В обществе

«Смешались в кучу…»

19 МАЯ 2006 г. АЛЕКСАНДР РЫКЛИН

Я очень люблю собак. У меня их две. А у одного моего близкого приятеля – двадцать две. И все – страшно породистые. Попородистее и меня, и, подозреваю, приятеля. Собственно говоря, я начал с этого признания, чтобы заранее отмести обвинения в предвзятом отношении к одной определенной породе.


Лабрадоры мне тоже нравятся. Они веселые, преданные, всегда любят хозяев. Причем, любых. Последнему алкашу будут носить тапки, а обучи хоть чуть-чуть – и за водкой в ларек смотаются. А нюх у них, скажу я вам, первостепенный. Недаром же лабрадоров используют таможенники для поиска наркотиков. И, хочу заметить, ни один из этих служивых псов никогда еще не был замешан ни в одном коррупционном скандале. А какие они разумные. Достаточно заглянуть в глаза любому лабрадору, чтобы понять: за этим взглядом таится целый мир со своими страстями, привязанностями, печалями и радостями. Кстати говоря, расхожая фраза «собаки все понимают, но сказать не могут» лично мне не кажется отражающей реальную действительность – любой хозяин любого пса скажет вам, что он прекраснейшим образом общается со своей собакой. Причем, общение это вовсе не носит одностороннего характера. Именно эти специфические собачьи качества в последнее время вызывают у меня определенное беспокойство.


Кто-нибудь когда-нибудь задумывался над тем, носителем скольких важнейших государственных тайн является собака Владимира Путина лабрадорша Кони? Понятно, что встреча президента с «Нашими» или с руководством ВГТРК это – пустой треп и напрасно потраченное время. (Что, между прочим, прекрасно читалось по выражению собачьей морды. Даже через телевизионный экран было видно, с каким неподдельным пренебрежением Кони, посмотрите обязательно фотографию, отнеслась к этим никудышным визитерам). Но ведь президентский лабрадор много раз в своей жизни присутствовал и на куда более значимых переговорах. Очень часто Владимир Путин принимает важных иностранных гостей и в своей подмосковной резиденции, и в сочинской. И обратите внимание, всегда где-нибудь на заднем плане, в углу телеэкрана маячит Кони. Тут еще надо учитывать, что иностранные гости бывают разные. Ладно, если это какой-нибудь Махмуд Абас. Даст Россия Палестине денег или не даст — вряд ли это кого-то особенно волнует. А вот, скажем, конфиденциальные переговоры Путина с бывшим канцлером ФРГ Герхардом Шредером могли бы, наверное, многих заинтересовать.

Я уж не говорю о тех проблемах, что Владимир Владимирович решает в тиши загородных резиденций со своими ближайшими советниками.

Многое, наверное, может рассказать лабрадорша о том, как принимались решения по ЮКОСу или, как ведет себя президент в кризисных ситуациях. И уж, скорее всего, у нее есть ответ на ключевой вопрос современной российской истории: ее хозяин все-таки собирается на третий срок или нет?

Ну не знаю… Я бы на месте Патрушева однажды все-таки задался вопросом, чего это Кони вечно трется у ног, когда к хозяину приходят разные люди? Что ей больше заняться нечем? Или она следит, чтобы Владимира Владимировича никто не обидел? Ну так за этим и без нее есть кому следить. И потом, какой из лабрадора защитник? Хотя, возможно, Кони – уже многократно проверенная сука, и наши спецслужбы твердо уверены в ее абсолютной благонадежности. Кроме того, возразит мне какой-нибудь скептик, круг ее общения сегодня крайне ограничен – вряд ли Кони выпускают за охраняемую территорию, а представить себе, что собака ночью на чердаке настраивает передатчик все-таки довольно сложно.

Но вот в то, что она когда-нибудь, возможно много лет спустя, захочет надиктовать мемуары – в это легко можно поверить. Я бы, кстати, согласился за ней записывать.

АЛЕКСАНДР РЫКЛИН

---

Все права на материалы, находящиеся на сайте ej.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе, об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта и сателлитных проектов, гиперссылка (hyperlink) на ej.ru обязательна.