противостоянию жителей города и «Русской медной компании», которая при поддержке челябинских властей начала строительство комбината.

Но у противников строительства комбината и дольщиков есть еще одно сходство. И те, и другие вышли встречать президента в Челябинске с плакатами. Двадцать восемь активистов «Стоп ГОК» полдня провели на улице в ожидании президентского кортежа. Не дождались: президент встретился лишь с рабочими «Челябинского компрессорного завода», зато полиция под разными предлогами доставила в отделение 15 пикетчиков.

— Вы прислали мне обращение, там 160 тысяч подписей, я его читал. Я разделяю вашу озабоченность и думаю, что проекты подобного рода не должны решаться кулуарно и исключительно на административном уровне, — сказал Путин в ходе пятиминутного разговора с одним из руководителей «Стоп ГОК» Василием Московцом.

«Новая газета» попросила Василия Московца, одного из юристов, представляющего интересы движения в многочисленных судебных процессах, рассказать о звонке президента и том, что за ним последовало.

— Расскажите, где вас застал звонок?

— Я только-только приехал из полиции, где у нас было задержано 15 человек. Всех в итоге отпустили. Но, видно, перегорел и перенервничал, поэтому никаких эмоций особых от звонка не было. Конечно, удивился. Честно сказать, я ведь даже сначала не особо поверил. Думал, розыгрыш дурацкий. Потом только поверил, когда из администрации губернатора пошли звонки. Мне перезвонили, чтобы записать фамилии для пропусков: на встречу с губернатором мы идем 13 ноября. Тут уже никаких сомнений не было.

— Как движение отреагировало на новость о звонке?

— Наше движение преимущественно женское. Это тенденция для экологических движений: женщины все-таки больше мужчин думают о будущем. А женщины есть женщины. Запись разговора вызвала в движении настоящую бурю. Сначала пошли разговоры, что это розыгрыш, что такого быть не может быть. Это был взрыв эмоций, начиная от полного отрицания, недоверия и заканчивая взрывами радости, что все-таки президент нас услышал. Ведь наша тактика заключалась в доведении информации до руководства страны. Мы эту задачу на сегодняшний момент выполнили.

— Сейчас активисты «Стоп ГОК» каждый день выходят с плакатами к администрации губернатора. Продолжите акцию?

— Никаких оснований для приостановления у нас нет. А что произошло? Победная точка — это когда будет отозвана лицензия на строительство ГОКа, когда будет отменено незаконное решение о переводе лесов <в разряд земель, на которых возможна застройка>. Вот тогда можно будет открыть бутылочку шампанского. Пока этого нет, а есть звонок телефонный — это здорово. Насколько я понял, оказалось, что это вообще чуть ли не впервые, когда позвонил президент обычному гражданину.

— Было ли что-то, о чем вы не успели сказать в разговоре с президентом?

— Я, к сожалению, забыл и не сказал, что у нас сидит в СИЗО Гамиль Асатуллин (в отношении активиста возбуждено уголовное дело по статье «Хулиганство» за участие в акции против строительства комбината. — Ред.). А еще я не назвал имена активистов, которым был нанесен физический ущерб (пострадали в ходе столкновений с охраной «Русской медной компании». — Ред.).

— Что движение «Стоп ГОК» планирует делать дальше?

— Пока ничего не изменилось, поэтому мы действуем по своему плану. Максимально информируем людей о проблеме. Вот когда на сайте Роснедр напротив лицензии Томинского ГОКа будет написано «отозвано» или «действие лицензии прекращено», тогда история и будет закончена.

— Как думаете, что помогло добиться реакции властей?

— Видимо, произошел переход количества в качество. Мы не унывали. Я абсолютно не удивлюсь, если статья «Медные люди» в «Новой газете», за которую огромное спасибо, сыграла роль. Я огромное значение придаю публикации. Прочитав публикацию, к нам приехали другие медиа. Критическая масса накопилась: стало очевидно, что люди не испугаются, не отступят. Видимо, и президентская кампания наложилась. Много факторов. Не знаю, какие из них выделить.

— А какие настроения были в последнее время в движении — строительство горно-обогатительного комбината ведь уже началось?

— Понятно, что настроение с началом строительства лучше не стало. Но люди не отчаялись. Даже задержания (задержания активистов, которые с плакатами встречали кортеж президента в Челябинске. — Ред.) не подействовали. А ведь из пятнадцати человек в полиции оказались тринадцать женщин. Причем женщин почтенного возраста, многие в первый раз были в участке. И то они выходили из отделения и говорили: «Ну и что? Да, задержали, но, думаете, из-за этого наше мнение изменится?» Понимаете, когда слабые духом опускают руки, сильные становятся еще решительнее.

— Что касается шагов со стороны полиции, произошли после звонка изменения?

— У нас отпустили абсолютно всех задержанных еще до звонка президента. Вчера до ночи дожидался самых последних. Но дело в том, что три протокола полицейские все-таки составили. Бюрократическая машина, она же такая. Протоколы составлены, полицейские же в корзину не могут их выбросить.

— Истории, когда бюрократическая машина начинает обратный ход, в России редки. Как юрист вы можете предположить, как это будет выглядеть с правовой точки зрения?

— Сложно сказать. Наш масштаб все-таки нерядовой. Мне как практикующему юристу понятно, что бывают такие случаи, когда разворачивается государственная бюрократическая машина. Можно открыть сайт Конституционного суда и найти там случаи, когда право и справедливость в итоге торжествуют: отменяются решения предыдущих судов и выносятся новые решения.

— Что если звонок — часть предвыборной гонки?

— Вполне возможно. Вообще-то это нормальная часть выборной кампании. Так и должно быть.